Блокпост под Идлибом
Шрифт:
– Отец! – воскликнул Акрам. – Салам алейкум.
– Ва алейкум, сын. Как ты? Хотя я и сам вижу, что тебе намного лучше.
– Я могу уже пойти в селение, отец. Вот только машину одну здесь посмотрю. Офицер обещал допустить меня до нее.
– Что за машина, какой дом? – воскликнула Халима. – Доктор сказал, что тебе еще как минимум три дня надо лежать в постели.
– Но я хорошо себя чувствую.
– Ты, Акрам, должен делать то, что скажет русский доктор, и слушаться тетю Халиму! Она из-за тебя все
В помещение вошел фельдшер с каким-то флаконом для очередной капельницы.
– Это кто тут собрался домой? – осведомился он, затем повернулся к Сахиму и поздоровался с ним.
– Салам, уважаемый доктор. Вы сотворили чудо. Расскажу в селении, люди не поверят.
– Только не приводи с собой всех жителей селения, чтобы они убедились в правдивости твоих слов, – заявил прапорщик Таренко.
– Нет, конечно, я же все понимаю. Спасибо вам огромное, доктор.
– Не за что. Вы там своему врачу передайте, пусть подойдет, я ему кое-какие лекарства общего назначения дам. Вам они просто необходимы.
– Да, господин доктор. Скажу обязательно.
Тут сигналом вызова сработала станция Самолова.
Он вышел в коридор и ответил:
– Первый на связи!
– Здесь Заслон!
Это был позывной передового поста.
– Слушаю.
– Пикап вновь появился.
– Где?
– У холмов. Человек с камерой поднялся на вершину одной из высот.
– Ну и черт с ним. В остальном?..
– В остальном все спокойно. По шоссе следуют машины в обоих направлениях, ничего угрожающего.
– Продолжай наблюдение!
– Есть!
К старшему лейтенанту подошел Сахим и сказал:
– Уж не знаю, как благодарить вас, господин офицер.
– Никак не надо благодарить.
– Сегодня баранов режем, после полудня привезем вам мясо.
– Как я понимаю, отказаться нельзя. Это значит обидеть племя, так?
– Да.
– Что ж встретим, примем. Если с оплатой, то мы приготовим деньги.
– Какая оплата, офицер? Вы помогаете нам, мы – вам, – воскликнул Сахим.
– Хорошо, пусть будет так.
– А за сына я отплачу, пойду в селение и расскажу всем, как русские спасли его.
– Вы решите вопрос по лекарствам. Возьмите все то, что даст вам наш фельдшер.
– Да, конечно. Где-то в час к вам подойдет повозка.
В 13.10 мужчины из селения Эль-Саур привезли на пост мясо, забрали медикаменты и уехали.
Наступило самое жаркое время суток. Бойцы взвода, не считая тех, которые несли боевое дежурство, укрылись в здании, в котором снова работали кондиционеры.
Пикап ушел за холмы. Видимо, боевикам тоже не очень-то хотелось работать в такую жару, хотя она и была для них привычной. А может, они уже сделали то, ради чего были присланы сюда. По крайней мере, в этот день
Незаметно наступил вечер. Второй день дежурства взвода Самолова подходил к концу. Заместитель командира выставил очередную смену ночных наблюдателей, потом провел вечернюю поверку.
Самолов зашел в санитарный блок. Акрам Сахим выглядел совершенно здоровым. Халима что-то вязала, напевая местную песню, мелодичную и грустную.
Командир взвода пожелал им спокойной ночи и прошел на КНП, где стояли две кровати – его самого и связиста. На столе – спутниковая станция в режиме ожидания.
Но в эту ночь выспаться Самолову, всем бойцам его взвода и сирийского отделения не удалось. В 2.03 старшего лейтенанта разбудила хлесткая пулеметная очередь.
Тут же внизу раздалась команда прапорщика Гураева:
– Подъем! Тревога! Все на позиции. Бегом!
Послышался шум, бойцы быстро одевались, разбирали оружие.
Самолов вышел в коридор, по которому уже бежали его подчиненные. Каждый из них должен был занять позицию на крыше или в одном из помещений второго этажа.
Он торопливо спустился вниз, увидел прапорщика Гураева и спросил:
– Кто стрелял, Муса?
– Наши союзники из пулемета БМП лупанули.
– На хрена?
– Я успел перекинуться парой слов с Бахтари. Он сказал про пикап. Ты лучше с нашим наблюдателем передового поста поговори.
Старший лейтенант прошел до поста. На нем находился сержант Георгий Гавада.
– Что тут, Жора?
Гавада был старше взводного на пять лет, и Александр позволял себе иногда держаться с ним попросту, как, впрочем, и с другими военнослужащими, но только наедине или в узком кругу.
– Полчаса назад вновь объявился все тот же пикап. От холмов осветил пост фарами. Конев с вышки тоже направил на пикап прожектор. Наш-то гораздо мощнее. Боевики вырубили фары и поехали к шоссе. Я думал, что они остановятся там же, где и раньше, а пикап вышел на саму дорогу. На турели закреплен пулемет «Браунинг». Ствол в нашу сторону повернут, у пулемета «дух». Второй с автоматом у кабины, но тоже целился в направлении поста. Я только хотел вас вызвать, как сирийцы из пулемета БМП дали очередь.
– По пикапу? Я что-то не вижу его.
– Перед ним. «Тойота» сдала в кювет, развернулась и пошла к холмам. За ними она и скрылась.
– Твою мать! – выругался Самолов. – Почему сирийцы открыли огонь без команды?
Сержант пожал плечами и сказал:
– Это, командир, у них надо спросить.
– И спрошу!
Старший лейтенант прошел до позиций сирийского отделения.
Сержант Бахтари стоял у капонира БМП-2 и курил.
Он увидел Самолова, тут же бросил сигарету, затоптал окурок и заявил: