Блокада 2.0

Шарапов Кирилл Юрьевич

Но Таран, поцеловав её руки, медленно поднявшись, пошёл одеваться. Чек был прав, час потехи закончился, теперь время делу.

Глава четвертая

Клим внимательно осмотрел совершенно пустую лабораторию, неплохо – метров десять в длину и пять в ширину. Всё ненужное отсюда вытащили, оставили на всякий случай несколько столов и стульев. На одном из них и лежало добытое оборудование – автономный преобразователь и многофункциональная техническая сборочная станция.

Клим закурил и

уселся на стул, разглядывая трофеи, он видел их всего лишь раз, когда в темпе паковал, стремясь унести ноги из управления ФСБ. Всё было, как он и запомнил, – серебристая шкатулка двадцать на двадцать и прямоугольник метр на пятьдесят.

– И как это работает? – с нетерпением поинтересовался Профессор, он просто изнывал от любопытства, вскакивал со своего места, мерил шагами комнату, затем резко возвращался обратно, тянул к девайсам руки, одёргивал, словно ему по ним ударяли.

– Как вас зовут? – для начала поинтересовался Клим. – Прозвище Профессор меня не устраивает.

Тот даже слегка смутился.

– Берг Марк Абрамович.

– Вот и хорошо, меня зовите просто Климом, можно Тараном. Теперь, когда мы познакомились, я отвечу на ваш вопрос: я понятия не имею, как это работает. Но думаю, скоро мы это выясним. ИС, что нужно делать?

– Для начала затушить сигарету.

– Иди на хрен, пропустим этот пункт.

– Ну ладно, отнеси их туда, где они будут стоять.

Клим всё же раздавил бычок в пепельнице и, осмотрев помещение, быстро определился с местом. Подхватив инопланетные железки, он направился в выбранный «квадрат».

– Клади на пол, – распорядился ИС. – Правую ладонь на считыватель, дальше я сам, руку не убирай, пока я не скажу.

– Ничего сложного, – согласился Николаев и, присев на корточки, выполнил указания импланта. Минуту ничего не происходило, а затем куб стал увеличиваться в объемах.

– Можно руку убрать, – разрешил ИС.

Клим послушно одернул руку, на этот раз все было не так быстро, прошло не меньше десяти минут прежде, чем он достиг своих прежних размеров – два на два.

– Останавливаемся, – поинтересовался ИС, – или делаем его больше? Так удобней будет закидывать крупные предметы.

– Давай больше, три на три, места тут вагон.

Куб продолжил расти и, наконец, достиг заданного объёма.

– Теперь сборочную станцию, – сообщил ИС.

И снова всё повторилось, здесь решили задать размеры, три на три и два в ширину.

Через двадцать минут оборудование было развёрнуто.

– И как этим пользоваться? – спросил Берг. Его любопытство возросло в разы, а сердце от возбуждения билось так часто, что Клим стал опасаться за Профессора, как бы того удар не хватил.

– Пользоваться этим очень просто, – мысленно произнёс ИС, – берёте кусок железа или любой другой фигни и запихиваете в куб. Любой, кто коснётся панели управления, активирует меню. На нём необходимо нажать символ, напоминающий две галки, английская W перевёрнутая. Он означает открытие. Затем нужно выбрать

символ переработки, что-то типа греческой дзеты, на змею похож. С этим всё, с остальным позже. Для производства потребуется синхронизировать куб и сборочную станцию, задать на станции программу и изготовить изделию. Конечно, есть более сложные операции, но к этому, думаю, надо подходить постепенно.

Клим быстро пересказал остальным собравшимся полученную от импланта информацию. Профессор внимательно выслушал, после чего буквально сорвался с места и подлетел к кубу. Активировав меню, он несколько минут пялился на три десятка значков, наконец, нашёл нужный, и грань куба, смотрящая на людей, буквально стала полупрозрачной, словно завеса дождя. Порывшись в кармане, Марк Абрамович извлёк внушительный болт и, не раздумывая, швырнул его внутрь, после чего ткнул в иконку переработки.

Ни гудения, ничего, просто стенка стала снова серебряной, а на голографическом экране побежал текст на вполне себе русском языке, мол, железа получено столько-то, примеси такие-то, итого – вот.

– Получилось, – прочитав текст, радостно завопил Берг.

– Получилось, – согласились остальные.

– Только ведь пока у нас ничего нет, – резонно заметил Чек. – Сложные вещи требуют большого количество различных материалов, а у нас только мусора до хрена, не считая останков паука и тушки портальника.

– Кстати, о портальнике, – Клим вспомнил об идее использовать способности шустрой твари, которая его едва не вальнула. – Эту тушку не трогать, я сам ей займусь. Есть по поводу неё интересные мысли. Да, и сателлитов киберов пока не торопитесь распылять на составляющие.

– Нам работы и без этого хватит, – заявил Профессор, хотя и с явным сожалением, ему, похоже, хотелось поиграться с останками.

«Странно, – подумал Николаев, глядя на Марка Абрамовича, – похоже, он еврей, вот только еврейского в нём ни капли. Рожа у него, как говорят, рязанская, светлые глаза, русые волосы». Мотнув головой, он отбросил лишние мысли. Сейчас были задачи поважнее.

– ИС, помнишь трофейных дронов?

– Я всё помню, – мгновенно отозвался тот.

– Вот и хорошо, а теперь скажи, может ли техническая станция выяснить их характеристики и, самое главное, сделать так, чтобы они не начали стучать противнику при активации?

– Конечно, может, их изготовили на этой или такой же.

– Чек, тащи сюда трофейных дронов, займёмся ими, хочу получить дальнюю разведку.

Ярик несколько секунд озадаченно размышлял, про что же Клим ведёт речь. Наконец, до него дошло, его лицо осветилось радостью.

– Это мы мигом, командир, – и рванул прочь из лаборатории.

– ИС, – мысленно позвал Клим, – забыл ещё уточнить, а сколько в этот кубик можно всего запихать?

– Безгранично, там пространственный карман, в который влезет вся планета, если найдёшь возможность её туда запихнуть. Об этих технологиях земляне даже и мечтать не могли.