Близко-далеко
Шрифт:
Достаточно было, например, королю во время «золотых пятнадцати минут» как бы невзначай бросить:
– А знаешь, этот толстый Гассан-паша неприятный человек… Он что-то загордился…
И что же? Спустя короткое время правоверные узнавали, что Гассан-пашу постигло несчастье: сгорел дотла его богатый дом на берегу Нила, а старший сын ограблен разбойниками.
Или достаточно было королю как бы случайно заметить:
– А знаешь, Сулейман-паша нажил большие деньги на операциях с хлопком…
И что же? Через несколько дней Сулейман-паша являлся во
Или достаточно было королю вскользь сказать:
– А знаешь, у Гуссейн-паши дочка стала настоящей красавицей…
И что же? В один прекрасный вечер эта «гурия рая» под темным покрывалом входила в покои короля.
Как же было королю не ценить столь верного и удобного слугу! И он его действительно ценил. А родники счастья Азис-Абеба били все выше и увереннее…
…Совсем недавно, во время «золотых пятнадцати минут», король сказал Азис-Абебу:
– А знаешь, эти проклятые англичане хотят окончательно погубить нашу землю: они позволяют попирать ее священную почву злодеям-большевикам…
Уйдя от короля, Азис-Абеб глубоко задумался: что могли означать слова короля? О каких злодеях-большевиках он говорил? Слава аллаху, большевистских войск в Египте не было. Не было даже большевистского посольства: Египет не поддерживал дипломатических отношений с этой нечестивой страной. Так каких же большевиков имел в виду король?
Азис-Абеб долго сидел, перебирая четки и смиренно прося пророка просветить его темный ум. И вдруг счастливая улыбка заиграла на его толстых губах.
– Понял! Понял! – радостно воскликнул Азис-Абеб. – Да будет благословенно имя аллаха!..
И Азис-Абеб вспомнил, что в последнее время через Египет часто проезжают большевистские военные: то из Москвы в Лондон, то из Лондона в Москву… Королю это не нравится. Король хочет это прекратить. Значит…
Азис-Абеб стал обдумывать меры, которые помогли бы ему выполнить волю короля. Обратиться к англичанам? Бесполезно! Эти рыжие дьяволы – да покарает их пророк! – сейчас в союзе с большевиками. Англичане ничего не сделают… Тогда как же быть?
Азис-Абеб вновь погрузился в глубокое размышление. Он думал долго и упорно. Он выкурил три полные трубки и выпил две чашки черного турецкого кофе. И вдруг все его полное тело заколыхалось от сдержанного смеха, а на желтом одутловатом лице вновь появилась счастливая усмешка.
Азис-Абеб хлопнул в ладоши.
Дверь неслышно отворилась, и вошел старший слуга. Он отвесил хозяину низкий поклон и молча остановился у порога, ожидая приказаний.
– Мне нужно видеть Ахмеда, – сказал Азис-Абеб. Слуга снова поклонился и, не говоря ни слова, вышел, неслышно затворив за собой дверь.
Ахмед был знаменитым в Египте главарем бандитской шайки. Он прославился дерзкими убийствами и ограблениями и занимался «политикой». Его услугами не раз пользовался сам король Фарук. Ахмед был связан с агентурой Гитлера и Муссолини в Египте. Он был близок к итальянской разведке. Одним
В тот же вечер состоялось тайное свидание наперсника короля с главарем бандитской шайки. Оно происходило за городом, в доме одного из агентов Азис-Абеба. Азис-Абеб говорил, а Ахмед слушал, изредка отвечая то жестом, то междометием.
Этот высокий жилистый мужчина, остроносый и угрюмый, был вообще очень молчалив. Про него говорили: «Ахмед не болтает, он действует». И чем более опасное «дело» предстояло, тем молчаливее становился Ахмед. А теперь для молчания имелось особенно много оснований, ведь Азис-Абеб предлагал чрезвычайно рискованную операцию.
План Азис-Абеба состоял в следующем: Ахмед похищает и ликвидирует первую же группу «русских офицеров», которая проездом окажется в Египте. «Если это удастся, – думал Азис-Абеб, – большевики испугаются и перестанут появляться в Египте». Приказ короля будет исполнен, и он, Азис-Абеб, сможет смело рассчитывать на новые милости его величества. Только все должно быть сделано чисто: ни малейших улик против Ахмеда, ни тем более против него, Азис-Абеба!
Изложив свой план, Азис-Абеб спросил:
– Согласен? Ахмед задумался.
Ведь это дело носило международный характер. Русские поднимут большой шум. Должны будут вмешаться англичане. Много риска, много беспокойства… Однако, с другой стороны…
Ахмед продолжал молчать и взвешивать шансы.
– Ну, так как же? Согласен? – повторил Азис-Абеб. Губы Ахмеда, наконец, разжались, и он произнес только одно слово:
– Сколько?
Азис-Абеб обрадовался, но внешне сохранил маску привычного равнодушия. Вопрос означал, что Ахмед готов взяться за операцию, дело лишь в цене. И Азис-Абеб также ответил вопросом:
– Египетские фунты?
Ахмед отрицательно покачал головой.
– Английские фунты?
Ахмед отрицательно покачал головой.
– Американские доллары?
Ахмед утвердительно кивнул головой. Азис-Абебу это не понравилось, но что было делать? И он сказал:
– Три.
Ахмед опять отрицательно покачал головой.
– Сколько же ты хочешь? – с раздражением спросил Азис-Абеб.
– Пять, – ответил Ахмед.
Начался жаркий торг, хотя говорил один Азис-Абеб, а Ахмед только слушал и молчал и изредка движением головы или жестом выражал свое отношение к словам собеседника.
Наконец пришли к компромиссу: четыре тысячи долларов.
– Половину вперед, – бесстрастно заявил Ахмед.
– Ну зачем тебе половина? – недовольно поморщился Азис-Абеб. – Получи сейчас пятьсот долларов, а остальные по окончании дела. За мной не пропадет!
Ахмед отрицательно покачал головой.
– Много расходов, – обронил он.
Опять начался горячий торг. Однако на этот раз Ахмед остался непреклонен, и Азис-Абеб вынужден был уступить. Тут же Ахмед получил требуемый аванс.
Потом Азис-Абеб сделал «строгое лицо» и в качестве последнего напутствия внушительно произнес: