Ближе к телу
Шрифт:
— А ты где была в это время?
— Жорочка, — ехидно протянула сестра, — работала я, занималась шейпингом в спорткомплексе. Подтвердить это смогут как минимум человек десять, не считая начальства. И никуда не отлучалась, если ты об этом. Ну не могла я убить его, раз уж спасла от мороза. Только, Жора, мальчик собирался куда-то уехать — он звонил кому-то. Но никуда не уезжал, скорее всего — он лежит там… в том же виде, в каком и с утра, — заметила Полина.
Жора усмехнулся, пропустив ее слова мимо ушей. Конечно, он и не думал подозревать нас с Полиной — слишком хорошо Овсянников нас знал. Тем не менее, он
Вдруг Жора встрепенулся и резко повернулся ко мне. — Оля, ты говоришь, кто-то ударил тебя по голове? Ты не пугайся, но вероятно, это и был преступник.
Я почувствовала, как холодеют ладони, а на лбу выступает холодный пот. Как же я раньше не догадалась! Находиться в одной квартире с преступником! Господи, меня же могли просто убить!
Полина обняла меня за плечи, успокаивающе похлопала по руке и укоризненно взглянула на Жору. А тот продолжил:
— Оля, ты его видела?
— Какая-то тень, — слегка дрожащим голосом сказала я. — Я вошла и увидела тень на стене. Больше ничего.
— Хотя бы мужская это была тень или женская? — со вздохом спросил Жора.
Сначала я хихикнула, представив себе тень определенного пола. Интересно, пол тени определяется по первичным или вторичным признакам? Смущенно зажав рот рукой, я пробормотала извинения — наверное, это реакция на стресс. Полина взглянула на меня с легкой ехидцей. Потом я попыталась вспомнить, чья же тень была на стене. Может, и мужская. Кажется, кто-то высокий. С другой стороны, я решила, что это Полина — значит, тень могла принадлежать и женщине. Я выдала свои соображения Жоре. Он нахмурился.
— Значит, ты не уверена, правильно?
— Ну не знаю, — жалобно прошептала я. Господи, как же я от всего устала! Это надо было — найти труп в Полиной квартире. Еще этот Жора — у меня такое шоковое состояние, а он пристает с допросом! Конечно, его можно понять — ему же надо работать, убийцу искать. Но мне так плохо!
— Кого-то чужого в подъезде видела?
— Нет, никого не было, — уверенно ответила я. Я бы заметила, если бы рядом кто-то находился.
Наконец Жора сделал все, что надо, и труп увезли. Мы с Полей остались вдвоем. Она смотрела на меня совершенно спокойно, словно ничего и не случилось. Иногда меня просто поражает ее хладнокровие. Жора, конечно, пытался напроситься на ночь, но Полина решительно отвергла его притязания, заявив, что не может оставить меня одну после такого стресса. Я попыталась сказать, что не собираюсь оставаться у сестры, поэтому Жора вполне может переночевать здесь, но пока думала, как все это выразить, Полина уже вытолкала Овсянникова в прихожую. Она заявила:
— Ты лучше ищи убийц.
Жора покорно вышел, поцеловав бывшую жену на прощанье. Она, поморщившись, закрыла за ним двери и повернула все замки. Потом вернулась ко мне и уселась рядом.
— Поля, как ты можешь так обращаться с Жорой? Он же тебя так любит, — обратилась я к сестре с пламенной речью в защиту следователя. — Неужели ты сама не видишь, как он глупеет при тебе?
Но она проигнорировала мою реплику.
— Ольга, вспоминай, что ты видела и слышала, — приступила ко мне с допросом Полина. Мне стало жаль Жору — он хоть и задавал вопросы, но по служебной надобности. Полине-то это зачем? По моей спине забегали мурашки от страшной
— О нет! — воскликнула я, прижав руки к сразу запылавшим щекам. — Я не собираюсь заниматься расследованиями!
— Иногда ты бываешь ужасно проницательной, — ехидно заметила сестра. — Даже читаешь мысли старшей сестры.
Тоже мне, старшая. Всего на пять минут старше — и считает себя главной.
— Полечка, зачем тебе это надо? — жалобно спросила я. — Ладно, когда с родными или друзьями что-то случается — но этого типа ты совсем не знаешь!
Но Полина была непреклонна — она заявила, что чувствует свою ответственность за смерть этого Кости. Ведь мало того, он грелся в ее квартире, так еще и убили его именно здесь. И Полина считала, что это накладывает на нее определенные обязательства. Тоже мне, сыщик-любитель. Но мои увещевания на нее не подействовали, и тогда я сказала:
— Заниматься этим будешь сама, без моей помощи. У меня совершенно нет времени — у меня дети, в конце концов, и клиенты.
— Де-ети? Которые вторую неделю живут у нашей бабушки? Это и впрямь довод! — ядовито улыбнулась Поля. — Ну, как хочешь, Ольга, и без тебя справлюсь. Твое дело ответить на мои вопросы — это-то ты можешь сделать?
Ой, кстати, ребята и впрямь загостились у Евгении Михайловны. Она, наверное, устала от моих сорванцов.
— Могу, — я продемонстрировала собственное недовольство и холодно сказала:
— Я вошла в твою квартиру, дверь была открыта. Было темно. Я окликнула тебя, потом меня кто-то ударил, и я потеряла сознание.
— Ольга, и неужели ты не хочешь найти того, кто тебя оглушил? — возмущенно спросила Полина. — Как же так…
Ну правильно, действует на психику. Тоже мне, психолог доморощенный. Да все ее мысли читаются, как раскрытая книга. Конечно, ей не хочется в одиночку вести расследование — вот и пытается меня перетянуть на свою сторону. Но я же не могу разорваться — у меня есть дети! И нужно о них заботиться. Нельзя же постоянно оставлять детей у бабушки или мамы, правильно?
— Нет, Полечка, я не хочу этого знать. В конце концов, это дело милиции, правда? Вот пусть Жора и расследует. А я хочу остаться в живых и не хочу получить еще раз по голове.
Язык меня почему-то не очень слушается. Только почему? Я же совершенно трезва! Но речь моя звучит невнятно. Полина даже поморщилась.
— Когда ты была у подъезда, видела что-нибудь необычное? Что-нибудь заметила?
— Да нет, все вроде в порядке было, как всегда. Бабки сидели на скамеечке, хотя и холодно. Что им, делать нечего? Такой мороз — а они сидят. Свежим воздухом дышат, наверное, — задумчиво отметила я.
— Значит, они что-то должны знать, — логично отметила сестра. — Пошли расспросим их. В этом-то ты мне поможешь? Ты же психолог, — миролюбиво сказала Полина. Ну, в такой мелочи я ей просто не могла отказать. Оделась и вслед за ней вышла из квартиры. Ну как я брошу сестру одну? Особенно когда она просит о такой маленькой помощи. Расспросить бабушек — это же совершенно необременительно! И я, разумеется, могу помочь Полине в этом деле.
— Ольга, а кто сидел на лавочке, ты не заметила? Из моего подъезда? — Полина так резко обернулась на лестнице, что я едва не потеряла равновесие и вцепилась в нее.