Блеск власти
Шрифт:
– Наш племянник Узбек, прежде всего, мой племянник. Ты возьмешь тысячу воинов и привезешь его ко мне, я посмотрю на него и решу, выпускать из тебя твою поганую горскую кровь или повременить. А может, у тебя еще есть тайны от меня?
– У меня больше нет тайн, о мой хан. Вся моя жизнь посвящена служению тебе и только тебе, мне не жалко отдать ее за своего повелителя.
– Много говоришь, темник. Скажи лучше, где ты скрываешь Узбека?
– Он находится на воспитании у моего отца в горах Черкесии.
– Я не хочу больше видеть тебя, Айдарбек, без моего
Айдарбек выходил из тронного зала, пятясь и отбивая поклоны хану. Душа его радовалась. Он хорошо изучил повелителя, подолгу находясь с ним рядом, и потому понимал, что речь повелителя больше была направлена окружению, находящемуся около трона. Токта никогда бы не посмел огорчить свою любимую Арибах.
Елбаздуку донесли: тысяча монгольских всадников остановилась на ночлег у пятиглавой горы, по направлению, похоже, идут к нам.
– Усилить посты на перевалах, узнать, кто идет во главе тысячи, – скомандовал князь.
Утром стало ясно, что воинов ведет Айдарбек, и отец выехал навстречу сыну. Темник издалека узнал отца при подъезде к плато Бийчесын – так чинно и важно сидеть на коне может только Елбаздук. Спешились, обменялись приветствиями. Вдвоем пошли по благоухающей траве.
– С чем приехал, сын?
– С хорошей вестью, отец. Хан Токта узнал, что Узбек жив, и требует его к себе.
– Еще неизвестно, хорошая это весть или плохая, – помрачнел Елбаздук.
– Хорошая, отец, хорошая! Твоя дочь Арибах научилась управлять чувствами хана. Токта ждет Узбека с добром, собирается приблизить его к себе.
– Приближение к властителям тоже не всегда добро.
– Но ты же видишь, какое сопровождение выслал Токта Узбеку, для пленника хватило бы и двадцати воинов. С таким почетом к хану прибывают только высшие нойоны Орды.
– Да не об этом я говорю, а о дальнейших ваших и его действиях. В оба смотрите там, в оба и думайте! – наставлял все еще сомневающийся Елбаздук. – Людей своих оставишь здесь, пусть отдохнут, а мы домой.
До усадьбы князя оставалось совсем немного пути, как внезапно узкую дорогу свите перекрыл всадник, ладно сидящий в седле на породистой кобыле. Айдарбек моментально выхватил саблю, рука ехавшего рядом Елбаздука легла на правую руку сына.
– Не торопись, сынок, этому можешь проиграть. Он сильный и умный воин, с ним нужно дружить, тем более что он твой племянник.
Сабля моментально влетела в ножны, два джигита поехали навстречу друг другу и обнялись не спешиваясь, как это часто делают монголы.
– Какой ты стал, мальчик мой! – восхитился Айдарбек.
– Мне уже двадцать один, дядя. Приветствую тебя на родной земле.
– И я рад видеть тебя, мой хан. Знаю, теперь мы будем видеться часто. Я приехал за тобой.
Узбек не стал задавать лишних вопросов, он не был приучен к этому, придет срок, и дядя расскажет все сам, дорога до Сарая неблизкая.
На пороге дома Айдарбека встречала мама, его мама, его родная Аиша, единственная жена Елбаздука, которая родила ему двух дочерей и сына. Мать
– Прости, мама, что долго не видел тебя, меня не отпускала ханская служба, но вот я с тобой, чувствую запах родного очага, слышу родной голос, и сердце мое разрывается от любви к тебе, мама.
Айдарбек начал раскладывать перед матерью подарки, платки китайского шелка, дорогие серебряные блюда, сосуды, украшения.
– Это подарки от твоих дочерей, любимой в Орде ханши Арибах и Мерем, достойной жены именитого мужа-Чингисида, они велели целовать твои руки, мама.
Аиша так была растрогана вниманием детей, что заплакала от счастья. Служанки хлопотали у большого стола во дворе, ими руководила шустрая девушка со стройным станом и удивительно милым личиком.
– Что за прелестное создание появилось у нас в доме? – спросил Айдарбек Узбека.
– Это Тайдула, воспитанница бабушки, внучка осетинского князя Хетэга, кунака деда.
– Хороша девчонка, ей бы жениха под стать, – улыбнулся дядя.
Узбек промолчал.
Мужчины обедали и ужинали одновременно, день клонился к концу.
– Ты прости, отец, но я должен торопить Узбека. Токта не любит ждать. Завтра утром мы отправимся, – тоном, не терпящим возражений, сказал Айдарбек.
Елбаздук смотрел на сына и радовался. Его мальчик стал настоящим мужем, хорошим воином, именитым человеком. О чем еще может мечтать отец! Одна мысль не давала ему покоя: «Неужели Айдарбек забыл, что Токта убил Тогрула, неужели он простил Токте это коварство? Может быть, его сын перестал быть горцем, забыл, что такое кровная месть? Но он у меня умный и хитрый, тогда сын ждет какого-то момента. Да-да, он ждет момента! Они с Арибах думают посадить на трон Узбека с помощью Токты!»
Елбаздук успокоился. Он родил на свет хороших, толковых детей.
Узбек долго не мог заснуть, одолевали мысли. Он много дней мечтал о моменте, когда резвый конь помчит его в Орду, когда он наконец-то увидит маму, обнимет ее, родную, милую, дорогую, любимую. Пройдет тоска, которая приходила к нему по вечерам, и запах степи наполнит его душу счастьем. Но вот завтра и настанет этот день, а молодой хан чего-то боится, волнуется. Что ждет его в Орде? Не готовит ли Токта ловушку? Повелитель Орды объявил наследником сына своего Ильбасара, зачем ему нужен соперник в наследовании трона? Что-то тут не так! Мысли назойливо кружились в голове. Узбек ворочался с боку на бок, вставал, сидел на лежанке, но сон не приходил.
Как он уснул, Узбек не помнил, только пришли к нему во сне родители, мама и папа, лицо которого уже начало стираться в памяти. Отец, как в детстве, подхватил сына на руки, сильные, крепкие, спокойно и твердо сказал: «Ты вырос большим, умным, ловким, сын мой. Приезжай скорее домой, только никогда не торопись, думай и еще раз думай, тогда все время будешь на коне».
Мама погладила сыночка по голове, сладость и нега разлились по телу Узбека, родной голос звучал тихо и ласково: «Я жду тебя, сынок! У нас все будет хорошо».