Блэквуд
Шрифт:
— Ты не кажешься мне таким уж плохим.
Его глаза потемнели, как будто он не оценил того, что я сказала.
— Ты меня не знаешь.
— Думаю, что знаю достаточно.
Он улыбнулся, но улыбка была холодной.
— Действительно?
Я скрестила руки на груди, а моя кожа покрылась мурашками.
— Ты заботился обо мне. Ты был добр.
Он вернулся к кровати и сел рядом со мной, наши бедра соприкоснулись.
— Я был добр, потому что так надо было. Пит дал очень четкие инструкции о том, как с тобой следует
Я с трудом сглотнула, когда его стальные голубые глаза впились в меня.
— Ты бы относился ко мне по-другому, если бы не Пит?
— Да, — ответил он без колебаний.
— Как? — спросила я. Кровь у меня в жилах бурлила.
Он наклонился ближе, не сводя с меня глаз.
— Я бы причинил тебе боль.
Почему его слова сразили меня, как эйфория от тяжелого наркотика?
— Почему?
— Я видел, как ты смотрела на меня, — проговорил он, поднося руку к моей щеке и мягко прикасаясь ко мне. — Я знаю, о чем ты думаешь. Я слышал, как ты ходишь здесь ночью, приходишь, когда думаешь, что я сплю.
Мои щеки покраснели. Он это слышал? Я изобразила безразличие.
— И что?
— А то, — он скользнул рукой вниз к моей шее. — Ты сказала, что увидела где-то, что я оставил свою преподавательскую работу.
— Тебя уволили, — сказала я и попыталась откинуться назад — его взгляд был слишком напряженным, — но он сжал моё горло покрепче.
— Но ты не знаешь, почему? — он погладил мою шею большим пальцем, а другую руку положил мне на колено.
Я обхватила его запястье обеими руками:
— Нет.
Он стал поглаживать своими длинными пальцами моё бедро, удерживая мою шею в своей большой ладони. Контроль. Он полностью перехватил его, контролировал меня.
— У меня был роман с женой декана. Но не это привело к моему увольнению.
Он провел рукой по моему бедру и просунул под край моих шорт. Наклонившись ближе, своим теплым дыханием стал щекотать мне ухо.
Моя хватка на его запястьях ослабла; я не могла решить, что чувствую — страх или возбуждение. Может быть, и то и другое. И всё это кажется очень хреново, и, наверное, я влипла по полной, но разве это так плохо? Когда его пальцы коснулись моих трусиков, я вздрогнула, как от удара током.
— Ты мокрая, Рыжая? — поинтересовался он. Его губы коснулись раковины моего уха, и я затрепетала.
— Не надо, — попросила я. Дрожь в моем голосе выдала меня. Я хотела, чтобы он прикоснулся ко мне, хотела этого больше, чем должна была.
Он засмеялся, тихо и зловеще. Он сдвинул мои трусики в сторону и провел пальцами по моей влажной плоти.
— Так и есть.
Я всхлипнула и закрыла глаза.
— Фак!
Он укусил меня за ухо, и я схватила его за плечи.
Желание переполняло меня и заглушало всякую логику. Я хотела его, его дикость и скрытую страсть. Как если бы в этот момент я могла почувствовать
Когда он вошел в меня пальцем, я застонала. Я попыталась сжать бедра вместе, но его ладонь оставляла между ними достаточно места, чтобы он мог глубже проникнуть в меня. Боже, это было так приятно.
— Такая влажная и тесная, — проговорил он. Его голос был похож на рычание, когда он сомкнул губы прямо у моего уха.
У меня внутри разгоралось пламя, и когда он сжал мое горло, я застонала.
— Ты не могла оставить в покое эту тему, не так ли? — его голос дрожал, слова наполнились гневом, а он в это время добавил ещё один палец и медленно погладил меня. — Не могла оставить в покое меня.
Я выдавила своим хриплым голосом сквозь его ладонь:
— Я просто хотела знать...
— Иногда лучше оставаться в неведении, Рыжая.
— Нет, — не поверила я его словам. — Лучше знать.
— Ты хотела знать, почему меня уволили и приказали держаться подальше, даже близко не подходить к территории кампуса? — он прикусил мой подбородок.
Каждое нервное окончание в моем теле сосредоточилось на его прикосновении, но я должна была услышать правду.
— Да, расскажи мне, что случилось.
— Поиметь жену декана было не так уж сложно. Но всё пошло не так хорошо, проблемы начались, когда он застукал меня насилующим её.
Глава 13
Изнасилование? Почувствовав, как у меня леденеет кровь, я изо всех сил попыталась вырваться из жесткого захвата Гаррета. Но он был больше, сильнее, а я всё ещё была слаба после нападения кабана.
— Отпусти меня, — попросила я и впилась ногтями в его запястья.
Он продолжал сжимать мою шею, но убрал пальцы от моей промежности. Облизывая их, он не сводил с меня глаз, а моё сердце в это время колотилось о рёбра. Он застонал, когда его язык скользнул по пальцам, и я боролась с собой, пытаясь унять жар внутри, который вызвало во мне его эротическое шоу. Он сказал «изнасилование». Я поняла, что не могу ему доверять. Нужно было убираться отсюда.
— Ты насильник.
Я обхватила его предплечье обеими руками, но он все еще крепко держал меня за горло.
— Нет. Я никогда не брал женщину против её воли.
У меня закружилась голова.
— Но ты только что сказал...
— Я знаю, что я сказал, — он наконец отпустил меня, но не встал, просто сел прямо и выдержал мой пристальный взгляд.
Я сглотнула, моей коже не хватало тепла его ладони.
— Это, — он посмотрел на мое горло. — Это всего лишь пример, Рыжая. Мои желания вызвали бы у тебя отвращение. Чёрт! — произнес он, проводя рукой по волосам. — Иногда они вызывают отвращение даже у меня, но я не могу убежать от них.