Блэк и Блу
Шрифт:
– Неудивительно, что ты так недоступна.
– Недоступна? Я?
Он фыркнул.
– Знаешь же, что ты.
Может быть. Хорошо, определенно. Подпускать людей было непросто. Заботиться о ком-то другом кроме своей персоны – делать себя уязвимой, оставлять себя широко открытой для всех видов боли. А если ты потеряла любимого человека? То никогда не будешь прежней.
Кто не рискует, тот не пьет шампанское. Верно?
Тьфу.
– Как ты стала врачом?
– спросил Блу.
– Медицина уже была у руля. Когда я работала с людьми в испытаниях лекарственных препаратов, я поняла, что мне нравились плоды контакта один-на-один, и делать кого-то лучше. Я переключилась на медицину, и фармакология стала хобби. Ныне Новый-Мировой-Порядок позволил студентам погрузиться в выбранные ими области без пересдачи предметов, которые они освоили в средней школе. Тем не менее, я решила не брать гражданство, вместо этого переехала в Новые Штаты, чтобы быть с Майклом. Он учил меня два года, прежде чем отправить на первое роковое задание.
– Я знал, что ты была молода, когда начала работать с ним, но ничего себе. Всего двадцать лет.
– Сколько же тебе было, когда пошел на первое задание?
– На задание - в 12, убил в 14.
Вот это да!
– Вот это слишком молодой.
– Ну да, но я тренировался с Майклом, начиная с пяти лет. Он нашел меня на улице и разместил в человеческой семье. Свел меня с Джоном и Соло. Дал мне цель.
Не удивительно, что Блу любил ее отца так сильно.
Неудивительно, что ее отец любил его. Они были вместе долгое время. Полагались друг на друга долгое время.
– Знаешь, я завидовала тебе. Во время нашей первой встречи.
Он покачал головой, как если бы ослышался.
– Завидовала? Почему?
– Целых два года, которые я провела с Майклом, он говорил о тебе и твоем великолепии. «Блу так хорош в этом. Блу так хорошо в том». Какая честь работать с тобой, бла, бла, бла. Это было довольно отвратительно. Я ждала всю свою жизнь, чтобы быть с ним, только чтобы увидеть его преданность, направленную на кого-то другого.
Он немного печально улыбнулся.
– Это многое объясняет.
– О да. Но это была не твоя вина, и я прошу прощения за то, как я относился к тебе.
– Ты постоянно говоришь это.
– Потому что это правда. Вот и говорю.
– Если уж я пережил это, то и ты это можешь. Перестань извиняться.
– Ты уверен?
– Она продолжила тихо.
– Все в прошлом?
Он протянул руку, чтобы заправить ее прядь волос за ухо, поморщился из-за мазка крови, оставленного им на лице, и опустил руку.
–
Так думать было намного лучше.
– Но даже если бы и не простил, - добавил он, - ты не должна была извиниться еще раз. Твое извинение шло от самого сердца. Если это не достаточно хорошо для меня, проблема со мной, а ты бы лучше дала мне под зад и выбросила.
– Я...
– Не выбрасывай мою задницу.
– Он дернулся, она улыбнулась.
– Единственное, о чем я когда-либо буду просить тебя – это об удовольствии.
Они добрались домой, прежде чем Эви смогла засыпать его вопросами. У ее красивого дома из красного кирпича было три окна с обеих сторон, все стратегически освещались уличными фонарями. Она проехала вдоль стены дома, вниз, под рампой в подземный гараж.
Припарковалась и бросилась к стороне автомобиля Блу, предлагая свое тело в качестве опоры. Он отказался, переплетая свои пальцы с ее и ведя внутрь. Он - мужчина, подумала она с дрожью. Такая сила.
Он потащил ее прямо на верхний этаж, в анфиладу комнат, которые были превращены в рай для женщины. Там стояли плюшевые диваны, кресла из натуральной кожи и драпировки из бархата, а также позолоченные зеркала и мебель из вишневого дерева. Ее любимого? Огромная кровать с мраморными подпорками, укутана тканью цвета голубого льда...
– Сядь, - скомандовала Эви. В ванной комнате она схватила свою медицинскую сумку из-под раковины.
Он был на том же месте, где она его оставила. Стоял.
– Я же сказала тебе, сядь.
– Ни за что. Пока я буду заливать кровью простыни, ты будешь выписывать мне счет свыше пары тысяч долларов.
Верно.
– Ты можешь себе это позволить.
– Нет, если я по-прежнему буду истекать кровью и наличными в Каса Блэк.
Их руки соприкоснулись, когда Эви прошла мимо него, она задохнулась от вспышки, белой молнией пронзившей ее тело. Покраснев, она поставила сумку на тумбочку и начала вытаскивать все, что было необходимо. Зажим для удаления пули, дезинфицирующее средство для рук, два шприца с клеточным регенератором, бинты и влажные салфетки. Все упакованы и стерилизовали.
– Удивлен, что все это барахло не находится в твоей сумочке, - сказал он.
– Кстати говоря, ничего не хочешь добавить?
– Вот.
– Она подняла ремешок над головой и протянула всю сумку ему.
– Загляни внутрь.
После того как она расстелила пластиковый брезент на кровать, убедившись, что защитная пленка закрывает ее полностью до полу, он сказал:
– Лунный камень, стеклянный глаз, выдвижное лезвие, торцевой гаечный ключ, и 3-D очки.
– Он улыбнулся ей.
– Ты должна рассказать. Почему стеклянный глаз?