Бледнее бледного

Петерсон Андрей Викторович

Вот случай и подвернулся.

Время шло, а решение этой задачки все как-то не получалось. Хода, что характерно, тоже помалкивала. И от Мея толку никакого не было – стоял себе да переминался с ноги на ногу, всем своим видом выражая нетерпение и активное желание двигаться вперед. Стоял-стоял, а потом, устав, видимо ждать, взял и двинулся. Прямо насквозь. Только, можно сказать, похвалили и в пример поставили, и вот – на тебе…

Осси с ужасом смотрела, как прогибаются под телом Мейла-куна тонкие нити, как одна за другой они с жутким треском лопаются, уступая

мощному напору, но сделать уже ничего не могла.

А Мей, похоже, ничего даже не заметил. Прошел себе, как ни в чем не бывало, сквозь арку ворот, и обернулся – мол, ну, чего ты там… идешь?

– Иду, – вздохнула Осси и двинулась за ним. – Теперь уж все равно…

Теперь, действительно, было все равно – если где-то в глубине Храма и бил сейчас тревогу ответственный за это дело колокол, то здесь его все равно было не слышно. Оставался еще правда шанс, что за столько лет поставленная тут когда-то охрана разладилась и пришла в полную естественную негодность – иначе говоря, померла, – но надеяться на это было несколько наивно.

– Ладно, будем посмотреть…

«Это правильно», – согласилась Хода и последовала за девушкой.

Внутри Храм не выглядел таким нарядным как издалека – с площади. То есть развалин тут, конечно, не было, но розовые камни стен были густо опутаны толстыми корявыми стволами вьюнов, взобравшимися за годы безраздельного хозяйничанья на довольно-таки приличную высоту. Сами стены кое-где потрескались, но в целом выглядело все довольно прилично и впечатляло, даже не смотря на некоторое запустение.

Осси шла по небольшому широкому проходу, образованному двумя высокими стенами, который через десяток шагов превращался в просторную и прозрачную для всех ветров аллею. До нее оставалось всего – ничего, – уже видны были огромные валуны, по ее краям, и небольшие скульптуры по середине дорожки, но пройти этот последний десяток шагов Осси не дали.

Не надо было все-таки сторожевую сеть рвать…

Сначала раздавшийся сзади глухой удар, прокатившийся мимо гулкой волной и отраженный от стен многократным эхом, возвестил о том, что пути к отступлению больше нет – входные ворота закрылись.

Сразу за этим в пяти шагах от Осси, из расступившихся плит мостовой начала подниматься стена, преграждая дорогу вперед. Росла она совершенно беззвучно – не было ни обязательного в таких случаях скрежета камня по камню, ни лязга, ни даже шелеста. Зато делала она это на удивление шустро.

Умница Мей среагировал как всегда быстро и грамотно и, не дожидаясь чем, когда и где закончится рост неожиданно появившейся на его пути преграды, с ходу через нее перемахнул. Прыжок его был великолепен и грациозен и даже оставлял ему еще запас по высоте. В общем, мертвый кот ушел красиво, а вот Осси оказалась в ловушке. Правда, не очень сложной.

Ее создатели придерживались на этот счет, видимо, такого же мнения, а поэтому решили привнести сюда еще несколько обязательных элементов…

Справа и слева от Осси раздался громкий треск, и повернувшаяся на звук, леди Кай увидела, как из стены, ломая и раздирая на части

бурые сухие стволы вьюна, выдвигаются здоровые толстенные шипы размером с руку – не меньше. То же самое происходило с другой стеной, и уже через несколько мгновений обе они топорщились длинными и, что примечательно – очень острыми иглами. Шипы эти, по всей видимости, все это время содержались в идеальном состоянии, – во всяком случае, ни следа ржавчины на них видно не было, а блестели они так, будто маслом их смазывали долго и тщательно каждый будний день. А иногда, похоже, – и по праздникам.

Некоторое время не происходило ничего, и Осси даже было начала волноваться – не произошло ли где какой поломки или сбоя, но все обошлось… События развивались очень предсказуемо, так, как и должны были и до невозможности банально. Стены с жутким грохотом пришли в движение и начали медленно сближаться с таким расчетом, что леди Кай, которая по замыслу создателей этой несуразицы все это время должна была стоять на месте как истукан, вскоре оказалась бы утыкана толстенными иглами со всех сторон.

Осси прямо расстроилась – стоило тратить силы и городить такую красивую и сложную охранную сеть, чтобы потом низвести все до пошлейшей банальности с ползущими стенами и острыми шипами. Даже неловко как-то стало, будто это она все испортила…

А стены, тем временем, все ползли, и сопровождалось это действо на этот раз всеми надлежащими эффектами и атрибутами. Земля под ногами дрожала и сотрясалась, а в воздухе грохотало и скрежетало так, что казалось – наступает самый последний и бесповоротный конец света, от которого надо бежать подальше и без оглядки. Впрочем, отсюда действительно пора было убираться, потому как становилось тут все неуютней.

Осси достала из рюкзака перчатки Васьяра [13] , не спеша их надела, расправила, аккуратно застегнула и, поплевав для порядка на ладони, подошла к стене, за которой недавно скрылся Мей. Подняться по невысокой ровной поверхности было делом несложным и недолгим, и очень скоро Осси легко перемахнула через край, спрыгивая вниз, на встречу свободе, относительной независимости… и узору леи, в который она вляпалась со всей дури и со всего размаха. Двумя ногами и почти в самую середину.

13

– подробности смотри в романе «Перстень некроманта».

И вот тогда ей стало по-настоящему страшно.

Узор был красивым. Просто сказочным. Осси даже представить себе не могла силу мага, способного сотворить такое. Если только… Но об этом даже думать не хотелось. Потому как, если узор этот, действительно, рисовал Странник, то можно было уже не дергаться. Просто лечь и сразу помереть.

Но помирать не хотелось, и Осси вознамерилась дернуться.

«Стой! – Хода почувствовала ее движение раньше, чем оно началось. – Стой спокойно!»

– Стою, – кто бы с Ходой спорил в такой ситуации. Уж точно не леди Кай.