Благословленная

Светлая Веста

Глава 10. Две стороны медали жизни императорской семьи

Мы врезались в какую-то стену, и я тут же была прижата к ней, сразу ощутив нехватку кислорода. Пришлось принять обычную форму, что бы выскользнуть, и отдалиться. Но он успел схватить меня, и снова притянуть к себе, заглядывая своими сумасшедшими голодными глазами мне прямо в душу.

Коленки ослабли, а голова закружилась, когда он впился в мои губы жадным собственническим поцелуем. То ли что-то доказывая, то ли наказывая, он крепко

прижимал меня к себе, рыча.

— Рдар… - охрипшим голосом, я попыталась остановить его. Не знаю для чего, ведь голова уже не работала, от осознания всего, что сейчас произошло.

Но он будто не слышал. Его глаза горели такой жаждой, что я внутренне ликовала, и, в то же время, ужасно боялась.

Проведя пальчиками по его рогам, застонала, когда его губы и язык стали вытанцовывать дикий танец на моей шее. В какой-то момент я осознала, что он просто не может принять обычную форму из-за тех эмоций, что испытывал. Но меня это не тревожило. Он красив в любом виде, и в любой форме, он мой.

Волна жара захлестнула все тело, и я, подпрыгнув, обхватила бедра мужчины ногами. Его ласки стали откровеннее, а руки не щадили моего наряда, грубо разрывая дорогую ткань. Видимо, Рдар не оценил аркардарийскую моду, и таким образом выразил свое несогласие по поводу ее ношения. Только кто ж его спрашивать будет.

Уже обнаженную меня, кинули на широкую кровать, давая возможность полюбоваться, как мужчина рвет на себе одежду. И снова страстный поцелуй обрушился на мои губы, вынуждая стонать и выгибаться, чувствуя на себя горячее мужское тело.

Он уверенно раздвинул рукой мои ноги, ложась межу ними и начал ритмичные поглаживания по моим чувствительным, и уже очень влажным лепесткам. Выгнувшись от накатившего удовольствия, почувствовала, как он резко входит в меня, заполняя до краев, но, тут же останавливается, моментально обретая обычную форму, и рассматривая меня растерянным взглядом.

— Но я видел…Ведь ты…

Боже, только у мужиков есть талант портить такие сладкие моменты…

— Если ты сейчас о моей девственности, то нет, я все еще невинна. Была. Рдар, может, мы продолжим?

Его плоть еще находилась внутри меня, возбуждая. И я хотела получить долгожданное наслаждения в объятиях этого мужчины.

Он все понял. Но в этот раз его взгляд был наполнен такой нежностью, что внутри все защемило. Он был ласков, аккуратно входя и выходя из меня. Его поцелуи были тягучими, мягкими. И незаметно для себя мы подошли к пику, одновременно разрываясь на острые кусочки наслаждения.

Я тонула в этом океане нежности и ласки. И это развязало во мне тугой комок всей той боли, что я приняла на себя за время долгого путешествия. Осознание, что я дома, что радом с тем, кто так долго занимал мои мысли, и что теперь я в безопасности, лопнуло в моей голове, и я почувствовала, как по лицу потекли горячие слезы облегчения.

— Дари, Дари прости, прости. Я не знал. — Рдар растерянно

разглядывал меня, целуя лицо, и стараясь унять слезы. Видимо он решил, что я плачу из-за столь стремительной потери невинности.

— Ты ни при чем, мой хороший. — ласково провела пальчиками по его щеке, — Я не чувствовала боли, не беспокойся. Просто, я, наконец, осознала, что вернулась домой, что теперь могу вдохнуть полной грудью, и обнять родных и близких.

Слезы не хотели заканчиваться, стараясь вывести изнутри всю тяжесть, что была в душе. Кивнув, и перекатившись на бок, мужчина положил меня к себе на грудь, и стал гладить по голове, позволяя выплакаться.

Так я и уснула в теплых объятиях того, кому так боялась признаться в своих чувствах.

Очнулась я, кажется, посредине ночи. Прижатая к горячему мужскому телу, я чуть не скончалась от удовольствия. И не выдержав, посильнее прижалась к Рдару, что бы тут же себя отругать. Будить его никак не входило в мои планы. Мне нужно было навестить сестру, ведь она, наверняка, ждет меня даже в это время.

Осторожно выбравшись из объятий, сползла на ковер, надевая белье, и крепление с клинками. Похоже, в качестве одежды придется позаимствовать рубашку беспощадного кромсателя моего танцевального костюма. Уже пробираясь к двери, услышала насмешливое:

— Ты все та же хитрая девчонка, которая, тем не менее, является моей истинной парой. — и как давно он проснулся? Замерев на месте, представила, насколько смешно смотрелись мои сборы со стороны. — А ведь твой клинок так и не долетел до меня…

Он что, думает зацепить меня этим?

Гневно обернувшись, заметила, что мужчина уже находится за моей спиной.

— Ну и тешь себя этим! — гордо вздернув подбородок, снова развернулась, что бы уйти. Я ему, значит, рискнула, открылась, а он…

— Глупая… — обжигающий шепот на ушко запустил маленькие разряды по всему телу. А в следующую секунду я оказалась прижата к двери. Его руки снова соблазняли, разжигая внутренний огонь, заставляя его концентрироваться внизу живота, наполняя меня желанием. — Ведь я знал, что ты являешься моей истинной парой еще в твои шестнадцать. Более того, Оракул поведал о тебе еще до того, как я впервые появился в доме ваших с Кларисс родителей.

Эта новость поразила. Значит он все это время трепал мне нервы не потому, что ненавидел меня, а потому что… Всемилостивая Тьма!

— Почему не сказал раньше? — пытаясь сохранить рассудок, но, тем не менее, уже задыхаясь от чувственной пытки, спросила его.

Пока одна рука ласкала мою грудь, вторая забралась в трусики, лаская чувствительный бугорок.

— И что бы ты сделала с этой информацией? Я бы сошел с ума, если бы ты удумала меня совращать. А теперь… Теперь ты моя.

Кажется, Рдар тоже плавился в этом пожаре наслаждения. Его хриплый голос перемешивался со стонами и рычанием, что так сводили меня с ума.