Благородный вор
Шрифт:
Тогда я открыл дверцу кареты и нырнул внутрь. Задернул занавески.
Начал быстро переодеваться. К счастью, я умею делать это сам. Могу обойтись без помощи слуги.
Через пару минут уже выбрался обратно. Полностью преображенный. В своем костюме для прогулок, правда, слегка помятом.
Якунчик мигом очутился рядом. Поправил мне прическу. Разгладил шляпу.
— Ваше благородие, вы настоящий сумасброд, — улыбнулся он. — С вами не соскучишься. Залезть в чужую карету, это же надо придумать!
Я пожалел, что нет трости.
Только я подошел к воротам, как там тут же появился привратник. Как чертик из табакерки.
— Как представить ваше благородие? — спросил он с легким поклоном.
Я лениво посмотрел на дом.
— Я проходил мимо и решил нанести визит вежливости. Заглянуть на минутку. Хозяева у себя?
Привратник снова поклонился.
— Их сиятельство князь Евдокимов сейчас у себя. Я сию минуту сообщу о вашем прибытии, ваше благородие…
Он замер в ожидании, когда я назову себя. А я тоже отключился от удивления. Князь Евдокимов? Неужели тот самый?
Глава 16
Ужин
Привратник продолжал выжидающе смотреть на меня. Видимо, не мог понять, чего это я так загрузился. Даже слегка наклонился ко мне.
— Ваше благородие, как вас представить? — вежливо напомнил он. Хотя про себя, наверное, думал, что опять столкнулся с сумасшедшим аристо, который забыл, чего ради он сюда вообще явился. — У их сиятельства сейчас гости и я мог бы…
Вот зараза, он меня что, сплавить пытается? Потихонечку. Ну, это никуда не годится.
От легкого возмущения я тут же опомнился. Сразу сообразил, как использовать ситуацию к собственной выгоде.
— Я Горский, — ответил я. — Ты, голубчик, не беспокойся. Их сиятельство меня давно уже звал на ужин, так что, я думаю, будет очень рад меня видеть. А еще скажи, у вас всегда так было принято, всех гостей держать на улице и допрашивать, как в полицейском участке?
Привратник оказался уничтожен. Он больше не сопротивлялся. Покорно пустил меня внутрь.
Я прошел через ухоженную дорожку, ведущую от ворот к дому, посмотрел на кареты, запряженные лошадьми и стоящие перед особняком и вошел внутрь. Привратник наверняка прикидывал, что это за нищий дворянин, пришедший на званый ужин пешком. Хотя, думаю, в итоге решил, что я приехал на повозке, вот только отпустил пораньше и прошелся пешком до дома Евдокимовых.
Заведя меня внутрь, привратник сообщил о моем прибытии другому слуге и тот поспешил за хозяином дома.
— А вас я прошу зайти сюда, — привратник указал на комнату слева от вестибюля. — Вы здесь можете расположиться с удобством. Прошу вас, ваше благородие.
Но я не двигался. А зачем мне уходить куда-то, когда почти следом за мной в дом вошла Настенька.
На девушке было надето красивое кремовое платье с рюшечками и бантами, с открытой шеей
— Бог ты мой, кого я вижу, — теперь меня отсюда можно было сдвинуть только табуном ломовых лошадей. — Настенька, вы еще более великолепны и ослепительны, чем до этого. Как же так можно быть такой красоткой и соперничать с солнцем, затмевая несчастное светило?
Девушка состроила холодную и неприступную физиономию.
— Сударь, однако, вам не кажется, что ваши сравнения неуместны? — заявила она. Проплыла мимо меня и хотела уйти дальше. Я, впрочем, не собирался отпускать ее просто так. Пытался схватить за руку, но девушка ожидала нападения и ловко увернулась. — Я знаю, что вы за тип, поэтому, прошу вас, сударь, давайте обойдемся без ваших бесстыжих прикосновений.
Ух ты, какая. Я не такая, жду трамвая. Кажется, я понимаю, почему она такая злая.
Не может простить, что я о ней забыл. Ну, что поделать, дела, дорогая, неотложные и срочные дела. Надо спасать империю.
Я не стал спорить. Поклонился, развел руки, развернулся и направился в ту самую комнату, в которую меня приглашал слуга.
Настя осталась сзади, замерев на месте от удивления. Конечно же, она не дала мне уйти далеко.
— Как это понимать, сударь? — возмущенно спросила она. — Вы что же, даже не можете достойно встретить барышню, без этих ваших чудачеств и сумасбродств?
Ох уж, эти женщины. Сама только что просила не прикасаться к ней, а теперь предъявляет претензии.
— Что поделать, вы сказали, что мои прикосновения слишком бесстыжие, — я стоял на месте и не оборачивался. — Так что, как я понимаю, вам будет отвратительно ощущать, как мои губы прикоснутся к вашей ручке.
Я подождал еще чуток. Настя молчала. Надо же, я не думал, что она так терпелива и осторожно. Я ожидал бурных возражений.
— Правду сказать, сударь, это для меня действительно будет отвратительные ощущения, — ответил сзади голос. Вовсе не нежный Настенькин, а грубый и властный баритон. — Так что, лучше обойдемся без этих душегубительных церемоний.
Я обернулся и увидел перед собой незнакомого мужчину. Ба, я кажется подозреваю, кто это такой. Его светлость Михаил Иванович Евдокимов, собственной персоной.
Высокий и седовласый тип, с резкими чертами лица, между прочим, ничуть не похожий на князя. Словно разбойник с большой дороги. Такие рожи я видел в притонах Хитровки и харчевнях Аржановки в Проточном переулке на Смоленке.
— Ваша светлость, — я тут же снова поклонился. — Позвольте представиться, я…
Но князь не дал мне закончить. Подошел ближе, пожал руку, пихнул в грудь. Однако, кажется, такая фамильярность не совсем оправдана. Но князь ничуть не смутился.