Благородное сердце
Шрифт:
– Мэтью, я очень благодарна за приглашение, но у меня очень много дел и…
– И что? Такое впечатление, что у вас всегда много дел, которые важнее меня.
– Нет, это не так. Но случилось неожиданное… гость… приехал и несколько сбил мне все планы.
Только теперь она подняла голову и застонала про себя. Лейф спускался по лестнице в слишком узкой рубашке и брюках, буравя Мэтью взглядом ярко-синих глаз.
Мэтью ответил Лейфу таким же взглядом.
– Кто… это? – Глаза его чуть было не вылезли из орбит. – Это же не
Кристе не понравился его тон, да и Лейфу тоже. Хотя он и не понял ни слова, челюсть его заметно отвердела.
– Мэтью, это очень долго рассказывать. Сейчас у меня нет времени на объяснения.
Мэтью смотрел на высокого блондина, необыкновенно привлекательного даже в одежде не по размеру и чрезвычайно мужественного.
– Если вы рассматриваете возможность нашего совместного будущего, у вас найдется время на объяснение.
Она улыбнулась:
– Хорошо, мы поедем в оперу, если пожелаете. Я объясню все сегодня вечером.
– Мне хотелось бы услышать объяснение сейчас. Думаю, я имею на это право.
Слава Богу, как раз в этот момент в дверях появился отец.
Криста вздохнула с облегчением.
– Отец, Мэтью хочет задать несколько вопросов о нашем… госте. Ты не мог бы уделить время на объяснение?
Лейф спустился с лестницы.
– Кто этот человек? – спросил он у Кристы, будто имел право знать.
Он произнес это по-исландски очень быстро, и понять его было бы нелегко, если бы не тон, который точно выразил, что именно Лейф имеет в виду.
– Друг, – ответила она и увидела, как взлетели брови Мэтью при звуках языка, на котором они говорили.
Отец обратился к Мэтью по-английски:
– Его зовут Лейф Драугр. Он скандинав. На этом языке он и говорит. Я с удовольствием все объясню. Для меня это великолепная возможность, уникальный шанс изучить культуру, которую считали давно исчезнувшей.
Мэтью взглянул на Лейфа, который смотрел на него, словно на толстого человека, бившего его палкой.
Отец повернулся к Лейфу:
– Прошу меня извинить, Лейф. Мне нужно поговорить с коллегой. Как только я закончу, мы начнем занятия. – Он повернулся к Кристе: – Нашему гостю нужна приличная одежда. Если не возражаешь, я был бы очень признателен тебе за помощь.
Она кивнула и улыбнулась специально для Мэтью.
– А теперь, если джентльмены позволят…
Мэтью и отец отвесили поклоны. Она ничего не сказала Лейфу, но чувствовала на себе его взгляд. Не обращая внимания на легкий странный трепет в животе, она направилась к карете.
Работа в газете продолжалась как и раньше. Последнее время она искала более дешевого поставщика бумаги, и утро прошло за просмотром различных предложений. Уйдя с головой в работу, Криста не обращала внимания на время. Она сидела за письменным столом, корпя над заметками, которые сделала для статьи, требовавшей завершения, когда в контору вошел отец.
– Извини,
Отец кивнул, терпеливо подождал, пока Криста сходит наверх и оглядит себя в зеркале, висящем в комнате для совещаний, и возьмет шляпку с темно-красной тесьмой и кашемировую накидку. Надев шляпку поверх золотистых локонов, она завязала ленты под подбородком и спустилась обратно.
– Лейф ждет в карете, – объявил профессор.
И довольно нетерпеливо, как выяснила Криста, сев в карету и заняв место напротив него.
– Леди, вы опоздали.
Кристу охватило недовольство.
– Женщинам положено опаздывать. Это нормально. Кроме того, откуда вам знать? У вас нет… э-э-э… – она не знала, как по-древнеисландски «часы», – способа говорить о времени.
Он нагнулся, выглянул из окна и указал на желтое небесное тело, сиявшее над горизонтом.
– Движение солнца говорит все, что мне нужно знать. – Он пронзил ее взглядом.
Не обратив на него внимания, она просто откинулась на сиденье и выглянула в окно, молча страдая от столкновения со случайными выбоинами, пока карета пробиралась по улицам Лондона. И все же она не могла не замечать присутствия Лейфа в карете. Казалось, она настроена на каждое его движение, принимает в себя жар его взглядов, скользящих по ней. Никогда раньше она так не ощущала мужчину, и сейчас это лишало ее сил.
Они добрались до любимого ателье отца «Стивен Уорд и K°» на Риджент-стрит. Мистеру Уорду прислали заранее записку, уведомлявшую об их приезде, поэтому он появился у конторки лично.
– Добро пожаловать, сэр Пакстон… Мисс Харт. Мы всегда рады вас обслужить.
Это был черноволосый мужчина небольшого роста с тонкими усиками. Лишь легкий подъем черной брови засвидетельствовал удивление при виде высокой фигуры Лейфа в одежде не по размеру.
– Это – мистер Драугр, наш знакомый из Норвегии, – спокойно объяснил отец. – Его багаж украли, когда он прибыл на причал, и, как видите, ему необходим гардероб.
– Да… Я вижу. Это верно.
Человек повернулся, хлопнул в ладоши, и в приемной появились два молодых его ученика.
– Думаю, нам предстоит много работы, – объявил им портной.
Он повернулся и улыбнулся профессору:
– Не беспокойтесь, сэр Пакстон. Стивену Уорду эта работа по плечу.
Он проводил группу за занавеску, за которой скрывалась богато обставленная задняя комната, и указал на возвышение:
– Если мистер Драугр поднимется на помост, мы снимем мерки.
Лейф взглянул на профессора, который перевел ему пожелание мистера Уорда, и поднялся на помост.
Стивен Уорд подошел к помосту и замер на мгновение, рассматривая внушительную фигуру с широкими плечами.