Black Wizard
Шрифт:
Смотав его в тугой комок, он приложил его к ране Ракель. Сквозь черный, слипшиеся волосы и красную, рваную рану было видно что-то белое. Благо, Томас не боялся ни вида крови, ни черепно мозговых.
– Да где ж ты там!
– крикнул Корнев в сторону склада.
– Томас, - прохрипела Ракель.
– Мне холодно.
– Проклятье, - процедил парень.
Он скинул с себя пальто и закутал в него Левенштайн. Та теперь казалась маленькой и хрупкой. Как фарфоровая статуэтка брошенная с многоэтажки на мостовую. Пока она летела,
– Ты не молчи только, - Томас хотел было создать огонь, но вспомнил, что черная магия не умеет согревать.
– Не засыпай. Скажи мне - кто на тебя напал?
Ракель с трудом держала глаза открытыми. Её губы синели с каждым вздохом, а Томас начал замечать, что кровь текла не только с виска.
Не мешкая, он достал из-за голенища сапога нож и вспорол её рубашку. На плоском животе, некогда сводившем с ума некоторых особо впечатлительных студентов, красовалась длинная, алая полоса.
– Твою мать! Да где же аптечка?!
– Вот!
– продавец буквально вылетел с белым сундучком в руках.
Томас выхватил его. Первым делом он свел края раны, игнорируя вопль Ракель и обильно смазал его специальным клеем. Не найдя эластичного бинта, он схватил обычную изоленту и стянул ей кожу.
На голову плеснул перекисью, наблюдая за тем как та пенится и шипит, из прозрачной становясь вишневой. Марля и несколько слоев бинта.
Будучи в учениках Профессора, он первым делом выучил как оказывать первую помощь. В основном - самому себе. Глядя в зеркало.
– Томас, ты... здесь?
– Да, - Корнев уселся и дрожащей рукой пытался достать из кармана джинс телефон.
– Все нормально. Я тут. Сейчас скорую вызовем и тебя увезут. Все будет нормально.
– Извини, Томас.
Корнев замер. Он смотрел на Ракель, а та невидящем взглядом пыталась его отыскать в обволакивающей её тьме. По щеке бежала одинокая слеза.
– Ты о чем, Ракель? Все будет нормально. Только не спи.
Томас от чего-то снова себя чувствовал маленьким ребенком, которому принесли печальные известия. Он ощущал, как рвется очередная цепь, связывающая его с прошлым. А их осталось так мало...
– Я не знала... что все так... повернется.
– Да ничего страшного. Я уделал того демона, - Томас натянуто улыбался, набирая телефон лейтенанта.
Продавец тоже потянулся к аппарату, но наткнулся на предупреждающий взгляд Корнева. Мужик побледнел, сглотнул, кивнул и от чего-то рухнул без сознания. Томас же не заметил, что вновь был не один и в его черных глазах плясали алые отсветы.
– Я не об... этом, - на уголках губ Ракель лопались красные пузырьки.
– Он... пришел ко мне... Сделал сильнее... и...
– Корнев?
– донесся из динамика голос Грибовского. На заднем фоне кто-то довольно-таки узнаваемо пыхтел. Кажется поляк был не один и не собирался отрываться от процесса, чтобы поговорить
– Какого черта тебе надо? Я занят!
В этот самый миг, когда Томас хотел наорать на лейтенанта, а Ракель что-то сказать, треснула витрина. Томас наблюдал за тем, как целый рой свинцовых пуль превращает усиленное магией стекло в решето.
– Твою!
Томас заорал, взмахнул рукой и создал стену черного тумана. Пули вязли в ней и со звоном падали на пол, но вряд ли это могло долго продолжаться.
– Что у тебя происходит, Корнев?!
– Я в осаде, вот что происходит! Так что тащи сюда свою задницу! И, желательно, со спецназом и армией!
Корнев, в прямом смысле, бросил трубку, успев услышать как Грибовский перед кем-то извиняется. Сжав зубы, он приподнял Ракель, с каждой секундой терявшей кровь и силы. Взвалив её на спину, Томас пополз в сторону укрытия.
Взмахом руки откатив в сторону все еще не пришедшего в себя продавца, он укрылся за стойкой. Здесь, будто в дань уважения традициям, под лавкой был закреплен обрез. Вот только на тревожную кнопку поскупились. Скоты.
Уложив девушку головой себе на колени, Томас положил рядом револьвер и казенное оружие.
В этот самый момент стена не выдержала и пуль градом посыпались в зал, превращая магазинчик в решето. Вот так, посреди бела дня, кто-то палил по ним из автоматических винтовок зачарованными патронами. Будто это было чем-то само собой разумеющимся. В порядке вещей.
– Да кто это такие?!
Томас, воспользовашись секундной паузой между выстрелами, выглянул из укрытия. На дороге стояло с десяток человек в черных костюмах. Позади них четыре фургона, в одном из которых уже прилаживали ленту к скорострельному военному пулемету.
– Ты что, с армией что-то не поделила?!
– Томас пытался хоть как-то разговорить Ракель. Ей нельзя было молчать.
– Это... Синдикат, - Ракель наконец-то сфокусировала взгляд на Томасе.
– Ты вырос в... красивого... парня.
– Ха-ха, - наигранно смеялся Корнев.
– А ты в роковую женщину. Чего синдикату от тебя нужно?
Томас закончил чертить печать и их окутала темная сфера. Этого должно было хватить на пару минут осадного огня. Не больше. После следом за магазином уже его самого превратят в сито.
– Они думают, что... это я... убила Алекса.
На щеку Томаса легла холодная, слабеющая ладонь.
– С чего бы им так...
– Корнев запнулся на полу слове.
– Откуда ты знаешь Алекса? И ... как меня нашла?!
Левенштайн улыбнулась. Совсем как тогда - в детстве, когда они вместе подложили петарду под стул Профессору.
– Прости... Томас.
Ракель выдохнула. Её некогда красивая грудь поднялась, замерла на мгновение и медленно опустилась. Рука безвольной плетью упала на пол. Слетевшее кольцо покатилось, издавая мерный звон. Томас различил его сквозь грохот выстрелов и рева разорвавшейся гранаты.