Битые короли
Шрифт:
Никола нагнулся над неподвижным телом с пистолетом. Пощупал пульс, поднял лицо, показал руками крест.
Охранник развел руками, показывая Глебу, что белой машины след простыл, и сунул травматы за пояс.
Никола переместился к раненому парню, наклонился над ним, чтобы оказать помощь, и в эту секунду неожиданно для охранника и для Глеба вскрикнул и повалился набок от удара ноги парня.
А тот вдруг отпрянул от колеса и подхватился с асфальта.
Охранник выхватил пистолет, потребовал:
– Финкарь на землю!
Но парень и не
– Ну, чмо, я тебе сейчас посчитаю зубы!
У парня левая рука обвисла, и сам он клонился в левую сторону. Но в горячке не чувствовал боли и ощущал неудобство лишь от того, что не владел одной рукой. И все же пытался сделать какие-то движения ею. Искривленное лицо было злым. Спина чуть сутулилась.
Все произошедшее для него определенно было полной неожиданностью. Из горла вырвался негодующий хрип. Надо же так угодить под раздачу: поймать пулю, едва не отправиться к праотцам вслед за своим напарником. Его вид показывал, что сейчас он готов на все.
Охранник снова выкрикнул:
– Ты что, оглох? Кому сказано, бросай ножичек!
– Не шелести, картавый! – выдавил парень. – А то я отсчитаю твои денечки!
Посмотрел на свою машину, стоявшую неподалеку. Между ним и ею маячила изогнувшаяся фигура Николы, готовая к прыжку.
– С дороги, моська, иначе пришью! – крикнул, глядя на водителя.
– Не валяй ваньку, парень, положи нож, – посоветовал Корозов. – все равно у тебя нет шансов. – И отвернулся.
– Это кто же тебе сказал, старик? – огрызнулся тот, поворачивая лицо к Глебу с бешеными глазами. – Не шелести напрасно! Ты мне поможешь!
Он неожиданно метнулся к нему и оказался за спиной.
Глеб ощутил, как сзади рука парня скользнула ему под пиджак, а затем испытал резкую боль в пояснице от укола ножом. Злясь на себя за то, что не предугадал такого поворота событий, он резко сделал крупный шаг вперед. Оторвался от парня и повернулся к нему лицом, занося кулак над головой. Но тот нырнул под кулак и плотно прильнул.
Острие ножа уперлось Глебу в живот:
– Не маши граблями, старик, а то проткну, как новогодний шарик! – пообещал, сильнее вдавливая нож. Покосился на водителя: – С дороги, моська, иначе из твоего шефа потроха выпущу!
Никола обеспокоенно дернулся, не зная, как ему правильно поступить, зацепил взглядом охранника.
Тот был тоже в замешательстве. Однако быстро сообразил, как отрезать путь к отступлению. Прыснул к синей машине, на ходу вытаскивая перочинный нож, воткнул в шину.
Зашипел воздух, машина медленно наклонилась набок.
Парень побелел от ярости, и в эту секунду Глеб ощутил, как по животу потекла горячая струйка крови. Он резко отшатнулся и ударил парня в ухо. Нож слегка полоснул по коже живота, разрезал рубаху, галстук, зацепил полу пиджака и резанул воздух.
Парень хыкнул, метнул глазами по сторонам и, скособочившись,
Водитель сорвался с места, чтобы опередить, но тот прыгнул за руль в раскрытую дверь авто. Никола проклинал себя за то, что оставил ключ в замке зажигания, эта мысль вывернула его наизнанку, он скрипел зубами. Но было поздно. Парень хлопнул дверью, защелкнул, завел мотор. Никола схватился за ручку, но машина сорвалась с места и увлекла водителя за собой. Он бежал рядом, пока не споткнулся, его отбросило, и он пробороздил носом по асфальту.
Охранник кинулся к пистолету убитого парня, вырвал из холодеющих пальцев и несколько раз выстрелил по задним колесам автомобиля. Увидел, что попал. Машина пошла юзом.
Парень за рулем усиленно выравнивал ее и нажимал на педаль газа, стараясь отъехать дальше. И все же вынужден был остановиться и выскочить из авто.
Никола с охранником бежали по тротуару к нему.
Парень кинулся к остановке, прыгнул в автолайн, поднес нож к лицу водителя:
– Дави на педали!
Водитель нажал на акселератор, видя нож, перекошенное лицо и окровавленную рубаху. Пассажиры притихли, отворачиваясь от бешеных глаз налетчика. Через пару кварталов парень выпрыгнул. Водитель дрожащими руками начал звонить в полицию.
Никола с охранником подбежал к автомобилю и принялся менять колесо. После кувыркания по асфальту он был в ссадинах, пиджак, брюки и рубаха порваны. Но когда охранник предложил ему заклеить ссадины пластырем из аптечки, отмахнулся.
Им обоим было стыдно и досадно, что один раненый переиграл двоих здоровых, что упустили его как лохи. Чертыхались сквозь зубы и не смотрели друг на друга. Так оплошать, так оплошать. Впрочем, все остались живы – и это было самым главным.
– Управишься один? – спросил охранник и, не дожидаясь ответа, пустился к Глебу.
Тот, хмуро поглядывая на собравшуюся толпу любопытных, сказал:
– Сбегай в магазин, пусть найдут, чем накрыть труп.
Охранник стремительно смотался туда и обратно, принес кусок ткани, накрыл тело.
– А где его ствол? – спросил Корозов.
– Вот, – охранник достал из кармана. – Хорошая машинка, без нее не остановили бы гада.
– И отпечатки свои оставил, – буркнул Глеб.
– А как же еще можно было остановить машину? Хорошо хоть так.
– Может, на этом стволе сотни убийств.
– А когда было об этом думать, Глеб? Но ведь ствол до меня был в руках этого убитого бандюгана. Его отпечатки снимут с его пальчиков, пистолет не нужен.
И все-таки заволновался, выхватил из кармана носовой платок и стал тщательно протирать пистолет.
– Давай сюда, конспиратор, – усмехнулся Корозов, развернул свой носовой платок, и охранник положил оружие на него. – Пошли в магазин.
Продавцы и покупатели, до того изумленно наблюдавшие через окно за происходящим на улице, встретили их настороженно. Глеб положил на прилавок пистолет в носовом платке и предупредил, чтобы никто к нему не прикасался.