Битва
Шрифт:
Она резко дергает, и моему взору предстает автомат «узи».
КОГДА ДЕВЧОНКА ТЕРЯЕТ ГОЛОВУ
Пронзительные вопли и шум борьбы выдернули Менискуса из игры. Первым делом он увидел Наоми. Она удерживала над головой сосуд с герметично запечатанной спермой, подальше от доктора Бальдино.
— Нет, дайте мне объяснить! Это для моей двоюродной сестры из Теннеси. Она живет в трейлерном парке и не в состоянии позволить себе такую роскошь.
Голос Наоми напоминал хриплое карканье, потому
— Чушь собачья! — фыркнула доктор Бальдино. — Выкладывай начистоту. Что тебе известно?
Она принялась озираться, в ее глазах поселилось безумие и паранойя. Менискус прижался к стене, стараясь слиться с темнотой, царившей в его части аквариума. Его мозг все еще вибрировал. Все чувства Менискуса чрезвычайно обострились: казалось, будто он может взглядом касаться предметов и вдыхать звуки. Торжествующее выражение на лице Наоми он воспринимал не столько глазами, сколько каждой своей клеточкой, пылающей в его теле подобно раскаленному углю.
Наоми стала задыхаться.
— Ладно-ладно-ладно, нет у меня никакой двоюродной сестры, сперма для меня самой, понятно?
Слезы покатились по ее лицу. До сегодняшнего дня Менискус не видел, чтобы Наоми выказывала какие-либо признаки эмоций. Сейчас она явила себя во всей красе. Его кожа покрылась мурашками. Казалось, воздух дрожит и вибрирует от ярости этих двух женщин. Менискус вдыхал запах их чувств.
— ЗАЧЕМ? — закричала доктор Бальдино. — Зачем тебе понадобилась нелицензированная сперма? Ты что, спятила? ЗАЧЕМ? Ответь мне, зачем?
Доктора Бальдино колотила крупная дрожь. Менискусу пришел на ум висячий мост, раскачивающийся так сильно, что вот-вот мог обрушиться. Она тоже с минуты на минуту могла развалиться на части, и тогда крошечные Бальдино-осколки усеют весь пол, напоминая полотна сюрреалистов.
Сияющий собирал свой вещевой мешок и покачивал головой, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.
Наоми стала растирать шею. Заговорщицким шепотом она сказала:
— Нет никакого Арни Хеншоу. Все это чистый Голливуд. № 4465 — тот человек, который выполняет все рискованные трюки на видео, и чьи феромоны вызвали среди нас такой ажиотаж, а вовсе не Арни.
У Менискуса сложилось впечатление, что доктор Бальдино ожидала услышать совсем другое.
— О чем ты говоришь? — Хотя в голосе доктора слышались жесткие нотки, она слегка ослабила хватку.
— Арни просто ширма — он подставное лицо.
— Это же смешно. «Хайбридж» обладает средствами, чтобы распознать подставных кандидатов, Арни не может быть всего лишь…
— Эй, «Хайбридж» все и затеял, не усекаете? У меня есть доказательство на пленке, я вам покажу, просто, мать вашу, отцепитесь от меня наконец!
— Я готов уйти, — сказал Сияющий, красноречиво качнув вещевым мешком. Рядом с его ногой стоял
Доктор Бальдино резко крутанулась, отпустив Наоми, которая нырнула в образовавшуюся брешь под руками Мэдди и заскользила по гладкому полу, подкатив прямо к ногам Сияющего.
— Ты, оставайся на месте, — велела доктор Бальдино. — Мы с тобой не заключали никакой сделки.
— Верно, но Наоми заключила.
Доктор Бальдино вперилась рассерженным взглядом в молодую женщину.
— Да, я приняла условия, — заявила Наоми. Она бросила кокетливый взгляд на Сияющего и сказала: — Охрану я не вызывала. И не стала бы.
Сияющий повернулся спиной к ним обеим и двинулся к пульту управления, расположенному за «И-МИДЖем».
— Ты, чертова сучка! — завопила Бальдино. — Ты знала, что это надувательство, и ничего мне не сказала. Что с тобой случилось?
Она ринулась к Наоми, которая на локтях и коленях шустро рванула к кровати Менискуса. Тот отпрянул, чтобы убраться с ее пути, и в эту минуту увидел, как куратор Гулд входит в лабораторию. Ее сопровождали две здоровенных, остистых бабы, обряженных в антивирусные защитные костюмы и бронежилеты. Сияющий тоже их заметил и насмешливо фыркнул:
— Как только вы передвигаетесь в этих хламидах? Даже мелкий Пискля может обежать вас десять раз, пока вы развернетесь.
Но впервые никто не обратил никакого внимания на Сияющего. Наоми и доктор Бальдино извивались клубком на полу. Из них двоих Наоми явно была сильнее и ловчее, но доктор Бальдино использовала грязные приемы. Она зажала соски Наоми и плевала той в лицо, когда на сцене нарисовалась куратор Гулд.
— Прекратите, довольно! — закричала старшая женщина, включив пожарную систему орошения и принявшись щелкать выключателем света.
Менискус старался держаться подальше от боевых действий. Внутри его тела уже и так происходила куча всяких процессов.
Куратор Гулд покосилась на Менискуса со странным выражением лица. Он понял, что она, видать, внезапно вспомнила о вирусах. Куратор сделала знак одной из охранниц и в ту же секунду ринулась к двери аквариума, чтобы запереть дерущихся и обоих мужчин внутри.
Она все равно опоздала. Без видимого усилия Сияющий первым оказался у двери и засунул туда ногу. Он принялся расширять щель.
— Что за безобразие! — закричала Гулд. — Охра…
СЕ сграбастал ее запястье и потащил Гулд через пролом в плексигласовой перегородке внутрь аквариума. Куратор развопилась не на шутку, наполняя воздух вокруг себя омерзительным зловонием.
— …на! Остановите их! Это возмутительно! — кричала она даже тогда, когда СЕ проволок ее мимо велосипеда и швырнул в угол.
— Мне это все уже порядком осточертело, — заявил он. Сияющий повернулся к Гулд и наставил палец ей в лицо. — Ты! Скажи своим битюгам держаться подальше.