Шрифт:
Пролог
– На дольку, - Ася протянула Джаму целую шоколадку.
– Мм, спасибо, а ты? Ведь она маленькая, а ты с утра ничего не ела, - парень не спешил принимать угощение. Да и вообще, его с детства приучили к тому, что брать еду можно только у того человека, в котором ты уверен на все сто процентов. Из таких в его окружении были, пожалуй, только родственники, да парочка друзей.
– Я больше не хочу, - девчонка, видя, что парень стоит над столом, и взглядом гипнотизирует шоколадку, сунула сладость ему в руки.
– Держи!
– Эм, спасибо, - пробормотал
Ребята стояли у пластикового столика, гвоздями прибитого к какой-то торчащей из-под земли тумбе. Придорожное кафе, возле которого остановился автобус, везущий школьников на долгожданные каникулы, выглядело на фоне казахстанской степи чужеродным элементом.
– Как думаешь, долго нам еще ждать водителя?
– посмотрев на мутные стекла кафешки, спросила Ася.
Джам, все еще размышляющий, стоит ли принимать еду от едва знакомой девушки, взглянул ей в глаза.
– Бойтесь голубоглазых, парни, - в голове всплыли слова его мамы, адресованные двум мальчуганам, трогательно держащимся за руку, - в них можно провалиться с головой.Теперь Джам понял, что пыталась тогда сказать им мама. Он неловко улыбнулся, и сильными пальцами сломал угощение напополам.
Ася с интересом смотрела, как парень не спеша разворачивает обертку, шелестя фольгой. Солнечный зайчик отскочил от нее прямо Асе в глаз. Девочка засмеялась.Джам, помимо воли, улыбнулся заразительному смеху своей соседки по автобусу.
– Удивительное совпадение, - подумал он, - мы все из разных школ и даже из разных стран, и каждый из нас получил именную путевку на игровую смену в детский лагерь, в которой было написано: "Не совсем обычному человечку".
Присматриваясь к остальным ребятам, Джам и вправду замечал особенности некоторых мальчишек и девчонок. Кто-то был очень толстым; кто-то, наоборот, чрезмерно худым; одна девочка что-то печатала в своем телефоне, экран которого не горел; её соседка принялась заливисто хохотать еще до того, как сидящий перед ними накачанный парень начал рассказывать своему соседу, на протяжении трех часов сидящего в одной и той же позе, анекдот.- Удивительное совпадение, - подумал он, откусывая уголок от плитки шоколада, - полный автобус детей, а подышать свежим воздухом вышли только мы, да водитель.
Ася с интересом смотрела на Джама, задумчиво жующего шоколад и смотрящего сквозь нее.
«Интересный парень» - думала она, - «ребенок с глазами взрослого».
– Кхм, - вынырнул из своих мыслей парень, - какой интересный вкус у этой, кхм, шоколадки!
Ася прыснула в ладошку.
– Слушай, а ты в курсе, что она соленая?
– уточнил Джам.
– Да, - девочка посмотрела на него своими бездонными глазами и поморщилась, откусывая очередной кусочек.
– Это ты мне её поэтому дала?
– Джам не мог понять, был ли Асин поступок совершен от чистого сердца или ей просто не хотелось кушать соленую шоколадку.
– Ну, - потянула девочка, - и поэтому тоже.
– Но она же, блин, соленая!
– парень на всякий случай понюхал шоколадку. Ася снова хихикнула.
– Спасибо, тебе, Ася, за такую вкусную шоколадку!
Ася широко улыбнулась и посмотрела на Джама.
– Пожалуйста, - она перевела взгляд на свою недоеденную плитку, и снова прыснула в ладошку, - кушай на здоровье!
–
– Раньше, когда трава была зеленой, небо голубым, а люди умными, считалось, что соленый шоколад - это шоколад элитных сортов. Его могли позволить есть только очень счастливые люди.
– Почему?
– голубые глаза требовательно распахнуты, шоколадка, не донесенная до рта, забыта...
– Потому, - с удовольствием откусывая очередной кусочек от плитки, пояснил Джам, - что люди кушают сладкое, когда им не хватает счастья, и если тебе не нужна сладкая шоколадка, чтоб поднять себе настроение, значит, ты уже счастлив.
– Интересно, - проговорила Ася, с неприязнью глядя на зажатую в руке плитку, - но мне все равно не нравится.
– Вкусная шоколадка, спасибо тебе, Ася, - Джам, доев свою плитку, не удержался и снова посмотрел в глаза своей соседке. Его папа советовал Джаму с братом не смотреть в глаза девчонкам, лишь в переносицу. Зачем, мальчик так и не понял. Его папа почему-то сравнивал взгляд парня со сливочным маслом, а взгляд девушки с раскаленной сковородкой, - правда вкусная.
– Ну-ну, - хмыкнула Ася, страдальчески кривясь, - ты что, её всю доел? Прям до конца?
– Всю, - улыбнулся парень. Он чувствовал, как с каждой секундой ему становится все сложнее и сложнее оторвать взгляд от этих искренних глаз, отражающих яркую синеву неба. Парень начал понимать, что хотел сказать ему отец, - знаешь, Ася, это самая вкусная шоколадка, которую я ел в жизни!
Джам твердо посмотрел в глаза девочке. Та снова прыснула в кулачок.
– Она же соленная, дурачок!
– Ася огляделась, в поисках бутылки с водой, и, не найдя её под рукой, направилась к автобусу.
– Да уж, - вздохнул парень и проговорил, с легким сожалением смотря на удаляющуюся девочку, - раньше люди и вправду были умнее...
Бросив взгляд на мутные окна кафешки, он поспешил за Асей, не заметив, как за покрытой жирными разводами стеклянной дверью кафетерия мелькнула чья-то тень.
Глава 1
Джам улыбнулся своим мыслям – кто-то из его коллег во время работы предпочитал слушать музыку, кому-то требовалась абсолютная тишина, кто-то не мог без бутылки. Один из его знакомых археологов во время раскопок ласково матерился себе под нос, другой – пел колыбельные…
Джамшед Устоз в этом плане считал себя непритязательным. Пока руки занимались любимым делом, а именно – легкими движениями щеточки смахивали песок с откопанных скульптур или монотонно копали землю специальной деревянной лопаткой – Джамшед любил вспоминать. Раз за разом прокручивая в голове разные кусочки своей жизни.
Так получилось, что Джам мог вспомнить практически любой день, начиная с одиннадцатилетнего возраста. Врачи так и не пришли к единому мнению: «гипертимезия», «исключительная память», «необратимые изменения, вызванные биологическими нарушениями в работе мозга» … Диагнозов было много, но суть одна – абсолютная память, из-за которой Джам временами страдал бессонницей и неконтролируемыми вспышками воспоминаний.