Битва с богами
Шрифт:
Вывод напрашивался — Ангела Заката и представителя Ватикана связывало что-то общее.
Мы не стали мудрствовать лукаво, а просто захватили настоятеля храма Марка Загурского и привезли на площадку для доброй
Мы были готовы ко всему — к сопротивлению, лжи. Но святой отец тут же поплыл. И выдал все, что знал.
— Я не предатель, — под конец разговора произнес он. — Просто однажды меня осенило — цель ложная.
Наши дознаватели работали с ним еще несколько дней. Не обошлось и без препаратов — нужно было подтверждение, что имели место не игра и обман, а искреннее раскаянье.
Из него вытащили все, что он знал о деятельности против России различных организаций. Все, что знал о «Неводе».
Закончив работать, начали думать, что делать с ним.
— Ну что, доктор, пациент жить будет? — спросил я у Куратора.
— Придется оставить его в живых. Мы его знаем. А грохнуть — пришлют нового резидента.
— Если они уже не переполошились, что он несколько дней не выходит на связь.
— Не переполошились. Официально лежит в реанимационном отделении Подольской районной клинической больницы после анафилактического шока. Посетители не допускаются.
— А
— Звонили много, в том числе из паствы. Но мы закрыли больницу на карантин.
— Значит, отпускаем мерзавца?
— Значит, отпускаем…
Католический священник выглядел осунувшимся. В его глазах горела вечная тоска по несовершенству мира.
— Настала пора решать по вам, — сказал Куратор.
— И как это будет выглядеть? Выстрел? Стопка яда?
— Это будет выглядеть так — вы вернетесь сегодня в свою церковь. И сообщите, что у вас был анафилактический шок от укуса дикой пчелы в подмосковных лесах. Но вас спасли люди добрые, доставили в больницу.
— Вы считаете, что я буду работать на вас?
— Мы считаем, что в вас проснется разум. А как вы им распорядитесь — это уже ваша проблема.
— Я понял, — кивнул он.
— Напоследок скажите, что дальше? — спросил Куратор. — Сеть «Невода» разрушена. Цели не достигнуты.
— А вы думаете, эта сеть была единственная? — усмехнулся падре. — Вас не оставят в покое. Никогда.
— Не додавят. Подавятся.
— Почему?
— Вы же сами сказали, все в руках Бога. А Бог с нами, падре. С нами, и ни с кем другим…