«Битлз» врозь
Шрифт:
Но главная причина неудачи заключалась в совершенно неприглядной продюсерской работе Арифа Мардина. Он чувствовал себя в своей тарелке, продюсируя Арету Франклин или других соул–исполнителей фирмы Atlantic, но полностью провалился, попытавшись воспользоваться теми же приемами при записи Ринго.
Вряд ли Ринго чувствовал себя как дома в Atlantic, но было бы ошибкой винить в этом компанию. Теперь Ринго сам контролировал свою карьеру, и все просчеты отныне были на его совести. Вряд ли какая–нибудь другая компания смогла бы сделать для этого альбома больше. В этом смысле Битлз оказались в очень интересном положении: успех их альбомов отныне зависел
Ringo The 4th (Ринго вел отсчет, начиная с Ringo) вышел в свет на следующий год и был еще хуже предыдущего. Опять продюсером был Мэрдин, было привлечено много очень сильных музыкантов, но безрезультатно, поскольку материал опять оказался очень средним, большинство песен было сочинено Ринго и его близким другом Вини Понсия.
Ringo The 4th вызвал в основном раздраженные отзывы, и тираж оказался очень низким. Atlantic быстро разорвала свой контракт с ним. Ринго перебрался на фирму Portrait, принадлежащую CBS, и выпустил там Bad Boy, альбом, сопровождающийся специальным теле–шоу. Пятилетней давности опыт Пола не остановил Ринго, и в результате — еще один провал.
Подобно Джону и Джорджу, Ринго решил сделать небольшой перерыв.
В начале 1980 он вернулся в кинематограф и снялся в фильме «Пещерный человек», этаком доисторическом вестерне. Съемки проходили в Мексике в феврале–марте 1980 года, и хотя сценарий не предполагал нормальной человеческой речи, Ринго удалось наладить хороший контакт со своей партнершей Барбарой Бах. Брак Ринго с Морин к тому времени был расторгнут, и они с Барбарой начали подумывать о свадьбе — планы эти к счастью не были нарушены серьезной аварией, в которую парочка угодила в Лондоне на «Мерседесе» Ринго 19 мая 1980 года. Брак между ними был заключен, не прошло и года (первый муж Барбары был итальянским бизнесменом, так что развод занял немало времени), 27 апреля 1981 года. И снова Ринго собрал Битлз; на следующее утро газеты пестрели совместными фотографиями Ринго, Пола и Джорджа.
Успех Band On The Run и Venus & Mars укрепил индивидуальные позиции Пола, а всемирное турне Wings 1975–76 позволило ему укрепить позиции группы в целом. Американские гастроли состоялись весной и завершились 24–25 мая концертами в Мэдисон Сквер Гарден. Среди европейских выступлений был концерт 26 сентября на площади Святого Марка в Венеции, организованный ЮНЕСКО во имя спасения сокровищ тонущего города. Всего было дано 66 концертов в 11 странах, последний из которых состоялся в октябре в Лондоне на Уэмбли.
Не считая харрисоновского краткого и неудачного американского турне 1974 года, ни один из экс–Битлз не предпринимал ничего подобного. Можно понять стремление Пола не высовываться, пока группа не будет по–настоящему готова; на этот раз момент был выбран удачно. Все концерты прошли с аншлагом. Теперь у него было как бы две аудитории — та, что сложилась у Битлз в 60–х, и та, что Wings создали себе сами. Турне пользовалось грандиозным успехом и сопровождалось хвалебными рецензиями и восторгами слушателей — особенно в Америке в те моменты, когда Пол включал в программу какую–нибудь песню Битлз, будь то Lady Madonna, I've Just Seen A Face или Yesterday. Причем Пол с радостью делал это, поскольку отныне битловская легенда уже не довлела над ним. Он превратил Wings из заштатной группы, разъезжающей
Джордж Харрисон снимал и записывал свои концерты, но негативная реакция на них привела к тому, что и фильм, и пленки остались на полках. Пол тоже любил сниматься и записываться. Но к этому времени стоимость концертных выступлений выражалась астрономическими цифрами, и окупить их можно было только при помощи альбомов, повышение тиража которых эти концерты, впрочем, и стимулировали. Выступления Wings — со всеми лазерами, дымами и т. д. — не были исключением. Так что, даже если проблем с деньгами у Пола не было, он не мог не заботиться о том, чтобы хоть как–то окупить расходы посредством вспомогательной продукции — пластинок и фильма. Таким образом, он решил с пользой распорядиться записями, назначение которых странным образом затянулось.
Особых проблем с концертным альбомом Wings Over America не было. Он поступил в продажу под Рождество, был построен как единое концертное выступление — от номера, открывающего шоу, до финального вызова на бис. Несмотря на сравнительную дороговизну, он был высокого качества — возбуждающий, передающий атмосферу зала, с великолепным подбором материала.
Так же, Wings Over America, называлось телевизионное шоу, показанное в США 16 марта 1979 года. Был снят и полнометражный фильм, Rockshow, который ко всеобщему изумлению увидел свет лишь в марте 1981 года. Как на его подготовку могло уйти пять лет, знает один лишь Маккартни — настоящий маньяк во всем, что касается работы.
Оказалось, что Rockshow монтировалось из материала, отснятого на одном из выступлений группы в Сиэтле. Несмотря на незамысловатую идею фильма, было видно, что рок–группа не имела опыта подобной работы, возможно потому, что просто ни один концерт не проходил идеально от начала и до конца. И все же это явилось новой отправной точкой в создании рок–фильмов; поражала органичная работа камеры — удалось избежать второстепенных, закулисных кадров.
Несмотря на запоздалую премьеру, что сказалось на его коммерческом успехе, фильм считался вполне удачным, и интересно посмотреть, почему. Прежде всего, потому, что Маккартни выбрал из своего большого репертуара песни, наиболее совершенные и к тому же специально аранжированные для группы, куда входила и четверка музыкантов духовой секции.
Что касается его карьеры в сфере грамзаписи, то во второй половине 70–х в ней опять наступила полоса неудач. Wings At The Speed Of Sound вышел в свет в апреле 1976 года, в тот момент, когда окончательно выяснился график предстоящих гастролей. Это был альбом, в котором Маккартни стремился показать, что Wings — это группа, а не он один. Вот почему каждому из участников группы была предоставлена возможность спеть одну песню (Пол написал нечто под названием Cook Of The House специально для Линды), а Маккалоч и Лэйн написали по композиции.
И все же основной вклад принадлежал Полу. Песня Silly Love Songs отражала его видение искусства. «Есть люди, стремящиеся наводнить весь мир глупыми любовными песенками, — пел Пол и добавлял, — что в этом плохого?» Это был чуть ли не ученый трактат, информирующий публику о том, что удовлетворение запросов рынка, что бы там ни говорили иные критики, — это именно то, чем он занимался с удовольствием и, что немаловажно, не без блеска. Точнее, с блеском. И если штамповать расходящиеся миллионными тиражами песни так просто, то почему этим не занимается каждый встречный?