Биртман 2
Шрифт:
– Это в каком году, в пятьдесят восьмом? – догадался генсек.
– Да именно.
– А хорошо он играет. Вот! Спас практически ваших лисов. А вот и вратарь неплохо среагировал. Заробели перед москвичами-то, а?
Мурату оставалось лишь руками развести. Что там происходит? Почему пару раз ошиблись? Может волнение.
– Вот это да! Вот, да… ну и пижон. В пас же играть надо. Седьмой номер вон, тот, самый длинный.
– Он умеет в пас, Леонид Ильич, не сомневайтесь.
– О как, опять! Зачем, не было ведь смысла никакого? На пустом месте выделываться, а если
Брежнев более любил хоккей. Но и футбол поглядывал, а особенно если в компании. Последние несколько месяцев, то и дело всплывали футбольные вопросы. Да причем именно на таком уровне всплывали. Переворот в Чили, внезапно превратил дружественную страну во врага. Предполагалось что сборная СССР в первом домашнем матче разорвет Чилийцев. Выиграет с такой разницей, что можно будет и не ехать на ответный матч. Получить техническое поражение, но все равно выиграть по сумме двух встреч.
Но случилась ничья. Были шансы перенести матч на нейтральное поле, но чиновники фифа не пошли на это. Сейчас приходилось принимать тяжелое решение. Фактически оно уже было принято, хотя и еще не озвучено. Так же на первом матче против Чилийцев, Брежнев поинтересовался сколько получают эти бездарности за эту игру. Правда о футбольных зарплатах сильно разгневала генерального. В сравнении с простыми работниками страны советов футболисты зарабатывали много, при этом позволив себе так невнятно играть с какими-то чилийцами!
Андропов не в первый раз поднял перед Брежневым тему договорных матчей в футболе и коррупции в высших партийных рядах. А также внезапно проявил интерес к назначению нового тренера сборной. Ничья, а по сути поражение чилийцам, бездарная игра команды, поставили и этот вопрос на повестку. До этого Андропов относился к футболу достаточно прохладно, так что наверняка и тут затеял какую-то свою долгую игру. Динамовские команды курировал в основном Щелоков. Сейчас же Андропов стал влезать в дела и Спортивного общества и вот теперь сборной. Все это похоже было не с проста.
А сейчас, председатель КГБ не отказался съездить в Лисецк, на подписание договора с Аргентинцами и на футбол. Ибрагимов тот уже озвучил свое желание. Как и многие партийные руководители увлекся футболом. Команду свою захотел. Так что футбол прочно обосновался в текущей повестке высших руководителей страны.
– Значит команду заводскую хочешь создать. – озвучил последнюю мысль вслух Брежнев.
– Похвально конечно, но ведь есть у Лисецка уже Динамо, а Мурат?
– Есть, но Динамо оно под министерством. Динамо у РСФСР одно, и это московское Динамо. Остальным только в нижних лигах играть и игроков москвичам поставлять, да и ветеранов потом принимать доигрывать.
– А ты стало быть в высшую лигу уже собрался? – усмехнулся Брежнев.
– Го-о-ол! – заголосили Аргентинцы, явно болевшие за местных.
– Как разыграли, а? Видел?! Три касания!
– восхитился Брежнев. – Ну красавцы!
– Домашняя заготовка, кажется сработала. – пояснил Мурат. – Видел на тренировке.
– Ясно, да, ну хорошо, что готовились.
– Скоро планку в триста тысяч преодолеем. Это если в городе. – хотя откровенно говоря вне города область была как пустыня, что в прямом, что в переносном смысле.
– Скоро? Может и скоро, особенно с открытием нового завода. Но две команды союзного уровня для вас, это много.
– Динамо все равно в хвосте тащится. – наконец рискнул сказать Ибрагимов и с ожиданием уставился на еще одного зрителя, обещавшего поддержать, но пока никак не выражавшего эмоций. – Я поднимал этот вопрос в федерации и с Щелоковым имел разговор.
На фамилию своего конкурента и прямо скажем уже практически врага, Андропов среагировал, повернув голову и посмотрев мельком в сторону Мурата. Вопрос он фактически взялся решить, несмотря на сложность, но надо было красиво разыграть. Брежнев предпочел бы выступить в качестве арбитра, а не высказывать свое отношение первым. Так что пока он смотрел игру и слушал.
– Вот, тренера поставили толкового было, в местное Динамо, он игру пытался наладить, а игроки его слили! – продолжил раскачивать собеседника Мурат.
– Это которого?
– Так вот этого Озолса, теперь наших мальчишек тренирует и как! Прямо раскрывает таланты! Мы вот в финал всесоюзный того гляди выйдем, а взрослая команда без него опять на последнем месте, во второй лиге.
– И его вы планируете в свою новую команду тренером? – наконец заговорил Андропов.
– Да, конечно.
– Что творят, а?! – привстал Брежнев, то ли от волнения, то ли что-то закрывало обзор. – Какой заброс! Он же не смотрит! Вообще не смотрит! Надо же… прямо в ноги… Гол! Вот же черти!
– Го-о-ол! – заорали аргентинцы чуть в стороне, находясь в соседней ложе вместе с кое какими чиновниками, что прилетели прознав, что руководитель страны собрался на этот странный футбольный матч.
– Мальчишки, да. Но забивают! Забивают ведь! Не то что… Эх! – махнул он рукой, опять вспомнив провал сборной.
Брежнев очень не хотел принимать решение о бойкоте ответной игры против Чили, но выхода как казалось ему и его окружению, не было. Лишить своей волей сборную страны участия в чемпионате было тяжелым решением.
– Вот, десятый номер забил. Гиреев. Очень хороший игрок, тренер его потенциал раскрывает, еще только месяц как в команду попал, просто с улицы, а уже москвичам забивает! – не удержался Ибрагимов что бы не порадоваться за тайного сына и не похвастаться им. – Такой мяч принять это не каждый сможет.
– М-да, а ведь эти ребята московские у нас в Донецке нынче играли, не все, но очень многие. Не удивительно что и этот турнир продули опять. – снова вспомнил Брежнев о неудачах, на сей раз уже молодежный международный турнир Дружба.
В Донецке проходил домашний международный турнир молодежных команд Дружба. У хозяйки турнира СССР было аж две сборных, одна из них стала второй, а другая пятой. По реалиям семьдесят третьего года, все что не первое считалось упущением, а не достижением.