BioShock: Восторг
Шрифт:
– Это тестовый ребенок, – сказал Сушонг. – Нам нужно больше, гораздо больше. Имплантация, кормление, вызывание срыгивания – больше мутагена, больше АДАМа. Лучше без успокоительного. Мы должны готовить хозяев для этого. Приводить их в нужное состояние!
– Но почему это… приживается в детях? – спросил Фонтейн. Он практически мог чувствовать, как слизень извивается в его собственном животе. Просто воображение, но даже от одной мысли об этом становилось тошно.
Тененбаум пожала плечами:
– Дети обладают более податливыми стволовыми клетками. Более… отзывчивыми.
Фонтейн фыркнул:
– И откуда мы их достанем? Закажем по почтовому каталогу?
Сушонг нахмурился и покачал головой:
– Сушонг не видел такого каталога. Не нужно. У нас есть доступ к двум детям. Девочки-сироты. Близнецы Бэбкок. Они с людьми в «Люксах Артемиды», их родители мертвы. Оба родителя погибли от плазмидной атаки. Они девочки, возраст подходящий – идеально! Мы заплатим, чтобы их привели сюда.
– Ладно. Нам нужны дети, но почему именно девочки? – спросил Фонтейн. – Люди опекают девочек с двойным усердием.
Тененбаум поморщилась и повернулась обратно к микроскопу, пробормотав:
– По некоторым причинам девочки переносят имплантацию морских слизней лучше, чем мальчики.
Фонтейн невольно задумался над тем, откуда они взяли мальчишку, чтобы определить это. И что с этим мальчишкой стало. Но, на самом деле, его это не волновало. И был только один вид заведения, который мог поставлять детей для любых целей.
– Так только девочки, да? Ну что ж, значит, в сиротском приюте будет меньше коек.
– В приюте? – Тененбаум удивленно моргнула. – В Восторге есть сиротский приют?
Фонтейн усмехнулся:
– Нет, но будет. Вы просто подкинули мне идею насчет этих сирот Бэбкок. Я пожертвую деньги на приют! Да! «Приют Маленьких Сестричек». Мы получим наши маленькие чудесные плазмидные фермы… и выдрессируем их как подобает. Надо сделать это как можно быстрее! У меня сейчас заказов на плазмиды больше, чем можно произвести за год! – что-то в этой идее подстегнуло его. Он почувствовал странную дрожь, которая прошла через все тело, когда он подумал о новом проекте. Приюты. Как тот, в котором он сам вырос. Приюты, ведущие к деньгам. И деньги… ведущие к власти. – Деньги и власть, Бриджит. Деньги и власть! Все это здесь, нужно лишь протянуть руку к плодам на нижних ветвях... в саду собирателей.
Он услышал, как открылась дверь, и повернулся. В комнату вошел его телохранитель, он морщился. Фонтейн оставил Реджи у дверей «Футуристикс», а теперь он зажимал бицепс на правой руке, кровь текла между пальцев.
– Скажите, тут у кого-нибудь есть бинты?
– Реджи! – Фонтейн подошел к двери, посмотрев вниз, на вестибюль, но не увидел там никого. – Что стряслось? Сильно ранен?
Сушонг тем временем методично протирал рану Реджи губкой.
– Ауч! Ох, нет, несильно. Но я вам скажу – кто-то стрелял в меня. Какой-то случайный тип. Как уколол. Я выстрелил в ответ, но, по-моему, промазал. Он убежал.
– Выстрелил в тебя… ты говоришь о констебле? – спросил Фонтейн.
– Не думаю. Не делал я ничего такого, чтобы констебль начал в меня палить. Да и значка у него не было.
– Сушонгу очень жаль, – отозвался Сушонг без доли сожаления в голосе, затягивая бинт вокруг раны.
– Как я и сказал, не знаю, как эти турели определяют, кого убивать нельзя. Все что знаю – не сегодня, так завтра здесь начнется стрельба. Плазмиды… вот почему я их не использую. Не люблю стрелять из своей пушки без чертовой причины, – он вновь вздрогнул. – Пустая трата хороших пуль.
Офис Эндрю Райана
1955
Эндрю Райан стоял перед окном и задумчиво смотрел на огни Восторга, пронизывавшие океан. Он раздумывал: «Надо принимать меры… Я терпел слишком многое…»
– Вы хотели видеть Пула? – Салливан вошел вместе с мелким, похожим на крысу репортером.
Райан кивнул и сел за стол. Стэнли Пул и Салливан расположились напротив.
– Что ж, Пул? Как ваш доклад об этом типе с-поверхности? Люди говорят о нем как о герое, но он посторонний, насколько я понимаю…
Салливан нахмурился:
– Я могу накопать на него компромат, мистер Райан.
– Я знаю, шеф. Но ваши люди иногда слишком… очевидны. Вот у Пула есть странный дар оставаться незамеченным. Так, Пул?
Пул нервно облизнул губы:
– Да, сэр, что ж, насколько я знаю, этого парня называют Джонни-с-Поверхности 34 , он занимался глубоководными погружениями. Здесь вокруг ныряли ищейки, помните; наши подлодки еще проверяли, что эти штуки прекратили слежку. Когда они исчезли, он решил узнать, что здесь происходит. Спустился по главному маяку и нашел вход. Думаю, через один из воздушных шлюзов. Люди весьма впечатлены им, тем, как он себя здесь ведет. Он словно сам по себе, словно хочет помочь. Спрашивает о пропавших девочках, как будто…
34
Джонни-с-Поверхности – в официальной русской локализации BioShock 2 «Джонни Снаружи».
– Он? Какое у него настоящее имя?
– Извините, но он скрывает его. Похоже, предпочитает псевдонимы. Меняет их постоянно. Мне он напоминает секретного агента. Государственного агента – вот что я имею в виду, как бы иначе он узнал о пропавших здесь кораблях, обо всем этом, если бы у него не было связей?
Райан потер переносицу. Все чаще и чаще к нему наведывались эти слабые надоедливые головные боли. А после новости о возможном правительственном агенте на территории Восторга пульсация в висках удвоилась.