Бифуркатор
Шрифт:
В сентябре я впервые увидел Серёгу. В школе. Поначалу наши пути не пересекались, а если его взгляд, брошенный из другого конца рекреации, улавливал меня, то Серый немедленно отводил глаза. Возможно, мне показалось, но парень тоже изменился. Казалось, будто Сержу не шестнадцать, а уже под тридцать. Всякий раз Серёга смеялся с друзьями, но глаза при этом сверкали печалью.
В конце сентября, когда река потемнела, природа заплакала, земля превратилась в грязь, а люди оделись в куртки, нам удалось столкнуться с Серым недалеко от маленького бокового крыльца школы, где старшеклассники
Я сидел на скамейке и ждал Веронику, а Серёга выпрыгнул откуда-то из кустов, и мы встретились взглядами. Очень неловкий момент. Мне хотелось провалиться сквозь землю, но я выдержал, и первым заговорил. Признаюсь, швырнуть Глобус Буратино с пистолетом было куда легче, чем набраться смелости для разговора с Серым.
– Как жизнь?
– спросил я. Глупо, но этот разговор мне казался необходимым. Должен же я наконец узнать, что Серый сказал отцу.
Лицо Сергея немедля осветила надменность, левый уголок рта дёрнулся в скептической ухмылке.
– Как сам полагаешь?
– Ну... мне без брата было плохо, - вздохнул я и поёжился, отводя взгляд от колючих глаз Серого.
– Ну значит, ты понимаешь, как нам хреново. Отец не разрешает подходить даже к тебе.
– Ты ему хоть что сказал?
– спросил я.
– Я успел прочитать твоё послание, убогий, - усмехается Серый.
– Жалко, что я был тогда не в себе и первым не придумал историю наших похождений. Поверь, она выглядела бы иначе.
– Ну сочинил бы свою, - с лёгкой обидой щурюсь я и кошусь в сторону парня.
– Чтобы полиция имела меня, а потом тебя? Я, конечно, не слишком умный, но не пол-ный идиот.
– Да, мы чуточку виноваты в том, что случилось со Стёпкой...
– я не успел досказать.
– Мы? Нет, не будем переводить стрелки! В его смерти виноват только ты!
– перебил Се-рёга.
Я гневно сжал зубы, но постарался успокоиться.
– Серый, если правда, моей вины тут совсем нет почти. Выбор делал ты.
– Ты мог бы оставить своего мелкого там, в том дне, а ты выбрал моего брата!
– Это ты выбрал своего брата!
– восклицаю я.
Серый огляделся по сторонам и сделал небольшой шажок ко мне.
– В апартаментах тех белых тварей я был скован, но если я сейчас выбью тебе зубы, то меня никто не остановит. Более того, Тёмка, я настолько зол на тебя, что лучше бы меня остановили, иначе я буду бить твоё лицо до тех пор, пока от него не останется кровавое месиво. Пока ты не умрёшь.
Мне стало чуточку страшно.
– Ладно, - вздохнул я.
– Похоже разговор у нас не получится.
Я встал.
– Зато теперь я ещё сильнее хочу убить тебя, - говорит Серый.
– Слушай. Стёпка, ты ж его знаешь, он очень умный. Может, он вернётся. Может, он найдёт способ выйти из одного дня. Ты б не придумал, я бы не придумал. А он придумает, вот увидишь!
Внезапно, Сергей задумался.
– Как вы сумели кинуться спасать твоего брата?
– В смысле?
– Ну куда вы писали? Как Стёпка догадался?
Я вдруг замер, понимая замысел Серого.
– Вообще, мы написали на сайт компании Сомерсет. А потом они сами связались
– А почему бы и нет!
– Сергей пожал плечами.
– Если ты рискнул, почему бы и мне!
– Ну...
– я задумался.
– А с чего начать? Если ты снова напишешь Сомерсету, не уверен, что они ответят. Тогда они восхитились нашим умом - Стёпкиным умом, - поэтому связа-лись. А сейчас... я даже не знаю что делать.
– Так поедем в Питер!
– воскликнул Серёга.
– Давай ещё раз найдём этих тварей!
– Не уверен, что мы сможем их найти в этом Питере. Нам нужна другая реальность. А туда нас уже никто не пустит. Нас снова закрыли в нашем мире. Мы снова играем по их правилам. И мы не сможем взять и так вот просто открыть дверь в параллельную вселен-ную, потому что мы - простые букашки. А они - боги. Их алгоритмы нерушимы.
Серый задумчиво постоял. Над ним пронзительно какркнула ворона и сорвалась с по-желтевшей берёзы.
– Я покумекаю, - сказал он.
– И если что-то придумаю, ты обязан поехать со мной.
– Конечно!
– воскликнул я.
– Если появится шанс спасти Стёпку, то я всегда за!
Но дни шли, а шанса не появлялось. Вечером я обнаружил, что сайт Сомерсета закрыт, а значит, нас отрезали от их реальности. Сейчас Твари занимаются своими вселенскими делами, и как нас звать забыли уж поди.
Через неделю мой отец чуть не подрался на автостоянке с отцом Сергея. Тот наехал первым, назвав меня убийцей. А ещё через полторы недели Герундовы уехали. Совсем. В другой город. В их дом вселилась молодая пара с трёхлетней дочкой.
Серёгу я больше не видел. Слышал лишь, что переехали они в Воронеж.
***
Я вроде бы вернулся в реальность. Возобновил с Вероникой отношения, Андрюшка те-перь казался нормальным. Как складывались его дела в школе - уж не знаю, но директор и учителя были предупреждены о нашей летней экспедиции. Ученики знали меньше, но всё равно шептались о нас за спиной. Самые отважные спрашивали в лоб; кто-то чуть взволно-вано, кто-то называл меня убийцей. Несерьёзно, конечно, а так, чтобы поиздеваться, но подобное раздавалось в мой адрес редко. Вероника принадлежала к числу ребят, которые не хотели вмешиваться в чужие дела. Поэтому она почти ничего не спрашивала о наших приключениях и Стёпке. За что я премного ей благодарен.
Зато я часто думал о своём пропавшем друге. Точнее сказать, не хотел думать, но созна-ние время от времени рисовало облик Стёпки. Размышления о друге спрятались в разуме запретной зоной. Она как бы есть, и вот всегда её ощущаешь, как ощущаешь языком шелуху от кукурузы в зубе, но вытащить не можешь. Так и мысли о Стёпке. Вот они, где-то рядом, но притронуться к ним боюсь.
Как я понял, Серёга полностью убедил себя, что в исчезновении Стёпки виноват только я, а он тут не причём, но мне показалось, будто во взгляде парня читалось яркое желание поверить в свою собственную теорию. В пропаже Стёпки виноват только один человек - он. Впрочем, если бы усыпили Серёгу, а не Стёпку, и последний тоже выбрал бы Серого, то тогда Стёпка был бы виноват в исчезновении старшего.