Безжалостный
Шрифт:
и сексуальное. Преподать мне урок – это одно, но если я буду голой, то это добавит
уязвимости, с которой боюсь мне не справиться.
– Дмитрий, мне очень жаль. Теперь я поняла. Серьезно. И я не собираюсь никому ничего
говорить. Ты же знаешь, я никому и ничего не скажу.
– Если бы я думал, что ты кому-то что-то расскажешь, Сара, мы не были бы здесь прямо
сейчас.
Волна холода проходит по моему позвоночнику, и Дмитрий указывает на свою комнату.
–
Его тон темный и властный, я не могу не подчиниться. От усталости все мое тело кричит в
агонии, но я захожу в полутемную, едва освещенную солнцем комнату и бросаю свою
толстовку на стул. Потом футболку и бюстгальтер с джинсами. Носки и трусики я снимаю
в последнюю очередь, и мурашки бегут по моей коже от прохладного воздуха.
Или это от ожидания того, что произойдет дальше?
Я заползаю на кровать, как требовал Дмитрий, но как только подбородок касается
матраса, я начинаю зевать. Мое тело так измучено. Каждый раз, начиная клевать носом, я
пытаюсь одернуть себя, чтобы быть готовой к тому, что этот мужчина для меня
приготовил.
Я уже дохожу до точки, когда невозможно продолжать бодрствовать. Где он? Все это
начинает напоминать страшный сон, после которого я проснусь на следующий день.
Возможно, так все и было. Просто странная, безумная мечта.
Услышав его шаги, я выпрямляюсь, моргая спросонья и стараясь снова не закрывать глаза.
Мужчина без рубашки, сменил грязные джинсы и, видимо, только что из душа. Я даже не
слышала, как течет вода. Задремала?
Я сглатываю, и Дмитрий своими темными глазами путешествует вниз по моему телу,
прослеживая линию моих плеч, опускается вниз по моей спине к ягодицам. Он ласкает их
пристальным взглядом, запоминая изгибы, и я не знаю, что думать, но мужчина заставляет
мое тело гореть от желания.
Дмитрий смотрит так долго, что это сводит меня с ума. Я боюсь пошевелиться, не рискуя
вызвать недовольство. Насколько это отличается от вчерашнего, когда он держал меня и
целовал с такой нежностью. Сейчас же в его взгляде просто первобытный голод, чего я
никогда не видела прежде.
– Раздвинь ноги.
Его тон не терпит отказа, и я повинуюсь. Раскрываюсь настолько, что чувствую себя
очень дискомфортно, особенно купаясь в свете раннего утра.
Мужчина шагает к изножью кровати, и я понимаю, что Дмитрий видит меня в таком
положении, в котором мне никогда не приходилось быть раньше. Понятия не имею, что
ему видно со своего местоположения, но могу себе это представить.
– Перевернись и встань на руки и колени.
80
Алекс
Я делаю так, как он говорит, отчего усиливается мое осознание собственного тела.
Ощущение проходит вдоль моего живота, в то время как моя грудь немного уступает силе
гравитации, а мои соски напрягаются от прохладного воздуха. И самый мощный из всех
его взглядов наполняет меня расплавленным теплом.
Голос Дмитрия серьезный и жесткий, видимо, сказывается отсутствие сна.
– Отлично, – произносит он.
Мужчина движется вдоль кровати, его шаги медленные и осторожные, когда он подходит
к подушкам прямо перед моей головой. Затем, одну за другой, Дмитрий складывает их
мне под живот.
Мне хочется спросить, что он делает, но держу рот на замке. Четыре подушки
приподнимают бедра в воздух, мои ноги раздвинуты, а киска открыта, отчего мужчина
кивает в знак одобрения.
– Я не собираюсь связывать тебя, но если ты надумаешь сбежать, то будут последствия.
Если ты будешь уклоняться от наказания – будут последствия. Я ничем не смогу тебе
помочь, можешь только ты сама.
Его слова такие темные, и все же часть меня отвечает на это примитивное притяжение.
Желание нарастает, но затем Дмитрий коленом упирается в кровать, в то время как брюки
все еще небрежно висят на его бедрах. Татуировки на мужском теле, как отметины,
некоторые из которых более блеклые, чем другие. Дмитрий наклоняется к моему лицу.
– Понимаешь, Сара?
Я киваю, но не знаю, как могу согласиться с чем-то, когда даже понятия не имею, о чем
речь.
Предполагаю, что это сводится к тому, доверяю я ему или нет.
Я чувствую его руку на своих ягодицах, и дрожь волнения проходит по моему
позвоночнику. Но когда рука исчезает и возвращается со шлепком, я издаю писк от
удивления. Не уверена, чего ожидала, но точно не его большую тяжелую руку на своей
заднице!
Звук эхом отдается в моих ушах, и воздух сгущается между нами, как если бы напряжение
можно было бы пощупать. Как будто с первым нанесенным ударом оно приняло форму.
Теперь я лежу лицом вниз, уязвимая, и моя попа саднит. Я боялась чего-то худшего,
смерти, но это одновременно возбуждающе и страшно. Понимаю, что Дмитрий едва
сдерживает силу при следующем ударе.
У него все просчитано, запланировано, и я дергаюсь вперед, чтобы попытаться избежать
удара, но ничего не получается.
Дмитрий обхватывает мои плечи, возвращая обратно в позу. Я ожидаю от него слов или