Безвременье

Харрисон Ким

« Rhombus», — прошептала я мысленно, и возникли молекулы тонкого листа безвременья. Они дрогнули, когда Трент проверил, что может держать меня через кольца, и на мой кивок, снова возник сильный круг. Мы были хороши.

Бису было комфортно в моем круге, и он засуетился, когда кончик его крыла вышел за пределы пузыря, а потом вошел обратно. Он был единственным существом в двух реальностях, которое могло проходить через мой круг. Именно поэтому горгульи учили демонов или колдунов, если на то пошло, чтобы прыгать по линиям.

Горгульи могли слышать линий и говорить тем, с кем они были связаны, как настроить их ауры, чтобы их затянуло в правильную линию. Как горгульи уворачивались от сделок, было все моего понимания.

— Хорошо, — сказал Бис, когда он потянулся, чтобы взять меня за руку. Резкий резонанс сразу же нахлынул на меня, и я постаралась не вздрогнуть. Его ручки чувствовались маленькими в моей руке, и я заставила себя ободряюще улыбнуться. — Смотри здесь на свою линию, — продолжил Бис. — Я собираюсь сосредоточиться на ней и надеюсь, что остальной фоновый шум уйдет.

Дыхание стало быстрее, когда вдруг единственное, что я слышала/видела в своем уме — была моя уродливая лей-линия с фиолетовым кричащим ядром. Я даже не могла слышать чистый звон энергии за ней. Это было отвратительно.

— Рейчел? — выдавил Бис страдальческим голосом, и я немного открыла один глаз. Позади нас, Трент наскреб большой круг вокруг моего, который мог удержать всех нас. Умно.

— Верно. — Я вернула мое внимание к пурпурному осадку, осторожно, чтобы мои мысли не оказались рядом с ней и не могли быть засосаны. Фиолетовая линия все еще ревела фиолетовым с потертыми полосами красного, звук несся сквозь меня как муравьи, но чем дольше я смотрела на линию, тем больше я могла услышать за фиолетовым — вьющиеся цвета позади него. Красные, синие, зеленые, оранжевые, коричневые и даже золотые, как и ауры, они кружились вместе, но никогда не смешивались.

— Найди дисбаланс Тритон, — прохныкал Бис, и я посмотрела на него еще раз.

— Тритон! — закричал Дженкс, и мои глаза широко открылись, чтобы увидеть, как он сел на плечо Трента, не в силах держаться подальше. — Ты говоришь, что линия во дворе, где играют мои дети, была создана Тритон?

Бис поморщился и кивнул, помахивая кисточками на ушах. Мне не нравилась идея того, что линия, которую я использовала в качестве основного источника, была создана Тритон, но что было, то было. Тренту поплохело, и я подумала, чья линия длиной в полмили шла через его офис, заднюю комнату и сады.

Бис сжал пальцы, я переместилась на гравийной дорожке. Было очевидно, что этот плотный контакт с линии причинял боль. Диссонанс был слишком громким, слишком болезненным.

Хватка Биса на моей руке усилилась.

— Рейчел, сейчас.

Я погрузила мысли обратно в линию, прорываясь через фиолетовый туман, убеждаясь, что теперь было легче искать, отбрасывать, просеивать. Я искала, пока не нашла полшага красной линии, крошечной и затерянной среди остальных.

— Есть! — прошептала я, сердце колотилось, когда я собирала ее, изо всех сил вытягивая ее, освобождая от остальных. Она застряла, как липучка.

— Пузырь, —

сказал Бис. — Принеси его с собой. С нами.

С резким поворотом мысли, я поймала в пузырь цвет/звук. Я резко открыла глаза, когда связь сломалась, и я вдруг удержала в памяти полшага красного дисбаланса, вибрирующего в моей голове. Трент сидел перед нами, недалеко от пузыря с линией за ним. Его глаза были широко распахнуты, и я подумала, сколько он получал через кольца.

— Стоп, стоп, стоп! — сказал Дженкс, поднимаясь вверх, сыпля синим. — Звучит так, будто линия подскочила ко мне. Разве это не то, что ты сделала, чтобы исправить свою ломаную линию для начала?

Бис улыбнулся, выглядя изможденным, когда его крылья повисли.

— Она просто собирается переместить дисбаланс, а не саму линию. — Он посмотрел на меня, его каменный лоб предупреждающе наморщился. — Верно?

Мои волосы стали щекотать лицо, но я не решалась отпустить руку Биса, чтобы убрать их в сторону.

— Верно, — сказал я. — И кроме того, Дженкс. Я уже нашла его.

Лицо Трента вспыхнуло, и я кивнула в ответ на его невысказанный вопрос. Да, я нашла его. Дисбаланс шлепал в моей душе, и я не хотела думать о том, что может случиться, если я случайно отпущу пузырь, и дисбаланс станет частью меня, а я его. — Это так больно.

— Твоя линия звучит уже лучше, — сказал Бис, его рука все еще была в моей. — Ты помнишь, как звучит линия Тритон без дисбаланса?

Я коротко кивнула головой, боясь пошевелиться.

— Настроить мою ауру на нее?

— Нет! — крикнул Бис, задевая меня, когда его крылья наполовину раскрылись. А потом он сказал мягче, почти робко, — Не твою ауру, а просто пузырь вокруг дисбаланса.

Я неловко помялась от того, что Трент видел мою промашку.

— Я должна подумать о Тритон?

Красные глаза Биса расширились.

— Я так не думаю.

— Я бы этого не хотел, — сказал Дженкс, недовольно. — Рейчел, ты просто сбрось этот дисбаланс и будем работать дальше? Твоя аура выглядит по-настоящему жутко, держа кусок Тритон.

Трент кивнул, соглашаясь, поэтому я закрыла глаза, чтобы лучше сосредоточиться на дисбалансе в ловушке в пузыре в моем воображении. Дисбаланс был покрыт мой веселой золотой аурой и тонким слоем демонской копоти, и мне нужно сместить его… к серебристо-серому красному. Облизнув губы, я нахмурилась, когда пыталась представить себе, как серебряные булавочные уколы расцветали на моем золотом шаре, разрастались, охватывая все.

— Настрой его выше, — проскулил Бис явно от боли.

— Я стараюсь! — сказала я, концентрируясь. Мое дыхание попало в пузырь, вспыхивая серебром, а затем перефокусируясь в сплошной черный. Странно перемешивая, я снова сделала его обратно серебряным, представляя чистый оттенок красного с серыми прожилками. В течение одного затаившего дыхания момента, когда я держала его, чувствуя, как вся моя душа перезванивалась с серебряным светом… А потом он… ушел. Был слабый рывок, и даже тогда, после разрыва, в моем сознании отдавался протяжный звук.