Безумные

Anyuta

Победной улыбкой…

Она играет.

Играет.

Смотрю, как парень заходит в кабинку, а Каролина следует за ним. Еще один шаг и дверь закроется…

— Ты выиграла! — бросаю я, заставив её обернуться. Подлетаю к еще открытой двери. Притягиваю Каролину к себе, так близко, что её волосы касаются моего лица. Тихонько говорю на ушко: — Молодец. Не ожидал. Но эти чертовы пуговички расстегну тебе я и никто больше.

* * *

Саня, бармен, дает мне два фужера и бутылку шампанского. То, что я сейчас собираюсь сделать с Каролиной, выжигает

в мозгу дыру размером с какой-нибудь континент. Тяну её за собой, расталкивая всех, кто попадается на пути. Во мне горит дикое желание проучить эту нежданно-негаданно проявившую свою обольстительность девицу за то, что посмела развести меня, как какого-нибудь девственника-лопуха! Этим занимаюсь я, соблазняю я, свожу с ума — кто? — Я! Не мои мозги сворачивают в трубочку, это я плавлю содержимое черепной коробки!

Нет, я не зол, скорее обескуражен. И этого не случилось бы, не знай я, кто Каролина на самом деле. Я смотрю на нее и вижу девчонку в модных очках, что показывает на своем планшете, вымазанным в пыль и краску мужикам, дизайн-проект помещения. Она не может быть такой искусительницей, иначе какого черта тот болван Миша отпустил её? Хотя… Какого хрена меня вообще должно это волновать?!

— Мне по-прежнему нужно в туалет, — говорит Каролина, когда мы выходим в коридор. — Знаешь, все очень предсказуемо. Ты ведь снова ведешь меня в свою комнату, чтобы соблазнить, верно? Боже, какая скукотища! А я надеялась, что сегодня программа будет иной.

Останавливаюсь и резко разворачиваюсь к ней:

— Что с тобой? — спрашиваю я, бегая глазами по её лицу. — Решила поиграть со мной в мою же игру?

— Я ведь согласилась на это.

— Ты пытаешься собрать бомбу из меня, да? Милая, ничего не выйдет, говорю сразу. Поэтому расслабься и получай удовольствие. Тебе не стоит напрягаться.

Каролина опускает глаза. Её губы трогает загадочная улыбка, что, как ни странно, совершенно не нравится мне. Она не поняла, что эту игру веду ТОЛЬКО я. Не она, а только Я!

Ничего, сейчас в её голове все прояснится.

Мы спускаемся на первый этаж — она же хотела разнообразия! На сей раз мы уединимся в кладовке. Благодаря кошмарному педантизму Данила, в этой комнате всегда чистота и порядок. Все полки с туалетными принадлежностями, салфетками и средствами для уборки скрыты темными дверями-купе. На стенах не просто побелка (на чем мы с Кириллом настаивали), а деревянные панели с встроенными желтыми светильниками. До этой самой минуты я все недоумевал, зачем нужно было так тратиться на какую-то кладовку, где хранятся расходники, а не дорогостоящие вина, но теперь…

— Где это мы? — Каролина оглядывается. — Винный погреб на первом этаже? — усмехается она, рассматривая маленькие лампочки в панелях на стенах.

— Не знаю. Просто комната, в которой я тебя раздену.

Она внимательно смотри на меня, потом опускает глаза на мои руки и тихонько набирает воздух ртом. Вот она, Каролина, что испытывает чувство тревоги и смущения (наконец-то вернулась!)…снимает с себя

жилетку и бросает её на пол.

Что за черт?

Если я сильнее сожму бокалы и бутылку в руке, то треснувшее стекло поранит мою ладонь.

Её взгляд убивает меня. Подернувшись поволокой, сверкающие глаза смотрят на мои губы, точно призывают к себе, а у меня ноги точно в пол вросли. Не контролировать ситуацию — крайне сложно. Каролина медленно подходит ко мне.

— Сними с меня майку, — говорит она шепотом.

— А где же те самые пуговички?

Улыбается:

— Их нет.

Эти ремешки на плечах и груди сводят меня с ума. Ставлю на пол фужеры и бутылку шампанского (в этой комнатке нет даже стула!), потом осторожно касаюсь пальцами женского плеча и опускаю тонкую лямку кружевной майки. То же самое делаю со второй.

— Почему ты так тяжело дышишь, Макс?

Потому что твой лифчик с ремешками побуждает к грязным фантазиям!

Потому что вся ты чертовски сексуальна…

— Тебе нравится то, что ты видишь? — Она провидит пальцами по шее, склонив на бок голову, потом медленно спускает руку к декольте и нарочно поддевает мизинцем край кружевного лифчика. Джинсы кажутся мне узкими.

— А сама-то как думаешь? — бросаю я, обхватив рукой её шею. Притягиваю к себе и упрямо заглядываю в глаза: — Не напрягайся, я все сделаю сам. Я сам тебя соберу.

— В чем дело, Макс? Боишься потерять контроль? — шепчет Каролина, одурманивая меня словами, запахом и мягкостью своих волос, что ласкают мне руку. — Ты всё и всегда контролируешь?

— Это помогает избежать проблем.

— А почему я должна стать твоей проблемой? Я лишь хочу, чтобы ты расслабился… — она целует мочку моего уха. Мышцы живота каменеют, а веки непроизвольно закрываются. Её прохладные ручки касаются моей спины, пальцы рисуют кривые линии и спускаются вниз. — Я хочу получить удовольствие… — ладошки уже под моей футболкой, — прикасаясь к тебе.

Распахиваю глаза. Крепче прижимаю её тело к себе и заставляю попятиться назад. Когда она оказывается у стены, расставляю руки в стороны и наклоняюсь к приоткрытому ротику:

— Ты проиграешь, — улыбаюсь я, лизнув языком её нижнюю губу. — Соблазнять и сводить с ума могу только я. Твое дело — наслаждаться.

— А как же ты?

— Я кайфую, когда вижу, что от моих действий и слов, девушки становятся безумными.

— Мм, значит вот почему ты — Безумный Макс?

Смотрю в её глаза:

— Так называешь меня только ты. — Кусаю остренький подбородок. Провожу языком по нежным губам, чувствуя горячее дыхание: — Ты любишь стонать, Каролина?

Она распахивает глаза и открывает ротик. Проникаю в него языком, сжимаю в руках её талию. Каролина целует меня так страстно и неистово, что вся энергия моего тела молниеносно концентрируется в паху. Она издает глухие стоны… Чем сильнее я целую её, тем глубже эти чертовы стоны…

— …Так? — спрашивает она, запыхавшись. — Так ты хочешь, чтобы я стонала? Или сильнее? Громче?