Безумное пари
Шрифт:
Не удостоив его ответом, Мартин вонзил шпоры в бока лошади и бешеным галопом помчался по подъездной аллее.
Они целый день мчались во весь опор, не останавливаясь даже для того, чтобы решить, какой дорогой ехать. Мартин настаивал, что парочка направилась к побережью, а к Дувру вело мало дорог. Несмотря на нетерпеливое брюзжание Мартина, Бойнтон несколько раз останавливался, чтобы спросить, не проезжала ли здесь карета Бретта. Поскольку ответ довольно часто был положительным, это убедило его, что Мартин был прав в своем предположении.
Они добрались до Дувра чуть позже девяти, измученные и покрытые
– У меня нет никаких полномочий в этом округе, – сказал он Мартину. – Я не могу ничего сделать, пока не поговорю с местными властями.
– Ты просто тянешь время, чтобы этот злобный дьявол успел сбежать! – взорвался Мартин.
Фрэнк сдержал гнев и попытался объяснить Мартину, почему ему необходимо заручиться согласием местного констебля, но тот проклял Фрэнка вместе с полицией Дувра и умчался галопом в ночь. Он гнал взмыленную лошадь от одного конца доков до другого, останавливая каждого встречного с требованием сказать ему, где стоит яхта Бретта. Услышав, что они этого не знают, он сбил одного человека с ног ударом рукоятки пистолета, а другого попытался переехать лошадью. Наконец он нашел моряка, который рассказал ему о яхте в бухте на окраине города. Лошадь Мартина чуть не свалилась на землю, когда он резко развернул ее и снова всадил шпоры в ее окровавленные бока. Он знал, что уже начинается отлив. Через несколько минут яхта выйдет в море, а он был полон решимости найти Бретта, прежде чем тому удастся сбежать.
Кейт вместе с Бреттом молча любовались ночным небом, когда из сгущающихся сумерек вынырнул Мартин верхом на загнанной лошади. Когда Мартин спешился, уже отдали швартовы, и моряки втаскивали сходни на борт. Сделав нечеловеческое усилие, он одним отчаянным прыжком преодолел водное пространство, отделявшее отчаливавшую яхту от берега, и сумел уцепиться за поручни. От потрясения матросы не смогли ничего предпринять, а лишь молча наблюдали за тем, как Мартин с победным криком втаскивает себя на борт.
Острый слух Бретта уловил цокот копыт приближающейся лошади, и он отскочил от поручня, прежде чем Мартин вынырнул из темноты. Втолкнув Кейт в раскрытую дверь позади себя, он двинулся навстречу Мартину, чтобы схлестнуться с ним один на один.
– Ты думал, что тебе удастся сбежать от меня, когда этот червяк Федерс приехал предупредить тебя, – прорычал Мартин, – но на этот раз я оказался хитрее. Я мчался, как Цербер [4] , и, черт подери, добрался до тебя!
4
Цербер (греч.) – трехголовый пес, стерегущий двери ада.
– Не говори чепухи! – отрезал Бретт. – Или я должен думать, что тебя замучили угрызения совести и ты приехал умолять сестру простить тебя?
– Я никогда никого не умоляю! – неистовствовал Мартин. – Я заставил шерифа подписать приказ о твоем аресте по обвинению в похищении человека. А теперь, когда ты провел ночь с этой шлюхой, можно выдвинуть обвинение еще и в изнасиловании. Я позабочусь, чтобы тебя заковали в кандалы еще до рассвета. Ты больше никогда не сможешь показаться в Лондоне.
– Нет! – просипела Кейт.
– Не будь таким дураком, –
– Я ее опекун, и, пока она не стала совершеннолетней, всякий, кто увозит ее от меня без моего согласия, является совратителем и вором!
Душевное волнение Мартина было столь велико, что его голос сорвался, не выдержав напряжения.
– Может, в Англии и есть такой закон, но с тех пор, как ты поднялся на борт, мы отплываем все дальше от берега, – с манерной медлительностью произнес Бретт. – Через несколько минут мы выйдем в открытое море и окажемся вне досягаемости шерифа.
Оторвав взгляд от полного презрения лица Бретта, Мартин устремил взор в сгущающиеся сумерки в поисках доков – ниточки, связывающей его с Англией, – и полиции, которая, как он был уверен, уничтожит Бретта Уэстбрука за него. Но Вариен с изумлением увидел, что береговая линия осталась далеко позади: они вышли из бухты в открытое море, где спокойные воды залива уступали место бурным волнам пролива. Бретт снова ускользнул из расставленных сетей.
Последняя тонкая ниточка разума Мартина оборвалась, и всепоглощающая ярость к смеющемуся человеку напротив него ослепила Вариена. Он выхватил пистолет и выстрелил.
Глава 9
Кейт бросилась к Мартину, когда увидела, что он достал пистолет, с оглушительным криком повисла на его руке, но опоздала. Полными ужаса глазами она отыскала Бретта и в беспомощной растерянности наблюдала, как он опускается на колени. По его рубашке спереди растекалось темное пятно крови.
Мартин вскрикнул и, пошатываясь, двинулся вперед, но тут же остановился как вкопанный, увидев маленький пистолет в правой руке Бретта. Он услышал выстрел и почувствовал, как пуля вонзилась в его плоть, в то время как Бретт рухнул на палубу. Мартин пошатнулся и упал на поручень. Он из последних сил попытался встать, вцепившись в поручень в отчаянной попытке устоять на ногах, но споткнулся и перекувырнулся через низкие перила. Несколько секунд он висел над морем – его слабеющая хватка была хваткой умирающего.
Кейт оцепенела от потрясения. Один моряк, которого бурная сцена, так стремительно развернувшаяся перед его глазами, приковала к месту, опомнился и бросился вперед, но было слишком поздно. Звук судорожного дыхания сотряс тело Мартина и, отпустив отполированный деревянный поручень, он упал за борт. Темные воды сомкнулись над его телом, и море пригрело на своей груди еще одну душу.
Взгляд Кейт был прикован к Мартину, пока он висел, вцепившись в поручень, но чары рассеялись, когда он упал в воду, и она бросилась к лежащему на палубе Бретту.
– Он не может умереть, – исступленно пробормотала она. – Пожалуйста, Господи, не забирай еще и его.
Она засунула свою маленькую ручку ему под сюртук. Его сердце по-прежнему билось, но пульс был слабым и неровным, и он истекал кровью. Кейт изо всех сил старалась побороть панику, грозившую парализовать ее мозг.
«Думай, – приказала она себе. – Хватит сидеть и ныть, не то он умрет от потери крови. Ты должна вспомнить, что делали, когда ранили егеря Мартина. Огнестрельные раны вряд ли сильно отличаются друг от друга».