Безумно очаровательна
Шрифт:
Вокруг нее люди улыбаясь, складывали свои купюры в корзины. Маленькие дети искали в своих карманах монеты, а неопрятного вида бродяжка, просто отдыхавшая на скамье, огляделась по сторонам, украдкой запустила грязную руку себе в декольте и вытащила рваный доллар.
Тихо зарычав себе под нос, Барбара подошла и встала рядом с женщиной, не взирая на запах исходивший от ее одежды и пожитков. Барбара с несвойственной для нее нежностью положила руку на заскорузлый от грязи рукав бездомной.
— Держите лучше это при себе, — тихо произнесла Барбара. — Полагаю, вам это нужнее, чем ему.
Женщина
Барбара скрестила руки на груди, не столько, чтоб удержаться от пожертвования (ибо как только она распознала «толчок» сверхъестественного, он более не имел на нее воздействия), сколько для того, чтобы подавить вполне логичный импульс остановить магический холодок и послать его обратно тому, кто использовал его для обретения власти над этими людьми. Посмотреть, что будет.
Она не хотела пока выдавать себя; до тех пор, пока не вычислит, как именно он это делает. Находясь так близко к Беллингвуду, она явно видела, что он Смертный. Ранее она думала, что мужчина, возможно, мог быть каким-нибудь сверхъестественным существом, использующим магию Иноземья, наплевав на запрет Королевы хранить инкогнито. Это была плохая идея — игнорировать указания Высшей Королевы Иноземья. Если, конечно, ты хочешь сохранить голову на плечах и пребывать в том же самом теле, в котором родился. Даже Бабы Яги с Королевой не связывались.
Если Джонатан Беллингвуд был Смертным, как ему удавалось воздействовать на всех этих людей? Барбара не могла найти никаких объяснений, но точно была уверена, что здесь что-то нечисто. И она была преисполнена решимости выяснить что именно, если это поможет ей, как она и обещала, вернуть Ивану дочерей.
Выглядело так, будто она собиралась войти в пасть чудовища — в саму коммуну. Да пропади все пропадом. И это означает, что ей придется быть милой с другими. Не то умение, которым она могла бы похвастаться даже в самый лучший момент своей жизни. Для них же лучше, чтоб там был шоколад.
***
Вернувшись в Эйрстрим, Барбара поведала Чуду-Юду то немногое, что смогла обнаружить и каким будет ее следующий шаг. Ее напарник не очень-то этому обрадовался.
— Мне хотелось бы пойти с тобой, — ворчал он. — Ты же знаешь, как я ненавижу отсиживаться здесь, брошенный на произвол судьбы, пока ты там веселишься. Но я должен остаться и охранять Живую и Мёртвую Воду.
Барбара похлопала его по белой голове.
— По крайней мере, ты сможешь наколдовать себе еду всякий раз, когда проголодаешься. С тобой намного проще, чем с обычной собакой. Снаружи-то ты у нас совсем обычный, сразу и не разберешься.
— Не обижай меня, — сказал Чудо-Юдо. — Но обязательно будь осторожна. Как бы то ни было, ты понятия не имеешь какие козыри припрятаны у этого парня в рукаве.
— Сейчас ты меня обижаешь, — немного уязвленно произнесла Барбара. — Я Баба Яга. Я пока не встречала Смертного, который мог бы меня обставить.
— Ну, знаешь ли, ты тоже родилась Смертной, — напомнил ей драконопёс. — Ты не непобедима.
—
— Отлично подмечено, — промолвил Чудо-Юдо. — И так, к слову, мне кажется, твое зеркало вызывает.
Барбара схватила волшебное зеркало и села, быстро входя в состояние транса, доверив Чуду-Юду следить за обстановкой.
— Бека! — поприветствовала она. — Ты что-то узнала? Я собираюсь, если получится, поехать в это заведение, и было бы хорошо иметь еще какую-нибудь информацию, кроме обвинений скорбящего отца и смутных подозрений.
— Тогда я сейчас стану твоей новой самой любимой девочкой, — сообщила Бека из мерцающего зеркала с усмешкой. — Поскольку у меня есть для тебя несколько актуальных фактов.
— Ну, ты была моей давней самой любимой девочкой, — ответила Барбара. — Ну и Белла, конечно, тоже. Но если ты мне сейчас дашь что-нибудь конкретное, то обещаю привезти тебе бутылку вина, когда в следующий раз вернусь в Калифорнию.
— С той самой винодельни, которую ты спасла от нашествия Пикси (небольшие мифические создания, считаются разновидностью эльфов или фей. Отличаются склонностью к мелким пакостям, но, в общем, довольно дружелюбны. — прим. пер.), или что там у них было? Благодарные владельцы тебя все еще одаривают при случае? Это хорошая штука. И я думаю, что заработала две бутылки.
— Окей, выкладывай. Что у тебя есть?
— Джон Белл, — слегка самодовольно произнесла Бека.
— Кто?
— Джон Белл, — повторила она. — Это тот, кем был твой Джонатан Беллингвуд несколько лет назад. Старина Джон Белл был обычным продавцом подержанных машин где-то в Санта Круз (город в штате Калифорния, США — прим. пер.). По всей видимости, он вел себя вполне прилично; его босс сказал, что парень мог убедить любую старушонку купить «Мазерати». Но что-то случилось после последнего крупного землетрясения здесь, у нас. Белл изменился.
— Как изменился? — спросила Барбара. — Он внезапно потерял способность продавать машины старушкам? — хихикнула она.
— Как раз-таки наоборот. Согласно словам его босса, он совершал сделки направо и налево. Проблема состояла в том, что половина людей, совершивших покупку, не могли себе позволить авто, которые он им продавал, некоторые из них возвращались и жаловались. Я цитирую его босса: «Они не знали, что на них нашло».
— Хм, — задумалась Барбара. — Это уже интересно.
— О, да, — подхватила Бека. — В итоге он был уволен из дилерского центра и после этого неожиданно ударился в религию. Организовал какое-то Нью Эйдж псевдо-Викканское движение по поклонению Гайя (Gaia — это Многомерный Дух Земли, энергия, составляющая суть планеты Земля. Гайя — разумная (сознательная) сущность; Гайя обладает врожденным разумом; следовательно, Гайя обладает разумным сознанием, которое «знает» обо всех нас — прим. пер.) и возобновлению единения с природой. И это некоторое время пользовалось популярностью.