Безумие

Шоу Джейми

Ди была права. Я никогда не забуду этот вечер.

Мы сидим в её автомобиле около клуба, пока я плачу, утирая слезы дорожными салфетками. Ди поворачивается ко мне, опершись коленом о центральную консоль.

– Ты уверена, что это был он?

Я высмаркиваюсь, не вытирая слез, всё еще не желая смириться с сегодняшним открытием.

– Роу? – говорит она.

– Уверена, Ди. Я написала ему и видела, как он достал из кармана телефон, посмотрел моё смс и убрал телефон обратно.

Ди молчит, и это пугает меня. Я смотрю на неё – она точно закипает.

–

Чёртов козёл, – рычит подруга, и я вижу, как в голове Ди крутятся колесики, пока она обдумывает все ужасные вещи, которые хочет сделать с ним.

– Долбаный ГОВНЮК. Не могу поверить!

Заводит машину, и я слегка трезвею от звука двигателя.

– Ты в состоянии вести машину? – спрашиваю я.

– Я в порядке.

Включает заднюю передачу, сдает назад, и я понимаю: разговор окончен. Никогда не спрашивайте Ди дважды, в состоянии ли она ехать. Она не дура, и если говорит, что в порядке – она в порядке.

– Куда мы едем? – спрашиваю я, как только мы оказываемся на дороге.

– Мы забираем твои вещи.

Она окидывает меня взглядом, замечая замешательство на моём лице.

– Ты останешься со мной, детка. Абсолютно исключено, что ты будешь ждать его дома, когда этот придурок заявится завтра домой.

Я не думала о том, куда пойду, но она права. Я не могу оставаться. Не могу видеть его.

– Поверить не могу, что он сделал это прямо перед началом моего учебного года.

Ди бросает сочувственный взгляд в мою сторону, но не произносит ни слова. И просто потому, что мы всегда были лучшими подругами, я знаю, о чем она думает. Он не в первый раз так сделал – Брейди долгое время мне изменял. Все эти командировки – вранье.

Прижимаюсь лбом к окну, пока по щекам скатываются безмолвные слезы. Я снова плачу. Думаю о Брейди – о том, что я не знаю, что с ним делать. Я люблю его. Даже после всего того, что увидела сегодня, я люблю его. Но не собираюсь быть той девушкой. Я не собираюсь быть той девушкой, которая позволяет парням лгать ей, вытирать об неё ноги и изменять. Я думаю об Адаме и о том, как легко было с ним. Как волнующе. Как он заставил меня забыть. И как, пока я была с ним, всё дерьмо, связанное с Брейди, не имело никакого значения. Как я ушла от него, и теперь совсем одна.

Ди дотянулась и сжала мою руку, а я сцепила наши пальцы.

– Спасибо за то, что ты всегда рядом, Ди.

– Заткнись, – говорит она, и я издаю сдавленный смешок. Ди улыбается мне и еще раз сжимает руку.

К тому времени, как мы прошерстили мою с Брейди квартиру, машина Ди утрамбована до краев. Я переоделась в футболку и штаны для йоги, а затем запаковала оставшиеся предметы одежды – все до единого. Все украшения, косметику, личные вещи. Я взяла чертов панини пресс [2] и взяла бы еще и наш большой телевизор с плоским экраном, если бы у нас была комната. Я думала оставить записку, но решила не делать этого. Да и что написать? Ты разбил моё сердце, а я лишь ревущая дура, которая безумно любит тебя, мудак? Мы как можно быстрее выбираемся из квартиры, а затем отправляемся в кампус.

2

Итальянский

бутерброд или сэндвич, где булочка разрезается вдоль, а внутрь кладут ветчину, сыр и др. начинки.

В третий раз поднимаясь по лестнице общежития на четвертый этаж в комнату Ди, я пыхчу:

– Ты уверена, что твоя соседка не против?

Ди роняет одну из моих туфель на лестнице и шепчет проклятья себе под нос.

 – Ты шутишь? У девочки нет друзей. Она в восторге.

Мои руки заняты, но большим пальцем я успеваю поймать туфлю, которую выронила Ди.

– Тогда почему она не помогает нам тащить всё моё барахло наверх?

– Потому что она асоциальна, – резко отвечает Ди, и я лишь качаю головой.

Я должна прислониться к стене, потому что лестница начинает качаться. Когда мы приехали к нам с Брейди на квартиру, я всё еще была слишком пьяной, чтобы вести машину, так что мы оставили её там.

– Мы должны будем забрать мою машину в понедельник, – говорю я. – Брейди не сказал, во сколько он завтра возвращается домой, а я не хочу с ним столкнуться.

– Хотелось бы столкнуться с ним, – рычит Ди, и я не хочу спрашивать причину. Полагаю, он бы пришел на эту встречу с двумя здоровыми яичками, а ушел бы с одним травмированным.

Соседка Ди держит для нас дверь открытой, когда мы вносим мои вещи в комнату и обессилено падаем на кровать Ди.

– Мэйси, – говорит Ди, – мы завтра уберем весь этот беспорядок, хорошо?

Мэйси неуклюже кивает, стоя в центре комнаты и сжимая край футболки.

– Хорошо. Было приятно познакомиться с тобой, Роуэн.

– Спасибо, что позволила мне остаться здесь, Мэйси. Ты лучшая.

Её улыбка – мимический эквивалент прыжка от радости, и это заставляет меня улыбнуться в ответ. Она возвращается обратно к светящемуся монитору компьютера, а мы с Ди лежим на кровати, стараясь не вырубиться моментально.

– Тебе нужно снять свои стриптизерские босоножки, – говорю я ей.

Ди стонет и вскидывает ногу над кроватью, шмякая её прямиком на мой живот. Я мычу, а затем начинаю смеяться. Расстегиваю её босоножку, затем она закидывает другую ногу, и я снова снимаю с неё обувь. Она даже не переодевается, перед тем как мы обе забираемся под одеяло. Ди тянется, чтобы выключить прикроватный светильник, и вслед за ним мы отключаемся подобно свету.

Глава 4

Сегодня о прошлой ночи первым делом напоминает головная боль. Застонав, ворочаюсь в кровати, затем Ди делает то же самое. А после мы просто лежим, пытаясь перекривлять друг друга, пока не начинаем хихикать как дурочки, и я не швыряю подушкой ей в лицо.

– Ты… сучка… – театрально стонет она.

– Который час? – стону я в ответ. Комната наполнена светом, что заставляет меня еще сильнее зажмурить глаза.

Ди шарит руками вокруг в поисках телефона, сбивает его с прикроватной тумбочки, а затем поднимает с пола.