Безлюдье. Дилогия
Шрифт:
– Ирина, прислушайтесь к своему уже забытому вами зову своей юности. Ведь вы читали хорошие светлые книги, смотрели умные фильмы. Мы же росли почти в одно время, помним его и с хорошей стороны. Мы ведь и в самом деле хотели что-то изменить в нашем несовершенном мире. Я понимаю, что потом наши мечты и идеалы растоптали обычные барыги в погоне за властью и золотом, но в нас самих то человеческое еще не до конца умерло?
Он пронзал взглядом женщину и понемногу маски, которые она привыкла носить, спадали с ее милого лица. Оно даже как бы разгладилось и помолодело,
– Вы опасный человек, атаман - голос белоруски стал холоднее градусов на двадцать - у вас есть потаенный дар залезать глубоко в душу непрошеным гостем.
– Я не навязываюсь, Ириш - Михаил уже совершенно спокойно откинулся на сиденье - Я предлагаю. И вы, похоже, уже поняли с кем на этой территории можно иметь дело и договариваться. Но все-таки - он опять нагнулся к ней поближе - хочу вам посоветовать, поглядывайте почаще на небо.
Он замолчал, она также сидела молча, хотя ее глаза уже ответили ему. Теперь у него есть один верный союзник в здешних местах. Женщины... они обычно вернее. Их затянувшееся молчание прервал несколько развязный голос главы Шкловского анклава - А я заискался вас, Михаил Петрович. И оказывается, нашего атамана благородная донна перехватила и увела на романтичное рандеву.
Видимо, взгляд Вакульчик оказался красноречивей слов, поэтому Тозик не стал развивать дальше эту тему, а просто пододвинул стул и шумно уселся за стол. Он жадно осмотрел его богатое содержимое.
– Ох, ничего себе Марийка вам угощенье выкатила, просто царское. Разрешите, а то с утра не емши. Все дела, заботы.
– Да, пожалуйста, Анатолий Афанасьевич. Сейчас попрошу, чтобы чистую посуду принесли. А я, панове дорогие, вас покину, машина уже заждалась. Приятно было иметь с вами дело. Еще свидимся!
Михаил также встал с места, чтобы довести даму до стойки, там галантно помог одеть ей пуховик и приложился к пунцовой щечке. Уже у дверей он поймал благодарный взгляд сельской хозяйки. Тозик тем временем заказал графин местного пива, и не торопясь, нарезал на толстые куски кабанчика.
– Вы очень удачливы, Михаил. Даже наши лучшие женщины у ваших ног.
– Думаю, нам можно спокойно перейти на ты.
– Очень хорошо, может, тогда по стаканчику опрокинем?
– Можно, только я свое буду допивать.
– Да без проблем. Мы тут, Михаил, люди больше простые - Тозик одним махом выпил пиво и смачно закусил мясом с хреном - обходимся без политесов. Это в столицах, раньше бывало, надо было что-то из себя изображать. Особенно любили такое эдакое ваши россиянские деловые люди. Помню, еще недавно в малиновых пиджаках ходили, надевая их прямо на спортивный костюм. А глянь, уже новые аристократы! Угу, и приличные такие, пока не напьются.
Анатолий рассмеялся, по всему было видно, что настроение у него хорошее.
– Анатолий, надеюсь, наши встречи прошли не напрасно?
– Михаил решил сразу приступить к делу. Две очень важные встречи за один вечер, неплохой
– Ну, как сказать - Тозик отодвинул тарелку - в принципе, все эти дни прошли полезно и насыщенно. Мы, я имел в виду, наш анклав, давно хотели предложить расширение сотрудничества, а тут такая оказия образовалась. Хотя вот сегодняшний день, честно сказать, поверг меня в смятение. Конечно, спасибо тебе, что поставил на место Ступку. У этого свидомого хохла иногда мозг клинит от неприятия москалей. Но, к сожалению, пока приходится его терпеть.
– Пока?
– Иногда в жизни надо идти на компромиссы. Да и парень он, в общем-то, неплохой, порядок у него в команде железный. Просто забегает он временами впереди паровоза, жизнь еще не обламывала. Вот теперь, после твоей отповеди, немного задумается.
– И много таких впередибегущих у тебя в хозяйстве?
– Да есть трохи - Анатолий засмеялся - Ну а если серьезно, коллектив наш уже устаканился. Каждому нашлось нужное дело, по душе. А если дело есть, то дурью маяться некогда, работы ведь кругом невпроворот. Да и народ у меня собрался больше работящий и инициативный. С этим полный порядок, мы - белорусы вообще вкалывать всегда умели.
– Это я знаю. Очень трудолюбивый народ, не везло только вам в истории. То одна беда, то другая. Я, честно говоря, рад со всеми вами сотрудничать. Не знаю, что там с украинцами в дальнейшем выйдет, больно у них гонору много.
– У тебя получится, ты ведь и так украинец по отцу.
– Ага, а по прадеду и серб. Большая была страна, много в ней всякого народу переплеталось.
– Угу - согласился Анатолий, отправляя в рот хороший кус жареной свинины. Минут через пять, когда собеседник хорошенько перекусил, наконец, раздался долгожданный вопрос - Поражаешь ты меня, Михаил. Такую идейную речь сегодня завернул, аж даже меня проняло до пяток. А шкура, я скажу тебе, у меня толстая, как у носорога.
– А это не просто речь, Толик, это программа - Михаил посмотрел прямо в глаза собеседнику.
– Серьезно?
– Серьезней некуда.
– Ты снова меня удивил - Тозик махом опрокинул в себя стакан с пивом, потом перевел дух и добавил - Хотя Миша, может ты и прав. Испортились в том мире людишки, ой испортились. Вот и тряхануло нас по самое не балуй, и ведь даже после всего этого ужаса им все равно неймется. Поглядел я на твой подарочек, в виде москвичей. Тьфу, а не люди. Как ты их, такую толпу, еще и вытерпел то? Хотя подожди, все равно я тебя недопонял, коммунизм, что ли собрался строить?
– Да как ни назови, главное чтоб кривым не вышло.
– Ой, обожжешься. Жизнь она...
– Не надо про жизнь, Толик. Я понимаю, нас уже сложно переделать, но детей и внуков поставить на нужную дорогу вполне возможно. У нас есть для этого и идеи, и ресурсы, нужны только единомышленники.
– Думаешь, получится?
– Тозик нагнулся вперед и его глаза заметно заблестели.
– Это только от нас самих зависит. Я в этом деле серьезно, и карты вам открыл. Следующий ход за вами.