Бездушный Хеллион
Шрифт:
Раф плохо наложил швы: клянусь, он специально решил сделать меня еще более похожим на гребаного монстра, чем я уже есть. По крайней мере, я буду впечатлен. Грубые, неровные линии придают моему лицу более угрожающий вид, как будто мне нужна еще какая-то гребаная помощь в этой области.
Я носил черную повязку на глазу, но как только она достаточно заживет, я просто закрашу ее. Куколка чувствует вину, и это съедает ее заживо, но она поймет, что все это ничего не значит для меня, если это значит, что она выживет. Мой глаз заживет, моя гордость заживет, но я бы никогда, черт возьми, не исцелился,
Я слышу, как она входит в ванную позади меня, и бросаю косой взгляд через плечо. Она обнимает меня за талию, целуя в спину. Я хватаю ее за запястье, разворачивая перед собой. Она смотрит на меня снизу вверх, ее взгляд прикован к моему глазу, и я наклоняюсь.
— Я собираюсь открыть его, и ты скажешь мне, что ты видишь.
Она задерживает дыхание, прежде чем резко кивнуть в знак согласия.
Оттягивая скотч со щеки и брови, я открываю глаз, скрипя зубами от боли. Свет падает на него сразу, и тогда я вижу силуэт Нуар в очень размытой дымке, что всегда является хорошим знаком.
— Рана кровоточит, и ее пересекает небольшая полоска, но рана не такая глубокая, как я думала. Хелл, рана может зажить, — бормочет она. — Ты можешь видеть сквозь нее?
Я медленно моргаю, шипение срывается с моих губ.
— Вроде того.
Широкая улыбка расплывается на ее лице:
— Я так рада это слышать.
Затем она серьезно смотрит на меня:
— Послушай, я тут обдумывала план...
Внезапно Соул кричит из моей спальни:
— ХЕЛЛ?
Я быстро оборачиваюсь, и он подходит к двери ванной:
— Странности под ударом. Они разносят карнавал на части.
Я быстро смотрю на нее сверху вниз:
— Нам нужно вытащить тебя отсюда.
Я беру ее за запястье и тащу за собой.
Когда мы выходим на улицу, по нам льет дождь, и я поднимаю ее, сажая на переднюю часть мотоцикла, а сам забираюсь сзади.
— Что… Что ты делаешь? — она заикается.
— Ты за штурвалом.
— Что? Я не умею ездить на гребаном мотоцикле! — выдыхает она.
— Научишься. Это имеет смысл, если я буду сзади: они не смогут в меня выстрелить... — Я рычу, заставляя ее положить руки на руль. — Теперь, блядь, поезжай.
— Хелл, я не уверена...
Позади цирка вспыхивает стрельба, раздаются крики, я оглядываюсь и вижу, как из-за угла выезжают мотоциклы, направляющиеся в нашу сторону.
Я кладу свои руки поверх рук Куколки, заводя двигатель.
— У тебя, блядь, все получится, Нуар. Поверь мне.
Я заставляю ее выжать газ, и она кричит, когда мы несемся вперед, таща за собой Соула и Рафа.
Я веду ее через лес, пока парни стреляют в людей Киро. Мне нужно увести ее туда, где он ее не найдет, пока я его не убью. Я не могу поверить, что этот ублюдок был настолько глуп, чтобы позволить своим людям совершить набег на Странности. Если я не убью его, это сделают Тени.
Я снова оглядываюсь назад, замечая, что они догоняют, многие из них. Я смотрю на Соула и Рафа, прежде чем крикнуть:
— Разделяемся!
Они кивают, прежде чем разойтись в разные стороны, надеясь сбить кого-нибудь из людей Киро с курса. Мы мчимся сквозь деревья,
Я киплю, глядя вперед, и заставляю Куколку резко свернуть влево, отчего она издает громкий крик, за которым следует смех. По мере того, как мы едем, она, кажется, все больше возбуждается от опасности, и я не могу удержаться от ухмылки.
Вскоре мы выезжаем на открытую тропу, ведущую к океану, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть, что они все еще преследуют меня. Я открываю огонь, убивая еще нескольких.
— Хелл, если бы я была мертва, все было бы по-другому, ты мог бы убить его, застигнутого врасплох. — Ее выкрикнутые слова заставляют меня посмотреть на неё сбоку.
— Что? — Спрашиваю я, перекрикивая шум двигателя.
Она пожимает плечами.
— Он не остановится, пока не получит меня.
— Ты, блядь, не умрешь, Нуар!
— Нет, я не имела в виду...
Я поднимаю голову и вижу тупик, приближающийся край утеса.
— Нуар, нажми на правый тормоз, — приказываю я, потому что мой пистолет все еще у меня в руке. Она делает, как я прошу, и мы резко останавливаемся, подавшись вперед. Я слышу мотоциклы Соула и Рафа где-то рядом в лесу.
— Я могу разделаться с этими ублюдками, — заявляю я, оглядываясь и видя, что они приближаются, готовясь с нацеленным пистолетом, пока не чувствую, как рука Нуар тянется назад, и прикасается к моей щеке. Она наклонила голову, я смотрю на нее сверху вниз. Изучая ее красивые, мягкие черты лица, я отпускаю левую ручку, поднося ладонь к ее шее, большим пальцем скользя по ее подбородку.
— Я знаю, что мы не выражаем никаких нежных чувств и не произносим слов, которые скучные пары использовали бы, чтобы обнажить свои души. Но я хочу, чтобы ты знал, что мне всегда нравилось, чтобы все было по-нашему, на наших условиях. Мне нужно, чтобы ты знал, что я тоже одержима тобой, Хелл, — бормочет она. Несмотря на опасность, надвигающуюся на нас сзади, я не могу не слушать из-за искренности в ее голубых глазах. — Может, мы и ненормальные, но наши осколки подходят друг другу. Каждая травма, каждое пятно, каждая погоня и каждое пугающее слово, сказанное шепотом в ночи, объединяли нас. Ты научил меня принимать свои недостатки, видеть в них не несовершенства, а части моей истории, которыми ты всегда дорожил. И я не знаю, как тебя отблагодарить за все, что ты для меня сделал. За то, что ты заставил меня почувствовать.
Я смотрю в ее глаза, которые полны слез.
— Пообещай мне кое-что? — Хрипит она, и мои брови хмурятся в замешательстве, но я слегка киваю.
— Пообещай мне, что уничтожишь всех до единого и заставишь их заплатить за то, что они сделали.
— Куколка… — шепчу я, собираясь засунуть язык ей в глотку, пока не раздается выстрел, просвистевший у меня над головой, и я резко оборачиваюсь, гнев закипает во мне.
Мотоцикл внезапно рвется вперед, и я быстро смотрю вниз на Нуар.