Бездушный Хеллион
Шрифт:
Холодный ночной ветерок обдувает нас, пока мы едем, и я держусь крепче, чувствуя мышцы Хелла под своей рукой на его прессе. Напряжение от того, что должно произойти, сжимается в моей груди с каждой минутой.
Через некоторое время мы проезжаем через массивные железные ворота с шипами, и я смотрю через плечо Хелла, пока не вижу маячащий в поле зрения огромный черный особняк, напоминающий замок, освещенный снизу яркими огнями. Когда мы подъезжаем, Хелл выбивает подножку и спешивается. Я снимаю с головы шлем, осматривая окрестности и замечая вооруженных
Когда я встаю, он приближает свое лицо к моему.
— Послушай меня очень внимательно, Куколка, — серьезно бормочет он, и я едва заметно киваю, с трудом сглатывая. — Говори только тогда, когда к тебе обращаются. Не говори больше, чем нужно, и никогда, блядь, не возражай против того, о чем меня просят, что бы это ни было.
Я смотрю в его глаза, мой пульс учащается. Он крепко целует меня в губы, прежде чем взять за руку и потащить навстречу неизвестности. Огромные двери открываются, и Соул и Раф следуют за нами. Я оглядываю темный, похожий на замок интерьер, замечая, что свет дают только свечи. Кажется, Хелл точно знает, куда он идет, его аура излучает уверенность. Мы наконец достигаем большой двери, и Хелл останавливается, оглядываясь на меня и в последний раз ободряюще пожимая мою руку, прежде чем толкнуть ее.
Когда дверь со скрипом открывается, я сразу замечаю огромное пространство комнаты, повсюду стоят колонны. В дальнем конце помещения доминирует длинный вытянутый деревянный стол, за которым бок о бок сидят трое мужчин.
Когда мы останавливаемся, Хелл отпускает мою руку, его тепло рассеивается, оставляя меня чувствовать себя незащищенной и уязвимой, но я стараюсь не показывать свой страх, хотя внутри я кричу.
Хелл делает несколько шагов вперед, прежде чем остановиться перед мужчинами, все трое устрашающие, могущественные и одетые в черные костюмы. Их присутствие ошеломляет, и я чувствую, как их глаза сверлят меня, оценивая, осуждая.
— Я здесь, чтобы попросить кое у кого пощады, — говорит Хелл, его глубокий голос эхом разносится по похожему на пещеру пространству.
Мужчины наклоняются друг к другу, перешептываясь, пока средний не говорит:
— Продолжай.
Хелл смотрит на меня, его взгляд тверд.
— Это девушка, которая убила Холлоу Хейза в прошлом году.
— Ты хочешь пощады для девушки, которая убила не только члена Теней, но и члена твоей семьи? — Спрашивает мужчина справа, его темные глаза пронзают меня насквозь.
Хелл встречает его пристальный взгляд.
— Да, — отвечает он, его голос не дрожит.
— Причины?
— Она была в плену у Киро...
— Не от тебя, Хеллион, от нее. — Мужчина справа жестом показывает мне сделать шаг вперед, и я делаю, мои ноги наливаются свинцом, когда я встаю рядом с Хеллом.
— Имя? — Спрашивает средний мужчина.
— Харли Миллер.
Внезапно мужчина справа медленно встает, намеренным движением отодвигая свой стул. Он не сводит с меня глаз, пока обходит стол, и мы все следим за его движениями. Он останавливается передо мной, прислоняясь к столу и сцепив руки перед собой.
— Харли Миллер? —
— Нет, Киро спрятал меня.
— И зачем ему это делать?
Я бросаю взгляд на Хелла рядом со мной, а затем снова смотрю на мужчину.
— У моей мамы был роман с его братом. Он из мести насиловал меня с двенадцати лет. Меня готовили к продаже. Кай тоже был сильно вовлечен, — бормочу я.
Двое других мужчин перешептываются друг с другом, выражения их лиц нечитаемы. Мужчина передо мной смотрит без тени эмоций, как будто для него все это нормально.
— Твоя мать была очень близкой подругой моей жены, — признается он.
Я в замешательстве хмурю брови.
— Была?
Он слегка кивает, и я начинаю задаваться вопросом, знала ли моя мама все об этом Обществе: была ли она более вовлечена в преступный мир, чем я изначально думала.
— Ты убила Холлоу Хейза? — Его голос спокоен, почти слишком спокоен, и от этого у меня по спине пробегают мурашки. Я снова киваю, пытаясь сохранить самообладание.
— Говори, — требует он, его тон становится холодным, и я пытаюсь не вздрогнуть, когда его мощный голос гремит по комнате. — Почему мы должны даровать тебе милосердие?
Я тяжело сглатываю, во рту пересохло, пока я набираюсь смелости ответить.
— К тому моменту я потеряла рассудок и отчаянно хотела сбежать после всего, что я пережила.
Его глаза вспыхивают в сторону Хелла рядом со мной.
— Почему такая внезапная перемена? Ты был непреклонен в принятии этого удара, — строго спрашивает он.
Я смотрю искоса, и когда Хелл говорит, я смотрю на него.
— Потому что я не верю, что то, что сделал мой двоюродный брат или дядя, правильно. Киро заманил Харли в цирк, когда она сбежала, используя гребаного педофила, чтобы подружиться с ней. Он позволил мне иметь интимные отношения с Харли, когда я, блядь, не знал, кто она такая. Он сделал это из мести, потому что у матери Харли был роман с моим отцом. Я не убью невинную девушку ради Киро. У меня нет никакой гребаной лояльности к нему.
Я смотрю на мужчину, и он подозрительно разглядывает Хелла.
— Но твоя верность принадлежит нам, и она действительно убила члена Теней.
— Она это сделала, — честно отвечает Хелл, и я опускаю глаза.
Мужчина снова обходит стол, пока не усаживается рядом с двумя другими, и Хелл делает шаг вперед, пока не оказывается рядом со мной. Пока они шепчутся друг другу на ухо, я нервно жду, мой пульс стучит в ушах, гадая, что будет дальше.
Когда они закончили, средний говорит:
— Харли Миллер будет даровано милосердие, если Хелл вытянет три карты. Поскольку он тот, кто просит, ему придется заплатить цену.
Я поднимаю взгляд на Хелла, но он без колебаний кивает в знак согласия, и у меня скручивает живот. Что-то ужасное поселяется внутри меня, и я, кажется, не могу от этого избавиться.
Мужчина справа начинает тасовать карты, прежде чем разложить их по столу по кривой.
— Шагни вперед, Хелл. Возьми три карты и положи их рубашкой вверх перед собой.