Бездна
Шрифт:
– "Ну, ладно..., ты по недосмотру, случайно, открыла грудь (или что-то там ещё, или что-то там другое..., по разумению мужчины...) больше чем положено...?!
– пытался понять всё это Максим..., и тут он, почему-то вдруг, резко переключился на другое...
– И что хорошего и интересного взрослые мужики, находят в этой женской груди...!!!? Ведь от них никакого проку и толку нет..., только мешают везде и цепляются ими за всё...! Если женщине вдруг придётся убегать от объездчика или сторожа, то она из-за них..., даже в дырку в заборе не пролезет...!!!- искренне недоумевал он..., - Ну хорошо..., этот мужчина тебя обидел за это, за их выпячивание, оскорбил и
Максимка, конечно же тогда ещё не знал, да и не мог это знать, в силу своего юного возраста (он пока рассуждал ещё, как маленький мальчик, как пока ещё чистый ребёнок...) о том, что земная женщина, это очень сложное, часто запутанное, даже в самой себе, и также во многом и другом, в силу отсутствия желания, познать Истинные ( не лживые и ошибочные...) законы Природы, отсутствия необходимых Знаний, в силу чего и являясь во многом, противоречивым существом..., - Очень Часто поступает Так, как Она Поступает до Сих пор.....
Не знал пока Максимка и того, что БОГ наградил Женщину очень многими Достоинствами, которыми в отличие от неё, не Наградил Мужчину.... Бог дал Женщине Красоту и Целомудрие.... И сделал Это Он, совсем даже не Напрасно....
И о том, что только сама Женщина и никто другой, решает, как и каким образом она Распорядится своей Женской Красотой и своим Целомудрием.... Будет ли она в этой Жизни, вечным яблоком Раздора или вечной Хранительницей Любви и Семейного Очага....
И в силу всего вышеизложенного, юный Максим, решительно не понимал этих непредсказуемых и очень загадочных Женщин, и поэтому относился к ним с определённым недоверием и опаской....
Исключение составляла только одна Зойка. Максим не знал отчего это происходит. Но Зойка для Максима была почему-то всегда безусловным и непререкаемым авторитетом.... В присутствии Зойки, Максим, всегда терял дар речи. Его язык деревенел, мысли путались и вдобавок ко всему, Максимка почему-то становился красным, как рак, которого сварили в кипятке. Хоть прямо сейчас мужикам к пиву подавай.... И ему всегда, отчего-то хотелось, куда-то убежать, спрятаться и там затаится, чтобы никто никогда его не нашёл. Зойка училась в городе Североуральске и приезжала на улицу, где жил Максим, к своим родственникам в гости. Она была всего на два года старше Максима.
– Э-э-х...! Зря только время потерял...
– очень искренне горевал, обманутый в своих ожиданиях Максимка, и скорее всего, именно поэтому в конец разочарованный и расстроенный, тут же почти, мгновенно заснул....
Во сне Максиму снилась душистая и приятно вяжущая во рту черёмуха. Эта черёмуха росла в палисаднике Колгановых перед их окнами, и была такая густая, что свисая вниз, почти полностью закрывала своими ветвями забор Колгановского палисадника. Колгановы и Каретины жили рядом. Вернее в одном длинном, как барак доме, разделённого посередине ровно пополам, глухой бревенчатой стеной.
= = =
Следующий день для ребят тянулся довольно долго, но уличная ребятня, в числе которой был и Максим,
Наступил вечер.... Посёлок "Третий Северный" погружался в темноту. На плечах у вечера уже сидела, как сидит нерадивая жена на шее мужа..., свесив свои длинные, стройные, но почему-то волосатые ноги, похожие на хвойные деревья утыканные острыми иголками..., тёмная, таинственная и даже где-то загадочная, уральская ночь.
Ребят собралось человек пять, шесть. Они ещё немного подождали, пока улица совсем не опустела. Все жители разошлись по домам и потихоньку укладывались спать. Стайка ребят незаметно приблизилась к Колгановскому палисаднику.
Все без команды, но почти одновременно и практически бесшумно, вскарабкались на забор. Взобравшись, все так же молча принялись за сбор урожая. Работали быстро, с огоньком. Без шума и пыли. Черёмуха действительно была отменная. Крупная и сочная. Такая росла только у Колгановых, соседей Каретиных, ни у кого больше во всём посёлке.
Занимаясь не столь благовидным делом, Максим, да видимо и все остальные ребята, чувствовали себя не в своей тарелке. То, что они сейчас делали, называлось попросту воровством. И взрослые в посёлке, как, наверное и везде, к этому делу относились не очень-то хорошо. И если кого-то ловили на месте преступления, строго наказывали незадачливых воришек. Ребята это хорошо знали и старались в руки им не попадаться.
Ну, а сейчас, несмотря ни на что, ни на какое-то там возможное наказание за воровство, работа кипела вовсю и рубахи на их животах, оттопыривались от ягоды.
И тут вдруг, совсем неожиданно для "черёмушных налётчиков" и совсем даже некстати, из открытой форточки в окне Колгановых, раздалось негромкое кукование кукушки на настенных часах. Кукушка прокуковала двенадцать раз.... После того, как кукушка прокуковала, все ребята услышали характерный звук или шум, издаваемый при открывании дверей. Все так же увидели, что из входной двери дома Каретиных, вышел мужчина и направился к выходу со двора. Ребята, молча за ним наблюдали, стоя на заборе. Все, как по команде, прекратили сбор урожая черёмухи. Пришлось сделать вынужденный перерыв....
Мужчина вышел из калитки, аккуратно прикрыл её и повернул в сторону Колгановых, то есть в их сторону. Максим и ребята замерли на заборе, прикрываясь ветками черёмухи. Все наблюдали за приближением мужчины. Для них сейчас было самым главным и важным, чтобы их не обнаружили, не узнали, и чтобы этот потенциально нехороший человек, а попросту "редиска", прошёл мимо них и никого не заметил.
В это время мужчина подошёл настолько близко к сорванцам, что все они, и Максим в том числе, увидели, что к ним приближается Каретин...! Тот самый Каретин, который умер несколько дней назад. Ребята его узнали. Да и как не узнать...!? По-соседски ведь жили. Сами ж его и хоронили. А он то оказывается, очень даже живёхонек и к тому же вроде бы ещё и здоровёхонек. Идёт себе, как ни в чём ни бывало и в ус, как говорится, не дует. Не выполнил установку - уходя, уходи, а умирая, умирай. Ну и ни хрена ж себе...! От такого его кульбита воскресения из мёртвых, самому можно запросто окочуриться и поменяться с покойником местами, ну..., а в лучшем случае, просто тупо и надолго опупеть.