Бездарность поневоле

Белинская / Трамонтана Полина

— Я не виновата, он сам! — возмущенно закричала я. — Я даже и не думала ничего тебе устраивать!

Я подумала ещё секунду и решила, что лучшая защита — это нападение:

— И вообще, ты что, считаешь меня настолько мелочной?! — притворно возмутилась я, сама себе, однако, признаваясь, что подумывала о какой-нибудь шуточке. Но не настолько масштабной!

Эйдгар опешил, не ожидая обвинений в свой адрес, но быстро меня раскусил. Однако, продолжать свое наступление он не стал.

— Ты серьёзно не специально? — уже более миролюбиво спросил он.

— Конечно нет! Если ты мне не доверяешь, то зачем вообще

идёшь со мной. Ты бы и один справился… — я не договорила. Местным ни к чему знать причины нашего здесь появления.

Напряжение окончательно спало, и тут, как раз вовремя, подоспел хозяин, желавший возместить понесённые убытки.

— Раз уж это была «рукопашная дуэль» с рыцарем, то пусть платит проигравшая сторона. Это негласный Кодекс кабацких дуэлей, — не дав трактирщику открыть рот, произнесла я. За счёт этого правила я всегда выезжала из долгов в драках. Ну, почти всегда.

Я спустилась со скрипучей лестницы и узрела абсолютно пустое и идеально чистое помещение трактира. И когда успели всё так вылизать? Ещё вчера вечером никто особо не суетился по поводу внешнего вида этого заведения. Может, местный хозяин — потомок какой-нибудь нежити, которая ведёт ночной образ жизни?

Зал был абсолютно пуст. Единственный посетитель, Эйдгар, что-то жевал, сидя за самым дальним столом. Вид у этого эльфа был отвратительно бодрый, хотя не факт, что он вообще сегодня спал. После окончания того инцидента с рыцарем он просто куда-то ушёл. Я попыталась за ним проследить, но как можно уследить за ветром?

Я уже собралась начать допрашивать эльфа, пока он не успел опомниться, но, заметив меня, он сам начал разговор:

— Я вчера кое-что нашёл… — не оборачиваясь, заговорил он, когда я спустилась с лестницы и на секунду замерла, обдумывая, как бы начать «наезд».

Эти слова заставили меня торопливо оглянуться на трактирщика, который счел за лучшее скрыться в дверном проёме. Неужели эльф сумел так напугать его вчерашним боем и внушить уважение к своей персоне? Отбросив планы мести, я молниеносно оказалась у того стола, за которым сидел Эйдгар, плюхнулась на соседнюю табуретку и изобразила полную готовность слушать. Эльф поморщился. Я уже давно заметила, что он не любит смотреть на мою любительскую актёрскую игру.

— От этой крепости до Ордена напрямик через лес идти где-то полдня, — не произнося молчаливого упрёка вслух, продолжил он. — Об этом ордене отзываются как об очень серьезной организации, а тот «рыцарь» — просто какое-то недоразумение, объявившееся здесь несколько месяцев назад. Говорят, что с Орденом он никаких связей не имеет. Так что о нашей цели мы по прежнему ничего не знаем.

— Орден — это отдельная башня, или его окружает ещё один город? — задала я вопрос, тревожащий меня с того момента, как я проснулась. Ко мне наконец-то вернулась способность нормально соображать, и я очень радовалась этому факту.

— Отдельная, — огорчённо оповестил Эйдгар. — Но принимают туда и женщин, и мужчин, — тут же дополнил он.

* * *

Более примитивного плана и вообразить невозможно: мы решили под видом новобранцев проникнуть в крепость, а там уже на месте ориентироваться. И вот стоим мы у этого громадного строения со множеством башен и ждём, пока караульщики решат, кому же из

них бежать за кем-нибудь из старших по званию. Ждали мы уже минут десять, и всё это время мой взгляд очень привлекала одна просто огромная и самая высокая башня, по каким-то причинам вся в копоти и гари.

— Может, вы как-нибудь побыстрее договоритесь? — раздражённо крикнул Эйдгар, глядя вверх. Его просьбу проигнорировали и ни на секунду не прервали разборки.

Взбесившийся эльф, недолго думая, послал мощный поток воздуха в кучку караульных, видимо, рассудив для себя: «Кто свалится со стены, окружающей башни, тот и пойдёт докладывать».

Я его решение молча поддерживала, хотя моё лицо сейчас изображало только одно желание — что-нибудь (или кого-нибудь) съесть. Провизии мы с собой взяли немного — рассчитывали подкрепиться на обратном пути, если не повезёт со вступлением, или перекусить уже в крепости. В наши планы никак не входил спор караульщиков. Как-то неправильно это…

Кто-то, сброшенный вниз, цветисто выругался и, судя по шагам и кряхтению, пошёл-таки докладывать о прибытии «новобранцев». Ещё минут через пять на воротах показалась лысая голова, а за ней консервная банка. Ну, то есть доспех с серебряными украшениями и несколькими медалями. На ярком солнышке всё это «великолепие» блестело и переливалось, но этому мужику, должно быть, было ужасно жарко в его амуниции. Мои предположения доказывала испарина на лбу мужчины.

— Вы хотите учиться? — спросил мужчина, интонацией голоса намекая, что нам нечего здесь делать. Эйдгар уже хотел подтвердить слова консервированного мужика, но я опередила его:

— Мы хотим учиться Доблести и познать Справедливую Истину. Мы хотим сражаться во имя защиты Мира и Народа, — пафосно ответила я, стараясь, чтобы моя речь звучала как можно искреннее. Кажется, получилось. Эйдгар молча кивнул головой в подтверждение моих слов.

Суровое выражение лица воина в доспехах смягчилось.

— Похвально… Раз так, проходите, — внимательно осмотрев нас, воин подал знак стоящим внизу людям, которые тут же бросились открывать ворота.

Перед нами предстала огромная каменная площадь, по которой, видимо, сейчас гоняли новобранцев. Гоняли в прямом смысле — ровным строем люди и нелюди разного возраста и пола нарезали круги по площади. Они бежали идеально. Ни у кого на лице не было заметно никаких следов усталости, шеренга была настолько ровной, что казалось, бегунов удерживает что-то невероятное и невидимое. Самое странное то, что за ними никто не наблюдал. Никакого тренера или ещё кого-то подобного поблизости не наблюдалось. Если только этот самый тренер не носился впереди своих учеников. Скорее всего, так и есть — возглавляет колонну огромный орк. Вот так дисциплина… Не дай бог или чёрт и в самом деле учиться здесь!

Один из солдат (или кто они там), который до этого торчал на воротах, провел нас по через площадь с бегунами и дальше, по маленькой, еле заметной среди кустов и зелёной травы тропинке на задний двор. Здесь располагалась ещё одна площадка для тренировок. Все как положено: мишени, макеты людей из старого тряпья и соломы, тренировочное оружие и полоса препятствий. Функция стены перед крепостью теперь стала понятна — стена просто отрезала кусок земли для тренировок. Больше её незачем было строить, ведь сами по себе башни-города — оборонные укрепления.