Безбашенный
Шрифт:
По крайней мере, нам, наверно, стоило бы объясниться.
Вряд ли он согласиться вот так…
Точно нет.
Он прощался со мной тем танцем, он для того его и затеял. Я знаю. Значит, я ощущала его близость сегодня в последний раз.
— Мира? — Вадим возвращается, уже, к счастью, глядя на меня без прежней похоти. — Иди в мой кабинет, а я пока провожу гостей.
Ну, можно и выдохнуть — этот вечер закончился. Только вот почему он не вызовет мне такси или не отвезет сам? Черт, — снова начнет приставать, когда
Но, с другой стороны, — у него же здесь не друзья собрались, а деловые партнеры. О делах, конечно, хочет с ними поговорить, потому и отсылает меня. Надеюсь, что после этого ему будет уже не до приставаний, а деловые разговоры затянутся надолго…
Вадим, как ни странно, приходит на удивление быстро.
— Домой? — тихо шепчу я, делая вид, что просто засыпаю. Надеюсь, это сработает и собьет его с сексуального настроя.
Но, кажется, не получается.
Вадим, с мрачным лицом и полыхающими каким-то странным, даже пугающим огнем, глазами, подходит ко мне вплотную.
Челюсти сжаты, ноздри раздуваются, — и мне рефлекторно хочется отступить.
— Вадим…
— Сука, — цедит сквозь сжатые зубы, лупя меня по щеке наотмашь.
Так, что даже дергается голова, а из носа начинает струится дорожка крови.
Я замираю, в ужасе. Каким бы он ни был, но такого от него никак не ожидала!
— Сука! — сжимает мои плечи, поднимает вверх так, что мое тело начинает болтаться в воздухе и встряхивает с такой силой, что, кажется, у меня все внутренности перемешиваются внутри.
— Блядь, Мира, — сколько я терпел? Сколько, я тебя, блядь, спрашиваю, — я терпел эти твои отказы? — орет он так, что начинает гудеть в висках. — Все эти «не сейчас», «давай дождемся свадьбы», «я устала»! Блядь, у меня яйца разрывались, — но я все равно терпел и ждал, даже ни с одной шлюхой ни разу за все это время пар не выпустил! Терпел и ждал нашей с тобой первой ночи! Даже, блядь, приятно было, что невеста у меня такая целомудренная, такая, блядь, правильная! Думал, — таких уже не бывает!
— И что?! — швыряет меня к стене, наступая. — Что, блядь, я тебя спрашиваю?! Моя недотрога, моя невеста, оказывается, все это время трахается в этим, блядь, клоуном! А я-то, блядь, думаю, — что это моя Мира глаз с него не сводит! Даже блядь, радовался, что так тебе угодил! А невеста, оказывается, думает только о том, когда закончится праздник и ее комик заткнется, чтобы начать ее ебать! К нему собиралась, да, сука, — сразу после того, как я бы отвез тебя домой?
Я вжимаюсь в стену, надеясь только на одно, — что он успокоиться сейчас.
Но — нет. С каждым словом Вадим злится еще сильнее. И багровеет весь.
— Блядь… Я с тобой, как с королевой! А ты! — новый удар разбивает мне лицо так, что белые вспышки резко сверкают перед глазами, почти ослепляя.
— Сукааааа! С кем еще, Мира? С кем еще, а? Может, моя невеста перееблась
Комната плывет перед глазами. Прижимаю ладони к лицу в отчаянной попытке защититься или хотя бы остановить кровь, но он резко отводит мои руки в стороны, крепко ухватив меня за подбородок.
— В глаза мне смотри, сука! Ну, — что в нем такого, а? Что такого, чего я тебе не дал? Или тебе вообще по хер, главное, чтобы член, а все остальное неважно? А? Чтоб трахали тебя до бессознания? Так надо было сказать, — я бы сразу, с первого же дня всю дурь из тебя вытрахал! Так бы вытрахал, что ходить бы не смогла! Какого хрена надо было кривляться? Или, блядь, — ты просто цену себе набивала?
— Я люблю его… — выдыхаю дрожащим голосом. — Люблю, понимаешь! Ты ведь все прекрасно знал! Знал, что у меня к тебе никогда не было чувств! Вадим! Ты ведь заставил меня согласиться на этот брак! Ты не оставил мне выбора!
— Выбора? — уже ревет, до боли обхватив мои скулы рукой. — Нет, Мира, у тебя был выбор — и я с самого начала его обозначил! Но ты, блядь, решила посидеть на двух стульях! И женой моей стать, получив все вытекающие из этого блага, и, блядь, жизнью наслаждаться, трахаясь направо и налево! Где он тебя трахал? Все ночи напролет у него дома? И в каждом углу универа? Где еще? В примерочных магазинов? В кино, куда ты ходила якобы с подругами? В парке на лавочке? Сука!
Новый удар по лицу сваливает меня, — и я просто падаю ему под ноги. Уже ничего не говорю, только тихонько поскуливаю от боли. Говорить бесполезно. Боже, я и не представляла, какой Вадим на самом деле монстр!
— Блядь никогда не станет моей женой, никогда не войдет в мой дом на праве хозяйки, — шипит Вадим, глядя на меня сверху вниз. — Но я, Мира, слишком много в тебя вложил. И, блядь, несмотря ни на что, я до сих пор тебя хочу, хоть ты и такая сука! Ты теперь не женой моей будешь, а просто шлюхой, которую я буду ебать с утра до вечера, — и, блядь, никаких нежностей, никаких «я устала»! Драть тебя буду так, как хочу, — жестко, и срать мне на все твои желания!
Хватает за волосы, больно дергая голову назад, нависая надо мной.
— Может, прямо сейчас мне отсосешь, а? А после я попробую твою вторую дырку! Там-то ты хоть девственница, а? Или он и туда тебя успел уже трахнуть? Блядь, ты подо мной скулить будешь! И, — знаешь, что, Мира? Это меня возбуждает! Меня возбуждает твоя боль! Так что про удовольствие можешь забыть!
Я отчаянно мотаю головой, но он с силой дергает меня вперед, прижимая лицом к своему паху, продолжая оттягивать волосы.