Без тебя

Заозерная Марта

– Извини, - нехотя уголок её губ ползет наверх. – Я просто переживаю.

Она выпрямляется и садится, прикасаясь бедром к моему колену. Подтягивает ноги к груди, закрывая мне вид на свои возбужденные соски.

Словно извиняясь, гладит меня по ноге.

– Иди сюда, - протягиваю руку, приглашая устроиться у меня на плече.

Хмурость, схожая с детской, ложится на её лицо. Отрицательно головой качает.

– Когда я тебя

касаюсь, мой мозг отказывается рационально мыслить, - теперь точно искренне улыбается. – Я всё понимаю, Сереж. Нельзя из-за других менять свой маршрут. Людям хорошо вместе, когда их пути соприкасаются. Нельзя полностью менять вектор движения из-за кого-то. Нельзя забывать про индивидуальность и собственные мечты. Нужно цельным оставаться.

Сафи закидывает голову и закрывает глаза.

– Я всё это понимаю, но всё равно так печально. Мы будем совсем редко видеться…, - быстро вытерев глаза, она добавляет. – Мне грустно, но ты не думай. Я очень рада твоим успехам. Горжусь тобой.

Наконец-то её головы опускается на мою грудь.

– Ты ведь будешь прилетать…

– Обязательно! – Сафи перебивает меня.

Крепко прижимается.

Обнимаю её и тянусь губами к её волосам.

– Грусти сегодня некстати. Все хорошо будет, - поглаживаю пальцами её скулы, очерчиваю их.

Куколка кивает.

Понимаю причину смены её настроения.

Мы повздорили. Впервые так сильно.

Саяра попросила меня задержаться в Греции на пару дней. Нужно забрать документы у партнеров её отца. Согласившись, я поменял билет.

Сафи тоже осталась.

Из-за этого вчера ближе к вечеру они бурно поссорились с Филом. Находясь рядом, я слышал весь телефонный разговор.

Сперва я подумал, что причина прежняя – он отчитывает её за задержку, но оказалось, что нет. Агент без её ведома заключил предварительный многомиллионный контракт.

Она так и не упомянула, в чем именно заключается договоренность, но заявила, мол, ни за что не пойдет на такое. Вне зависимости от суммы.

Впервые я увидел Сафи настолько яростно злой. Во всё горло она кричала на Фила. Уверяла, что он всё испортил.

После того как разговор был окончен, настала моя очередь вцепиться в неё.

Она отказалась мне рассказывать мне, что происходит.

Затем всё стало ещё хуже.

Пока мы выясняли отношения, её телефон несколько раз звонил. Каждый раз она быстро сбрасывала, пряча экран от меня. Надо ли говорить, что будучи заведенным я не оценил такого поворота событий?

На третьем звонке пришлось выхватить

этот чертов мобильник.

Нисколько не удивился, увидев на экране морду смазливую.

Марко.

Кто же ещё мог быть настолько настырным мудаком.

В моей груди взорвалось бомба замедленного действия. Ревность.

– Я думал между вами всё кончено! Какого хера он тебе названивает?

Саф тяжело вздохнула и устало прикрыла глаза.

– Давай сделаем вид, что не было этих звонков? Мы и без него ссоримся! Я не могу так. Сереж, пожалуйста.

– А что мы ещё сделаем? Я должен в восторге быть от количества твоих секретов?! В ладоши похлопать?

Её постоянные тайны как спусковой механизм. Мне осточертели постоянные недомолвки!

Сафи поджала губы и промолчала.

Мир вокруг замерз.

Мы оба решали, что делать дальше.

– Можешь ответить, если хочешь, - она протянула мне свой телефон.

Всё оставшееся раздражение я спустил на её бывшего.

По мере нашего разговора, глаза Сафи распахивались всё сильнее, грозясь оказаться на полу. При этом она оказала мне огромную поддержку, промолчав в тот момент, когда я уточнил для Марко, по какой причине она не может ответить на его звонок.

– Это было слишком жестоко, - произнесла она, опуская голову мне на плечо, после того как я разговор завершил.

***

Ранним утром в день вылета я просыпаюсь от шорохов.

В комнате царит полумрак, но нескольких слабых лучиков света хватило для того, чтоб разглядеть Сафи. В крошечной ночной сорочке, без трусиков, она убирает рамки с фотографиями из глубокой ниши в стене.

– Ты проснулся! Я тебя разбудила? Извини. Поспи ещё, или хотя бы сделай вид, что дремлешь. Я не успела подготовиться, - кокетливо просит. – Подыграй мне, Сереж.

Как после такого многообещающего предложения можно уснуть?

С таким же успехом она могла попросить меня не прикасаться к ней во время секса – бессмысленно.

Предвкушение кроет.

Лежа с закрытыми глазами, прокручиваю в памяти всё то, что мы творили эти несколько дней.

Сколько бы мы не трахались, мне всегда её мало.

Я слукавлю, если скажу, что мне не нравился секс с Машей. Нравился. Очень. Безумно. Он всегда был особенным, даже если мы занимались любовью в миссионерской позе и от ласк со стороны жены были только поглаживания моей спины. Я неизменно отлетал в космос.