Без сна

Domenicco

Литература? Рассказы? Творческий кризис? Я не сплю из-за этого? Рука моя, словно бы в аккомпанемент мысли, тут же описала в ночном воздухе длинный круг.

Брось! Даже самые великие и маститые иногда испытывали

подобное чувство – по крайней мере, так утверждает история мировой литературы, книги и учебники по которой я имею привычку время от времени перелистывать. Что уж тогда говорить о моей скромной персоне? О жалком творце строки, как величает меня всегда оптимистически настроенный Шура, который всю свою жизнь болтается лишь только на уровне второго сорта и коего, кажется, подобное положение вещей вполне себе устраивает?

Тогда в чем причина? Какие-нибудь болезни (не дай Бог!), травмы, прочие проблемы со здоровьем?

Вроде бы нет. Почти все время провожу у компьютера, сочиняю истории. В драки не ввязываюсь, на различных банановых ошметках посреди проспекта не поскальзываюсь и головой ни обо что не бьюсь. Черт возьми, я даже спиртное употребляю лишь только раз пять в год – дважды отмечаю Дни рождения (свое и матери), день смерти (все той же любимой мамочки, которая покинула меня три года назад), начало импровизированного творческого пути (первого апреля

две тысячи восьмого, словно бы по некоей вселенской шутке, я продал в журнал «Рамзес» свой первый рассказ на двенадцать тысяч слов, его там напечатали, мне заплатили, и я потом пустил вырученные деньги на покупку ноутбука, пусть и подержанного), и, как можно догадаться, день встречи с Шурой, которая пока судьбоносна. Случилось, кстати, сие великое событие в марте тремя годами ранее и, надо думать, очень даже не зря.

Тело мое вдруг задергалось, защемило в груди, а на глаза отчего-то тут же навернулись слезы. Я потащился рукой по направлению к низкому прикроватному столику, где всегда держал стакан с водой (дала о себе знать привычка, выработанная еще в отрочестве, – пить перед сном достаточное количество жидкости, дабы очищать, таким образом, от различного мусора организм), после чего пальцами ухватился за его граненные бока, несколько приподнялся на подушке, а затем выплеснул в лицо остатки воды. Понимал, что поступаю в этот самый момент из рук вон глупо и нелепо, подобное вряд ли поможет мне заснуть, но внутри отчего-то разом стало спокойнее. Там словно бы пожар в этот самый момент загасили.

Конец ознакомительного фрагмента.