Без промаха

Чайлд Ли

– А это важно?

– Не знаю, – сказал он.

– Будете чай? – предложила она. Ричер покачал головой:

– Нет, лягу спать.

Он поднялся наверх. Стянул и вернул на вешалку костюм Джо. Развязал и положил на полку галстук. Снял рубашку, бросил ее на дно гардероба и в одних трусах прошел в ванную.

Когда он вышел оттуда, в двери гостевой стояла Фрелих. В белой ночной рубашке.

– Он порвал со мной, – сказала она. – Сам так решил.

– Почему?

– Встретил женщину, которая понравилась ему больше, чем я. Одежда

осталась здесь, потому что я не разрешила ему вернуться за ней.

– Зачем вы рассказываете мне об этом?

– Чтобы мы могли начать с чистой страницы. То, как вы относитесь ко мне, должно быть связано только со мной и с вами, а не с вами, мной и Джо.

– А ваша-то страница чиста? – спросил он.

– Он был замечательным человеком, – ответила Фрелих. – Когда-то я любила его. Но вы – не он. Я не пытаюсь вернуть его.

– Это хорошо, – сказал Ричер. – Потому что я не похож на него. Впрочем, кончится все точно так же. Я уйду, как и он.

– Я бы рискнула, – отозвалась она.

– Я чувствую себя как-то неловко. На мне одежда твоего прежнего любовника.

– Ну, не так уж ее и много, – ответила Фрелих. – Да и вообще это легко исправить.

Он шагнул к ней, и она, положив руки ему на талию, «исправила это». Ночная рубашка соскользнула с ее плеч, упала на пол. Они едва успели добраться до постели.

Поспать им удалось всего три часа – оба проснулись, когда в ее спальне зазвонил будильник.

– С добрым утром, – сказал Ричер.

Фрелих зевнула, улыбнулась, отвела локти назад и потянулась.

– И тебя с добрым, – сказала она.

Он притянул ее к себе. Убрал с лица волосы, поцеловал.

– Надо вставать, – сказала она, вылезла из постели и ушла в ванную комнату.

Ричер, отбросив одеяло, отправился в ванную для гостей. Принял душ, надел еще один из костюмов Джо. С Фрелих он встретился уже внизу, у лестницы. Она пристраивала к уху наушник.

– Поможешь? – спросила Фрелих. Она распахнула полы жакета, и Ричер увидел пристегнутую к поясу черную рацию. Ричер воткнул в рацию штекер наушников. Когда Фрелих запахивала жакет и плащ, Ричер увидел у нее на левом бедре кобуру с пистолетом. Большой «ЗИГ-Зауэр» П-26.

Они приехали в офис и просидели в ожидании все утро и большую часть дня. В четыре они поехали в отель Нигли, который снова использовался для проведения приема для жертвователей. Прием должен был начаться в семь вечера – у них имелось три часа, чтобы убедиться в безопасности здания.

К шести сорока в вестибюле отеля собралось около семи сотен гостей.

Ричер, прислонившись к колонне у лифтов, вглядывался в эту картину. Нигли изучала взглядом зал со второй ступеньки ведущей в бельэтаж лестницы. Ее глаза, точно радар, скользили взад и вперед по толпе.

К семи часам большая часть гостей была уже в зале. Нигли подошла к колонне,

у которой стояла теперь и Фрелих.

– Он уже здесь? – спросила Нигли.

Фрелих покачала головой.

– Он появится попозже и уйдет пораньше, – сказала она. Потом замерла, вслушиваясь в лившиеся из наушника слова.

Лицо ее побледнело. Резко развернувшись, она подозвала последнего из остававшихся в вестибюле агентов. Велела ему взять на себя руководство всей группой.

– Что? – спросил Ричер.

– Возвращаемся на базу. Немедленно, – ответила Фрелих. – Похоже, у нас серьезная проблема.

Глава шестая

С включенной красной мигалкой «шевроле» пронесся сквозь вечерний поток машин, как спешащая по срочному вызову «скорая помощь». Стайвесант сидел в своем кресле, обмякнув словно человек, получивший хороший удар в живот.

– Что? – спросил Ричер.

– Это люди со стороны. Наверняка.

– Откуда вы это знаете?

– Известен вам общий для страны показатель убийств? – ответил Стайвесант вопросом на вопрос.

Ричер пожал плечами:

– Полагаю, не маленький.

– Около двадцати тысяч каждый год. Хотите услышать о двух сегодняшних?

– Кто? – выдохнула Фрелих.

– Маленькая ферма в Миннесоте, – ответил Стайвесант. – Фермер вышел сегодня в поле и получил пулю в голову. Без видимых причин. Следом, после полудня, небольшой торговый пассаж в Боулдере, штат Колорадо. Офис бухгалтера-ревизора в одной из комнат верхнего этажа. Человек приходит туда и получает на служебном дворе очередь из автомата. Опять-таки без видимых причин. Фермера звали Брюсом Армстронгом. Бухгалтера – Брайаном Армстронгом. Оба белые, оба примерно того же возраста, что и Брук Армстронг, примерно тот же рост и вес, тот же цвет глаз и волос.

– Они из его семьи? Родственники?

– Нет, – ответил Стайвесант. – Но скажите мне, какова вероятность того, что именно в тот день, когда мы сталкиваемся с серьезной угрозой, безжалостно убиты двое людей по фамилии Армстронг и с именами, начинающимися на «Бр»?

– Демонстрация, – сказал Ричер.

– Да, – ответил Стайвесант. – Это была демонстрация. Хладнокровное убийство. И потому я соглашаюсь с вами. Это вовсе не шутники из нашей конторы.

Нигли и Фрелих, не дожидаясь приглашения, сели. Ричер прислонился к высокому конторскому шкафчику.

– От кого вы об этом узнали? – спросил он.

– От ФБР. У них есть программа, сканирующая донесения ГЦИП. Армстронг – одно из помеченных ими имен.

– Так вы их все же подключили. Стайвесант покачал головой:

– Они снабжают меня кое-какой информацией, только и всего. Значения ее они не понимают.

– Демонстрация кошмарная, – произнесла Фрелих.

– Но что нам, собственно, продемонстрировали? – спросил Ричер.

– Что мы имеем дело с не очень хорошими людьми.

Ричер кивнул: