Без преград [СИ]
Шрифт:
– О, - выдал Огурец.
– Что - "о"?
Парень с легкой улыбкой подкинул мобильник.
– Вот и восемнадцать.
Пауза. Что-то в последнее время мозг частенько стопорится.
– Стоп. У тебя сегодня день рождение?
Улыбка пропала.
– Ты забыла.
– Егор был недоволен и вроде как... обижен?
Молитвенно сложила ладони, только после поймав себя на мысли, что Огурец вряд ли увидет эту сцену. Хотя, кто его знает, вдруг глазастый?
–
– Набрала побольше воздуха в легкие и торжетсвено грянула: - С совершеннолетием тебя, таким великим праздником! Теперь тебе точно без проблем будут продавать пиво в киосках, - не могла не припомнить недавний случай.
Но вместо ожидаемой реакции, Егор был и оставался спокойным. И... приобрел задумчивую такую ехидинку.
– Спасибо, но ты уже умудрилась меня поздравить заранее.
– И похлопал указательным пальцем по изогнутым губам.
Ма-ать. Кажется, я покраснела. Густо, судя по ощущениям. Да еще и язык отнялся к тому же -- окрыла рот, а сказать ничего не могу!Я уже не могу вспомнить, когда противоположный пол в последний раз умудрялся так меня смущать.
– Хм?
– не менее иронично заинтересовался Огурец тишиной. Повертел мобильник -- я уже боялась, как бы он не додумался посветить им мне в лицо, - но нет, убрал.
– Я не хотела, - пискнула и прочистила горло. В самом деле, что это я?
– А мне в тот момент показалось, что очень хотела, - Огурец был сама ирония. Так. Мне кажется, или он меня тут подкалывает?
– Уйду, - угрожающе пообещала.
– Нет, стой!
– поспешно воскликнул друг, чем снова удивил.
– И чего тебе так важно чтобы я осталась, м?
Он ничего не ответил. Словами. Непродолжительный шорох -- и Огурец растянулся на сидении, положил голову мне на колени. Сердце от этого дернулось и подскочило к горлу, мешая нормально дышать. Что он хотел показать... этим всем?
– Ник, как же мне хреново...
– Не надейся, бесплатным психологом у великовозрастного дылдоноса быть не собираюсь! Терпеть не могу ноющих мужиков.
– Бросает из крайности в крайность. Задаваться вопросом: "Да что происходит" - не буду. Надеюсь, это не то, чего я так боюсь.
Глаза подпривыкли к темноте, уже многое могла различить. Так что заметила, как снова изменилось выражение лица Огурца. Брови иронично вскинулись, на губах блужала улыбка, да и вообще лицо заметно расслабилось. Кажется.
– Окей. Нытья ты от меня не дождешься. Просто...
– брови нахмурились, - хотелось это сказать.
– То есть, ты хочешь, чтобы я тебя пожалела?
– Пользуясь моментом, потрепала
– Но быстро перестала, заметив, как слабо поначалу отбивался парень, а потом и вовсе перестал.
– Что, правда плохо?
Он кивнул.
Огурец сегодня не устает меня удивлять. Друг подхватил мою руку, скользнув по своей щеке, положил ее на макушку. Разве он не говорил раньше, что его бесит, когда я вожусь с его волосами? Все... изменилось? Припомнила последние дни и что-то не припомнила такого уж открытого недовольства или сопротивления. Тогда...
Запустила пальцы в шевелюру и чуть взерошила ее. На губах Егора снова появилась улыбка. Как же я ее люблю...
– Но с тобой мне легче.
– Он встретился со мной взглядом.
– Всегда так, когда рядом находится что-то хорошо знакомое.
Щелк.
– И если бы на моем месте оказался твой любимый диван, разницы, в принципе, никакой для тебя не было?
– Что-то вроде,- хмыкнул Егор.
– Ну ты хам!- дернула за одну из прядей.
– Это была шутка. Ты лучше дивана.
Фыркнула, но расслабилась. И с чего-то было приятно.
– Я выиграла у дивана. Надо записать и на стену повесить, чтобы потом гордиться.
– Пф. Чувство юмора. У тебя оно есть, в отличие от Лили...
Как же в голове перемкнуло. Дернула за Егоровы волосы и повысила голос.
– Я не хочу, чтобы ты говорил о ней при мне!
– И прикусила язык. Егор оч-чень заинтересовался.
– Это достает, - быстро пояснила. Черт, не то.
– В смысле, надоедает. То есть...
– Я понял, - со смешком проговорил он.
– с Никаких разговоров о Лиле. Вообще никаких разговоров. Тебе удобно?
– В принципе, а с чего такая забота?
– Я хочу спать именно так. В моих интересах, чтобы тебе было удобно.
Ну он и... слова подходящего не подобрать.
Прикинула так, хочу ли я оставаться... поняла, что очень даже, и не стала возмущаться.
– Ну смотри, если среди ночи от твоей тяжелой тыквы у меня онемеют ноги -- я ее скину.
Огурец перевернулся на бок.
– Учту. Но все же не делай так.
– Сделаю, - пообещала.
Парень скосил глаз. И с нем было столько недоверия.
Да-да, ты правильно все понял. Ни за что так не сделаю.
Уголок усмешки -- и парень отвернулся.
Не знаю, что с ним, но у меня глаза как-то подозрительно быстро начали слипаться. И не скажешь, что совсем недавно маялась бессонницей...