Без границ
Шрифт:
– Тысячу раз по тысяче раз, - прошептал он себе, снова и снова повторяя собственное продолжение этого приёма. Это была его мантра — тысячу раз по тысяче раз — которая напоминала ему, что повторение тренирует мускулы, и что короткого пути или другого способа тренировки не существует.
– Тысячу раз по тысяче раз, - сказал он, когда потерял контроль над левым клинком и тот вылетел из его хватки.
Не смущаясь, он подобрал меч и вернул его в ножны, затем сделал глубокий вздох и снова выхватил оба меча.
Поднимая меч справа, он немного
Это была лёгкая часть.
Когда он выхватил меч слева, он обхватил рукоять только указательным и средним пальцем. Безымянный и мизинец были прижаты вдоль рукояти над гардой. Клинок пошёл вверх, и тогда Закнафейн разжал большой палец и надавил двумя нижним пальцами, изменяя инерцию подъёма, чтобы клинок повернулся внутрь и вверх, затем вверх и наружу, и оказался остриём вниз, когда он опустил руку за плечо.
Клинок ударил вниз, чтобы парировать атаку сзади, а затем пошёл через плечо наискосок вправо в рубящем ударе.
Для постороннего наблюдателя это было красивое и быстрое движение, но Закнафейн зарычал от недовольства, остановившись на завершающих моментах, и позволил мечу упасть из его руки и зазвенеть по полу.
Он не смог перехватить рукоять достаточно крепко, чтобы блокировать даже удар ребёнка, а до завершения контрудара оставалось ещё три движения.
Ещё раз.
Джарлакс и молодой Дайнин До'Урден увидели Закнафейна, когда тот был повёрнут к ним спиной и совершал свою тренировку в оружейном зале дома. Его левая рука высоко поднялась, меч оказался за плечом остриём вниз вдоль спины, потом продолжил подниматься, оказавшись впереди; правый меч неожиданно нанёс укол назад сразу за прошедшим мимо левым мечом.
Джарлакс придержал Дайнина и дал ему знак молчать, наблюдая за тем, как оружейник закончит. Закнафейн подбросил свой левый клинок, чтобы сменить хват и ударить назад так же, как ударил правым, затем сделал достаточно неловкий разворот, обернувшись с явно заметным выражением недовольства на лице.
Он увидел посетителей и немедленно выпрямился.
– Что вы здесь делаете?
– Я пришёл по делу к матери Мэлис, - ответил Джарлакс, и это была правда, - и решил посмотреть, как идут дела у моего друга в возможно последние дни его жизни.
Это вызвало у Закнафейна усмешку.
– Сгинь, щенок, - приказал он Дайнину.
Юноша, младший сын Мэлис, выпрямился и втянул в себя воздух, заметно оскорблённый.
Закнафейн рассмеялся над ним.
Джарлакс приобнял молодого До'Урдена за плечи.
– Никогда не стоит показывать свой гнев тому, кто смог тебя разозлить, - прошептал он на ухо Дайнину.
– А тем более — если он может разрезать тебя на кусочки, не успеешь и глазом моргнуть.
– Мать Мэлис приказала мне сопровождать тебя, - возразил Дайнин.
– И ты выполнил её приказ.
– Я не позволю тебе свободно расхаживать
Джарлакс коротко поклонился. Он уважал храбрость Дайнина (хотя решил, что юношу она погубит).
– Тогда подожди меня в зале, - предложил он.
– Я поговорю с другом наедине.
– Выметайся, - добавил Закнафейн от боковой стены, где взял сухое полотенце, чтобы вытереть пот.
Дайнин вышел обратно за дверь, но не стал её закрывать.
– И сколько воображаемых врагов ты только что прикончил?
– спросил Джарлакс, подходя к другу.
– Ни одного. Боюсь, он по-прежнему жив.
Джарлакс вспомнил движения, которые видел.
– Значит, ты мёртв, - заметил он.
– К сожалению.
– Оттачиваешь навыки извлечения и удара?
Закнафейн кивнул и вытер полотенцем лицо.
– Ты же понимаешь, что вы оба начнёте бой уже с оружием в руках?
– спросил наёмник.
– И что?
– Тебе не потребуется доставать мечи.
– И?
– Не будь таким тупицей. Зачем ты тренируешь то, что тебе не понадобится?
– Я часто этим пользуюсь.
Джарлакс хотел было вздохнуть, но Закнафейн сразу продолжил:
– Не в том бою, который состоится через два дня, нет, но неужели ты действительно хочешь, чтобы я пожертвовал своими тренировками из-за Дувона Тр'араха? Может быть, мне заниматься бегом — на тот случай, если по пути на твою пьесу мне повстречается канализационная крыса?
– Мою пьесу?
– Тебе следовало просто позволить мне убить его в таверне, сразу же и на месте.
– Он оружейник влиятельного и древнего дома, - напомнил Джарлакс.
– Какие последствия грозили бы дому До'Урден, если бы ты так поступил?
– Те же самые последствия, что наступят после того, как я разделаюсь с ним на дуэли, - без колебаний ответил Закнафейн.
– Вовсе нет, - ответил Джарлакс, хотя он и сам не знал, какая на самом деле разница. Так или иначе, Дувон — или Авинвеса — похоже, затеял это по собственной воле, а значит, его смерть от рук Закнафейна — в барной драке или на дуэли — могла вызвать определённые вопросы в адрес матери Мэлис.
– Ты не должен его убивать, - добавил Джарлакс.
– Говорит дроу, которого Дувон не выбрал своей целью. Он искал меня. Он подстроил всё так, чтобы прикончить меня, а не тебя.
На это Джарлаксу нечего было ответить. Вместо ответа он сказал:
– Тебя убили бы, знаешь?
– указав подбородком назад в центр помещения, где Закнафейн работал на своими техниками извлечения клинков.
– Разворот был неловким и слишком долгим.
– Всё, что больше двух движений — глупость, - сухо ответил Закнафейн, повторяя мантру из Мили-Магтир, касавшуюся самого важного начального элемента любого поединка с оружием ближнего боя. Извлечение оружие и единственное движение были классикой. Выхватываешь и наносишь удар, больше ничего — и оказываешься на равных с противником, у которого раньше была инициатива.