Бейкер-стрит, 221

Точинов Виктор Павлович

Он не обернулся.

24.

Прошло три с лишним месяца.

22 февраля следующего года, как раз накануне моего дня рождения, на адрес детективного агентства «Бейкер-стрит, 221» пришла посылка из Северной Калифорнии. В ней оказались позабытые мною в Чиллатоге подарки лесорубов: огромная новенькая тельняшка и ремень с рельефным изображением звезды на латунной бляхе. А еще в коробке лежала аудиокассета. Кеннеди, ожидая услышать надиктованное письмо, тут же запустил ее на воспроизведение.

Но вместо письма послышался негромкий гитарный перебор - а потом незнакомый голос запел слова, выведшие нас однажды из чащобы Чиллатогского леса:

V lunnom siyan’ii snegg serebritsa,

Vdol’ po doroge troechka mchitsa…

Din-din-don, din-din-don,

Kolokol’chik zvenitt…

Со второго куплета мы с Кеннеди начали подпевать.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ПЛЯШУЩИЕ ЧЕЛОВЕЧКИ

1.

– Нет, Кеннеди, - сказала я скептически.
– Ниро Вульф из тебя никак не получится. Во-первых, тебе не хватает двухсот фунтов веса, как минимум. Во-вторых, ты с трудом отличаешь орхидею от традесканции. В-третьих, с чего ты взял, что я начну изображать при твоей особе Арчи Гудвина и бегать, высунув язык, по всей Новой Англии, выполняя твои поручения? Короче говоря, я предлагаю тебе не ходить в «Бейкер-стрит», пока не снимут гипс. С текучкой я как-нибудь и сама справлюсь.

Но Кеннеди иногда бывает жутко упрям. Вот и сейчас - вбил себе в голову, что его детективные таланты позволят распутывать дела, не покидая стен агентства «Бейкер-стрит, 221». Первые две неудачи только раззадорили его пыл.

(Нет, провалом предпринятые расследования не закончились, - просто потенциальные клиенты, увидев загипсованного детектива, потихоньку ретировались, не внеся аванса.)

– Ставлю десять против одного, - сказал Кеннеди, - что смогу расследовать дело вон того человека, направляющегося к нашим дверям, не вставая с кресла. И без твоей помощи - миссис Хагерсон вполне сможет исполнить пару несложных заданий.

– По рукам, - быстро сказала я.
– Ставлю двадцатку. Можешь сразу доставать бумажник. Что-то этот «клиент» не спешит к нам звонить. Стоит, задрав голову, и осматривает дом… Наверняка агент по недвижимости.

– Не похоже… - сказал Кеннеди.
– Нет, Элис, боюсь, что ты ошибаешься. По-моему, в лице этого джентльмена чего-то не хватает, чтобы можно было признать его за честного риэлтора. Нет, Элис… Никогда человек, связанный с таким солидным и почтенным делом, как недвижимость, не наденет джинсовый костюмчик столь легкомысленного голубого цвета. Тут за милю чувствуется личность творческая… Это писатель, Элис.

– Ну-ка, ну-ка… - провокационно поощрила я Кеннеди.
– Что еще вы можете сказать об этом писателе, мистер Гениальный Сыщик? Самостоятельно, без помощи «Икс-скаута»?

– Немногое… - вздохнул Кеннеди.
– Судя по лицу, это американец в первом или втором поколении - и родители его прибыли с Востока. Малая Азия или Закавказье… Живет здесь, в Провиденсе. Несомненно, он знавал лучшие дни, - несколько лет тому назад. Возможно, написал книгу, попавшую в нижние строчки списка бестселлеров.

Или, вероятнее, сценарий для нескольких выпусков среднепопулярного сериала. Сейчас наверняка перебивается тем, что пишет под псевдонимами статейки в желтую прессу - - типа «Моника Левински была шпионкой Хуссейна!». А для души сочиняет заумные романы, которые иногда печатают мизерными тиражами… Но считает себя Писателем с большой буквы. Ну, пожалуй, и всё…

Вот вам пример типичных спекуляций на доверчивости публики! Сейчас этот зевака пойдет себе дальше, а Кеннеди будет уверять, что выложил мне всю его подноготную… Между тем, из всех его умозаключений имел под собой хоть какую-то почву лишь вывод о миновавших лучших днях - костюм из мягкой джинсовой ткани, который выглядывал из-под распахнутого плаща зеваки, действительно был новым и модным несколько лет назад…

Зевака закончил созерцание фасада. Поднял руку. Позвонил. К нам! Я поспешила запустить «Икс-скаут». Посмотрим, посмотрим, мистер Великий Детектив…

Но «Икс-скаут» не успел опровергнуть притянутые за уши гипотезы Кеннеди. До этого в офис детективного агентства «Бейкер-стрит» вошла миссис Хагерсон и положила на стол визитную карточку гостя. Прокомментировала:

– Этот человек настаивает на встрече с вами. Утверждает, что он писатель.

Хм-м-м…

Я торопливо взглянула на карточку. Та отличалась скупостью информации, присущей по-настоящему известным людям: имя (вернее, целая гроздь имен), телефон, электронный адрес. И всё.

Звали пришельца Эндрю-Исмаил Нарий-шах. Либо - как было указано в скобочках - Эндрю Норман. Литературный псевдоним, надо думать… Черт побери! Я ведь помнила этот псевдоним, действительно мелькнувший лет десять назад в списках бестселлеров! Даже видела начало одной из серий снятого по творениям Нарий-шаха телефильма… Но в лицо его не знала.

– Признавайся, Кеннеди, - ледяным тоном произнесла я.
– Лучше признайся сам: где и как ты всё разузнал?

– Элементарно, Элис… - пожал Кеннеди плечами.
– Просто хорошая память на лица. Неделю назад я видел его в одном третьеразрядном телешоу…

2.

Удивить гостя дедуктивными чудесами не удалось.

Господин Шах (для простоты буду называть его так) принял как должное плоды «проницательности» Кеннеди - пассажи о желтой прессе и мизерных тиражах, естественно, не прозвучали.

Очевидно, наш гость считал само собой разумеющимся, что большая часть умеющих читать американцев знакома с его творческим путем. Не восхищаясь сверхчеловеческой проницательностью Кеннеди, писатель сразу же приступил к делу.

– Что вы об этом думаете, мистер Кеннеди?
– воскликнул он (несмотря на экзотическую фамилию, по-английски м-р Исмаил Нарий-шах говорил без малейшего акцента).
– Мне рассказывали, что вы большой любитель всяких таинственных случаев. И сдается мне, что таинственней этой бумажки вам ничего не найти.

Он выложил на стол распечатанный на принтере лист. Верхняя часть листа была неровно отстрижена ножницами. А содержание - с которым позже мне довелось ознакомиться детально, гласило: