Бета-тест

Извольский Сергей

– Кайгерд: как начнется, валите с Багиней туда, где лошадей оставили

– Паша, сообщения посмотри, – схлопнув окно переговорной сферы, посмотрел я на Мазая. И после, отчаянно кося глазом, попытался поймать взгляд демонессы.

– Как начнется, беги, – зашептал я, когда Багиня посмотрела на меня.

Демонесса даже отпрянула от удивления, отрицательно помотав головой.

– Делай, что я говорю, – сквозь зубы прошептал я, глядя на девушку.

– Не-е-ет, – негромко произнесла она.

Ульрих, с которым

сейчас Гвин беседу вел, вдруг повысил голос, и я невольно прислушался.

– …отречься от звания рыцаря Серого ордена и, приняв свет новой веры, избавить мир от порождения зла! – громогласно и пафосно произнес хозяин замка.

– А почему на троне крест перевернутый? – спросил я, перекрывая отголоски эха от слов Ульриха.

– Это не крест, это меч, – пожал плечами магистр ордена.

– Зачем нам отрекаться от рыцарского звания? Мы же можем и без этого нести свет веры, – поинтересовался Гвин.

– Беги, как начнется, – опять обернулся я к Багине.

– Не-е-ет, – снова замотала головой демонесса.

– Паша, – уже не таясь, обернулся я к Мазаю, – ты можешь ее… Хм, не можешь, – тут же трезво оценил я его возможности.

– Выбора у вас особого нет, – между тем пожал плечами Ульрих, – или принимайте мое предложение, или умирайте.

Блин, не далее как вчера я это уже слышал. Вернее, сам говорил.

Прижав щит к себе, чуть поднял его – только глаза остались не закрытыми. Гвин рядом тоже подобрался.

– Что ж, – пожал плечами Ульрих и искусственно улыбнулся, – вы сами решили.

Магистр стоял спокойно, лишь улыбался, но никаких действий не предпринимал. А вот полуголые девушки по углам прыснули. Вдруг Ульрих выбросил вперед руку, от которой мгновенно протянулась зеленая плеть, и тут же мимо меня мелькнула демонесса. Притянутая к Ульриху Багиня сразу получила несколько ударов мечом и сломанной куклой отлетела к стене. Произошло это настолько быстро, что я даже рот не успел открыть, а магистр продолжил действовать – отставив в сторону руку, он выбросил вперед ладонь, от которой в нашу сторону метнулись сгустки тумана. От одного из них я попытался уйти, но тут же попал под второй и третий – движения сразу замедлились, а перед глазами замелькали красные тики наносимого урона.

Мы с Гвином оказались замедлены обтекающим болезненным туманом, в теле сразу слабость появилась, но Паша не сплоховал – перекатившись по полу, он бросился на Ульриха. И спустя мгновение тоже оказался у стены, противоположной той, у которой сейчас Багиня пыталась подняться.

– Вперед! – закричал я, пытаясь преодолеть слабость, но тут Ульрих поднял вверх обе руки и резко развел их по сторонам. У меня по всему телу тут же полыхнуло жаром – ощущение, будто кровь вскипела. Судя по вскрику Багини, зацепило и ее – атака магистра была по площадям, зацепило и демонессу.

– И свершится правосудие! – опомнившись, заорал я, указывая клинком на Ульриха, и тут же услышал, как грянул гром.

– Свершится! – закричал в ответ магистр – грянуть-то грянуло, но молот правосудия на него не подействовал. Неожиданно

Ульрих оказался совсем рядом, мне в лицо брызнуло кровью, и я оказался лежащим на полу. Двинуться не мог, и краски вокруг постепенно затухали. Попробовал выругаться – и то не получилось. Перед лицом топтались сапоги и на меня даже наступили, а после рядом навзничь рухнул Гвин.

Сознание тело покинуло, но, на удивление, на кладбище я не оказался – будто бесплотным духом поднялся к потолку. И наблюдал, как Ульрих прикончил Пашу, попытавшегося напасть на него со спины. В живых осталась одна Багиня, но демонесса была разъярена – и магистр это на себе почувствовал. Как раз тогда, когда Ульрих нанес смертельный удар Мазаю, его оплела змея хлыста, рванув к себе. Полыхнуло пламенем, и магистр покатился по полу, тут же, впрочем, вскочив. Дико заорав, Ульрих бросился с мечом на демонессу, но Багиня просто перепрыгнула через него, еще раз ударив хлыстом. Ноги магистра оплело, и он тяжело завалился на пол, но извернулся, взмахнув мечом, и бросившаяся на него Багиня вновь к стене отлетела. Только сейчас я понял, что вижу все происходящее в полной, абсолютной тишине.

Демонесса вскочила, уклоняясь от вновь появившихся сгустков болезнетворного тумана, и, перетекая с места на место, бросилась на Ульриха. Тот выбросил руку ей навстречу, но сорвавшаяся очередная дрянь в нее не попала. Багиня взмыла вверх, в немыслимом кульбите уворачиваясь от метнувшегося к ней клинка, и сама ударила Ульриха кинжалом. Попыталась.

Крутанувшийся вокруг себя магистр, не попав по демонессе мечом, попал по ней кулаком. Вдогонку упавшей и прокатившейся по полу демонессе вновь метнулся темный сгусток, от которого девушка попыталась уклониться, отползти, но у нее не получилось.

Все. Это называется вайп.

В комнату влетели несколько стражников. Ульрих махнул одному из них рукой, и большая часть воинов скрылась обратно в коридоре, но около пяти человек остались.

«Почему я еще не на кладбище?» – краем мелькнула у меня мысль. Краем, потому что я неотрывно смотрел на перекрученное в смерти тело демонессы. Ульрих между тем прошел по комнате, что-то говоря стражам, а потом, остановившись рядом с Гвиннблэйдом, простер над ним руку величественным жестом. Кисть магистра окутало темным сиянием, и такое же сияние появилось вокруг тела Гвиннблэйда. И тот через некоторое время зашевелился, а потом неуверенно поднялся.

Сказав несколько слов, Ульрих выразительно посмотрел на Гвина, после чего тот неуверенно кивнул. Величаво склонив голову в ответ, магистр повернулся ко мне. Опять его руку окутало темное сияние, и через несколько секунд у меня перед глазами появилось:

– Внимание! Ульрих применил к вам заклинание «воскрешение». Вы возродитесь к жизни через 10… 9… 8… 7…

– Фух, – поднимаясь с пола, выдохнул я. И сжимая с силой рукоять меча.

– Умерь свой пыл, Кайгерд, – заметил что-то в моих глазах магистр, – второй раз воскрешать не буду.