Бета Малого Льва
Шрифт:
понятно, что он вовсе не живет в этом мире, ему просто показывали кино про него,
объемное, цветное, насыщенное запахами, звуками и прочей информацией. Теперь
– 84 -
изображение сдвинулось, трехмерный мир стал плоским и искаженным. Ольгерд выходил в
другой объем.
Он вылупился, как из яйца. Комната была все та же, только по-другому освещенная.
Было много сиреневого и фиолетового, и цветов, которых он раньше не видел. Рядом стояли
белые тигры,
Ольгерда тоже были лапы, еще мощнее, чем у них. Под шерстью от ужаса выступил
холодный пот.
Они переговаривались мысленно. «Вот и он!» «Он боится!» «Какой красивый!»
«Замолчите, дайте ему опомниться!»
Самый крупный из них подошел к Ольгерду и спокойно сказал:
– Ничего не бойся. Ты свободен, Ольгерд Оорл. Просто у тебя теперь два мира и две
оболочки. Мы ждали тебя.
– Я могу быть человеком?
– Конечно. Но нам больше нравится обличие тигров. Руки и речевой аппарат нужны
только в плотном мире.
– Почему именно тигров? И почему белых?
– Разве мы не прекрасны?
– удивился тигр.
Вопросов была куча. Где он? Что они делают в его замке? Куда делась бабушка? И
почему именно он - этот самый белый тигр? Но, тем не менее, земные дела интересовали его
гораздо больше.
– Кто ты?
– спросил он старшего тигра.
– Инагмиан, - ответил тот.
– А Лаокоон среди вас есть?
– Нет.
– Прекрасный юноша с голубыми глазами и черными локонами.
– Нет-нет. Мы не знаем такого.
– А среди эрхов его нет?
– Возможно. Эрхов много, гораздо больше, чем нас.
Ольгерд встал. Огромное мощное тело было по-прежнему невесомо. Лапы не касались
ковра, а если он опускал их насильно - проходили пол насквозь.
– Здесь все делается мысленно, - сказал Инагмиан, - бесполезно двигать предмет лапой.
Научись хотеть.
Как во сне, он взлетел и проплыл над спинами встретивших его тигров. Они тоже
поднялись, как стая птиц, и сквозь стены вылетели из замка. Это было блаженство.
– Научись хотеть, - наставлял его старший тигр, - почувствуй это, и в плотном мире
предметы будут подчиняться тебе.
– А если у меня не хватит сил?
– это вопрос волновал его чрезвычайно.
– Мы дадим тебе силы. Только позови нас.
– Если вы так сильны, почему вы не поможете аппирам?
– Аппиры - бездонная яма. Даже эрхи от них отказались.
– Но им же надо помочь! Они вымирают!
– Значит, так тому и быть. У них были условия абсолютно схожие с земными: такая же
планета, такие же законы. Но Земля вышла из кризисов, а Пьелла нет. Создатель ставит
эксперименты.
–
– хмуро спросил Ольгерд, вспоминая свое ощущение, что все
уже было, и много тысяч раз.
Возможно, с каждым кругом что-нибудь менялось, какая-нибудь малюсенькая деталь,
сотый знак гравитационной постоянной, или плотность воды, или видимый спектр, кто
знает. . и вот такими малюсенькими шажками, круг за кругом, Создатель шел к своей цели:
созданию совершенного мира. Времени у него было достаточно. Хотя, кому он говорил, что
у него за цель! Может, все так и крутится волчком до бесконечности!
– Это уже не наше дело, - сказал Инагмиан.
– 85 -
Внизу простиралась фиолетово-сиреневая земля. Людей там не было. Прекрасный мир
был скучен, хоть и таил в себе неисчислимые возможности. И не было в нем ответа на
главный вопрос: ЗАЧЕМ?
Ни в одном сне нельзя находиться бесконечно. Он многое увидел и узнал, но все-таки
очнулся в гостиной у бабушки, мирно сидящей в кресле-каталке с вязанием. Мир был, как и
прежде, объемным. Чего-то в нем уже не хватало, да и ночь уже вступила в свои права, но
все равно он еще принадлежал этому миру. Бабушка тоже. Носки и кресло ей почему-то
нравились больше, чем полеты в сиреневом небе над дворцами, построенными так, как хочет
фантазия: без учета силы тяжести.
– Ну, как?
– спросила она буднично, словно он вернулся с вечеринки.
– Откуда я знаю, как!
– вздохнул он, - у меня в голове каша.
– Ты их видел?
– Конечно.
– А эрхов?
– Мне объяснили, что эрхи создали свой замкнутый мир и никого туда просто так не
пускают. Даже своих сородичей - белых тигров.
– Знаю. Зато сами они торчат везде. Везде суют свой нос, как будто их об этом просят. Так
что все равно ты их увидишь. В другой раз.
– Мне нужен только Лаокоон. Может, он объяснит мне, что тут происходит?
– А если он не эрх? И не Лаокоон? Я тоже могу назваться Кассандрой, но это же не
значит, что меня так зовут.
– Тогда ума не приложу, кто он.
– Он еще придет за тобой, вот увидишь. Правда, теперь ты не так слаб, как раньше. Мне
будет спокойнее, если ты сможешь себя защитить.
Еще не веря в свои возможности, Ольгерд поднялся и потянул застывшее тело.
– Который час, бабушка?
– Пора спать. И не вздумай ходить в эту спальню! Что за блажь у тебя такая?
– Ладно, ладно, не ворчи, не пойду.
У него сейчас была другая задача. Он хотел себя проверить: на что он теперь годен, и