Бета Малого Льва
Шрифт:
– Ты любишь своего хозяина?
Девушка посмотрела изумленно.
– Я не смею, - проговорила она.
Ингерда поняла, что запуталась в языке и сказала не то слово. Она сказала что-то вроде
«влюблена». «А я смею», - подумала она.
Дело шло к ночи. Ингерда надеялась, что, как вежливый хозяин, Леций навестит
каждого из своих гостей. Но он так и не появился. Она зашла к Леману и Бредфи. И
убедилась, что он был у всех, кроме нее одной. Такая дискриминация ее
ней, которая только о нем и думает, он не заглянул.
Смутно представляя себе устройство замка, она пошла искать его сама. Вездесущие
слуги подсказали ей, куда идти. Никто ничему не удивлялся. Только старичок у входа в
хозяйские покои сказал, что должен доложить о ней.
– В чем же дело, - сказала она резким от волнения голосом, - доложи.
Через полминуты старичок вернулся.
– Хозяин ждет.
И распахнул перед ней двери.
Леций возлежал на круглом ложе, за которым сразу начинался небольшой пруд,
переходящий в зимний сад. Из двух скрытых в камнях источников вытекали струйки
прозрачной воды. Сам хозяин был в голубом халате, расшитом львиными мордами, под
плечом у него лежала подушка, перед глазами - толстая книга. Парик на нем был светлый, не
такой, как днем. И лицо его было спокойным и ласковым, не таким, как днем.
– Я думала, ты зайдешь хотя бы поинтересоваться, как я устроилась, - начала она
взволнованно.
– Я не посмел, - ответил он просто.
Ингерда совершенно растерялась и замолкла на полуслове.
– Иди сюда, - сказал Леций, - ты же знаешь, я не могу к тебе подойти.
– 176 -
Она села рядом с ним, совершенно не зная, как к нему относиться: как к хозяину замка,
что так торжественно принимал их сегодня, или как к прелестному юноше, сидевшему на
пригорке с больной ногой.
– Дай хоть посмотреть на тебя, - вздохнула она, - ты все время такой разный.
– Смотри.
Он снял парик. Ингерда поняла, что в ее глазах его не испортит уже ничто.
– Не могу ничего с собой поделать, - сказала она, - все время о тебе думаю... помнишь
китов?
– Девочка, - сказал он ласково, - я старый, лысый, хромой аппир, пресыщенный,
уставший, неразборчивый в средствах.
– К чему ты все это говоришь?
– удивилась она, - я сама знаю, какой ты, - никто не знает,
а я знаю. Ты прекрасный, добрый, великодушный и несчастный, как больной щенок. Не
бойся, я ничего не хочу. Я просто посмотрю на тебя и пойду.
Они смотрели друг на друга, тихо журчали источники, в прозрачной воде над мозаичным
полом проплывали золотые вуалехвостые рыбы, какая-то ночная птичка попискивала из
зимнего сада, пахло травой и клевером.
–
– Я знаю. Я был там.
– Ах, ну да. Был. Только я тебя не видела.
– Зато я тебя видел.
– Правда?
– Я подумал, что ты, должно быть, очень горда и строптива.
– Это точно. Меня и сейчас дразнят Принцессой.
Леций грустно улыбнулся.
– Иди, Принцесса, - сказал он, - надеюсь, тебя хорошо устроили?
– В твоем замке всем хорошо, - ответила она.
– Кроме хозяина, - усмехнулся Леций.
– Тебе плохо?
– встрепенулась Ингерда, - чем тебе помочь? Может, ногу перебинтовать?
– Мне хорошо, - покачал он головой, - я пошутил.
– Ну что ж... Тогда спокойной ночи.
Она уходила, как будто что-то оставила. Все время хотелось вернуться. Она вообще не
понимала, почему должна уходить, если ей хочется только одного - быть с ним. И ему она
тоже нравится, она же видит. У них своя маленькая тайна, которая других не касается:
аптечка, киты и то, как устало он взял ее руку и приложил к лицу. Странные эти мужчины. А
аппиры и подавно.
*********************************************
**************************72
Впечатление после осмотра планеты было тяжелое. Вдоволь насмотревшись на кучки
обессиленных бродяг и несчастных, умирающих прямо на обочинах дорог и площадях, на
города, похожие на кладбища, и уродов, которые не приснятся ни в одном кошмаре, Ричард
понял, что с него довольно.
– Поворачивай домой, - сказал он Лецию.
– Замок Прыгуна - это еще не вся Наола, - вздохнул Леций, - убедился?
– Убедился, что у вас тут полный бардак, - проворчал Ричард, - самые страшные места -
это города. Сильный сосет у слабого, и никакой взаимовыручки.
– Самые страшные места - это цитадели мощных Пастухов, особенно Тостры, - возразил
Леций, - я бы тебе показал, но никакой вероятности, что ты потом оттуда выйдешь. Никто к
нему лишний раз не суется.
– Мы можем телепортировать.
– 177 -
– У Тостры это невозможно. Черт его знает, где он утащил эту аппаратуру, наверно с
какого-нибудь военного завода. У него стоит защитное поле на четвертое измерение.
Расшибешься в лепешку и вернешься назад. Его если только твоим звездолетом можно
пробить.
– Что-то он мне все меньше нравится, - сказал Ричард.
– Кому может нравиться паук?
– усмехнулся Леций, - хотя с Прыгунами он весьма
приветлив. Осторожничает. И лишних проблем не любит. С моим дядей даже дружит. Но