Бессмертный
Шрифт:
Глава 5
Улетев подальше от обитаемых планет и путей сообщения, наш корабль завис неподалеку от одной из умирающих звезд. Вряд ли кто-то мог пролетать мимо, чтобы нас заметит, тем более, что различные волны, излучаемые космическим телом, не позволяли засечь столь малый объект какой-либо сканирующей аппаратурой. Хотя вряд ли кто-то так уж активно нас искал, особенно после того, как особняк, в котором мы все находились, взлетел на воздух. Тот, кто все это устроил, вероятно, был уверен, что мы все мертвы. Кроме меня, конечно. Наверняка он считает, что дальнейшие преследование меня не имеет смысла, так как
— Итак, — начал Верон, оставив корабль на автопилоте и спустившись в общий зал, — теперь нам точно понятно, что от нас так просто не отстанут.
— Тогда и им должно быть это понятно, — твердо сказала Мара. — Мы тоже не будем сидеть сложа руки.
— Они сами вынуждают нас действовать, — подтвердил я. Кончено, я мог бы намекнуть им о том, что их, возможно, считают умершими и они могут просто где-нибудь затаиться, пока все не закончится (пока я не закончу), но они хотели меня кинуть, так что теперь я не могут позволить им вот так просто взять да вывернуться.
— И с чего нам начать?
— Это же очевидно: мы заявимся в местное правительство той зоны, в которой упал лайнер и пойдем прямиком к тому уроду, что оклеветал нас на весь мир, — заявил Иолай, шлепнув ладошкой по столу. У него всегда все просто.
— И что потом?
— Устроим допрос с пристрастием. Он точно должен что-то знать, даже если и является шестеркой.
— Ты думаешь, нам удастся это провернуть так просто? — усомнилась Мара.
— Почему бы и нет? — вмешался я. — Теперь у нас есть настоящее боевое судно…
— Оно пока на стадии тестирования, — перебил меня Верон.
— Но ведь все работает?
Верон немного неопределенно махнул головой. Хоть он и выглядел угрюмо, особо спорить не собирался. Он и сам думал, как поступить, но пока лишь Иолай предложил вариант, о котором и так думали все, ну или большинство. С чего-то нужно было начать.
— Так вот, у нас есть боевой корабль и преимущество внезапной атаки — продолжил я, — вряд ли они предполагают, что мы вот так сразу перейдем в наступление.
— Прям слова настоящего солдата, — усмехнулся Иолай.
— Опыт, мой юный друг, огромный жизненный опыт, — менторским тоном ответил я. Мой опыт и правда был больше, чем у всех остальные вместе взятых, помноженных на сто. Правда, я редко этим опытом пользуюсь во благо других.
— А, да, совсем забыл, что ты дряхлый старик.
— Ну что за молодежь пошла, — подыграл я. — Но вернемся к делу. Мало того, что они не ожидают нашего нападения, так еще мы собираемся ворваться всего лишь в местный сенат, где охраны должно быть мало… относительно. Даже если они и запросят поддержку, то прибудет она позже, чем мы уже смоемся. Что скажете?
— Довольно рискованно, — подал голос Верон.
— Кто не рискует, тот не пьет шампанского!
— Что это значит? — выгнул брови Верон.
— Одна древняя пословица, означающее то, что если не рискуешь, то и не выигрываешь. Так что нам необходимо рискнуть, пока еще наши враги не придумали стратегию, а они довольно умны, так что времени мало.
— Мало времени. Эта фраза за последние дни мелькает слишком часто, — подметила Мара. Еще чаще эта фраза мелькает в мыслях. С виду она была спокойна, но внутри в ней наверняка бурлило невероятно напряжение. Вряд ли она ожидала, что ее легкое задание приведет ее к крутому обрыву, с которого она все еще не рухнула лишь по чистой случайности. А ведь ее первое же дело с треском провалилось,
— Так и есть, но это вполне обусловлена последними событиями.
— Согласна. — Девушка помолчала. — И что, начнем прямо сейчас? — Уверенности ей было не занимать, хотя она, наверняка, просто желала, чтобы все это закончилось как можно скорее. Я удивлюсь, если после всего случившегося она продолжит благородное ремесло воровки. При условии, конечно, что она выживет.
— А у тебя есть дела поважнее?
— Нет…
— Вот и отлично! Верон, заводи машину!
— Что?
— Поехали, говорю.
— Это конечно, но вы, надеюсь, помните, что мы довольно далеко от нужной нам зоны?
— Метасалирование?
— Метасалирование.
Все обреченно вздохнули. Будто нас и так недостаточно жизнь пошвыряла.
— Не переживайте, у этого корабля мощности побольше, поэтому доберемся быстрее, чем в прошлый раз.
Когда все пристегнулись в более удобных креслах, чем в той «тарелке», Верон запустил систему, и мы влетели в первый черный круг межпространственных прыжков.
Возвращались мы обратно по тем же координатам, что и тогда, когда летели на виллу, но при этом перепрыгивая через каждую вторую точку, так как мощность корабля позволяла совершать более дальние прыжки. Вообще, можно было прыгнуть и через две точки, переместившись в первый раз в зону примерно между третьей и четвертой точками, что ускорило бы путь, но Верон не хотел прокладывать новый маршрут, хотя он прикрылся тем, что это отнимет еще больше времени. Произведя очередное метасалирование, мы оказали как раз в точке, являющейся предпоследней перед той, с какой мы начинали путь к зеленой планете.
— Думаю, перемещаться прямиком туда не следует. Там вряд ли бывают торговые и грузовые корабли, поэтому мы будем слишком выделяться и привлечем ненужное внимание.
— Там наверняка полно народу, — сказала Мара. — Журналисты, патрульные, да и зевак хватает.
— Так и есть, — подтвердил Иолай, который уже успел взять портер и залезть в Юнинео. — Расследование все еще продолжается, хотя, полагаю, что это лишь для виду, ибо «виновные» уже всем известны.
Костун, и так всю дорогу сидевший молча, осунулся еще больше. Со времени нашей первой встречи, он сильно изменился, даже быстрее, чем я ожидал это от того, кто привык жить на широкую ногу и ни в чем себе не отказывать. Иногда в нем все же проявляется его чванливый и даже инфантильный характер, но чем дальше, тем меньше это бросается в глаза, а он становится все скромнее, словно смерившись с навязанным роком.
— Так куда теперь? — спросила Мара.
— Про здание местного сената ничего не пишут? Что там сейчас происходит?
— Там тоже полно журналистов, — через полминуты ответил Иолай, порыскав в новостях. Полезная это все-таки штука, можно узнать о чем угодно, даже не выходя из дома.
— Если заявимся прямо туда, то эти коршуны своими глазами убедятся, какие мы негодяи.
СМИтам лишь бы урвать сенсацию, а на истину им обычно плевать. Если о том, кто истинный виновник, сказал сам сенатор, то так оно и есть, а даже если и нет, их совесть останется чиста, ведь сам они ничего не придумали, им сказали другие, кому, как всем кажется, можно доверять.