Бессмертный
Шрифт:
Иолай оборвал трансляцию на моем злодейском смехе. Это он вовремя подметил, а то у меня больше не осталось слов, а язык превратился в наждачную бумагу, трущуюся о нёбо.
— Ну как? Я не переборщил? — спросил я.
— Может, немного. А чего ты вообще добивался?
— А разве не ясно? Теперь все будут обвинять Спардия во всем этом балагане, а мои слова заставят людей считать его сумасшедшим, так что, как я надеюсь, люди прекратят эту бессмысленную бойню. Хотя все равно найдутся идиоты, которые последуют за мной, то есть на Спардием. Агх, никогда так
— А если они не поведутся? — поинтересовался Иолай. Если верить Неросу, а он, судя по всему, в этом разбирался, люди очень наивны, не как Машая, но что-то около того, так что среди них наверняка найдутся сторонники моего бреда, но те, кто обладает хоть толикой интеллекта, поймут всю абсурдность моего заявления. Несмотря ни на что, я продолжал верить в человечество.
— Ну, хуже я вряд ли сделал. По крайней мере, теперь все будут охотиться за Спардием, то есть за Неросом, но все равно не найдут.
— Сомневаюсь я, что все так просто, — покачала головой Мара.
— Лучше потом поговорить, — вмешался Иолай. — Я, конечно, шифровался, но времени было мало, так что трансляцию уже могли отследить, хотя и так по кадрам ясно, что мы на Кавитане. Нам лучше свалить, пока не поздно.
— Хорошая идея.
— Потом мы улетели. Четыре метасалирования и мы возле этой звезды, прячемся от возможных радаров, — закончил я рассказал. Конечно, весь свой монолог я опустил, а то мне снова пришлось бы отдирать язык от нёба.
— Если прошло семь часов, вы уже должны знать результаты этого вашего… экспромта, — проговорил Верон. Он не был уверен, что наш план сработает, но тоже не видел вариантов, что еще можно предпринять.
— Верно, — ответил Иолай. — Я порылся в Юнинео и узнал, что бунт и без нас был подавлен процентов на восемьдесят. Людей оказалось слишком мало и подготовлены они были не особо. Просто бездумно начали войну без всякой стратегии и плана, надеясь, наверно, на то, что их лидер провернет какое-нибудь чудо и захватит мир.
Хоть в этом люди не изменились: ждать чуда и надеяться на авось. А что еще остается в мире, где царит оголтелая несправедливость, а жить как-то надо? Этим Нерос и воспользовался. Вероятно, люди и в самом деле слишком наивные, особенно если их заверить, что все в итоге будет хорошо, несмотря даже на то, что кажется наоборот. Каждый Человек стремится к своей лучшей жизни, зачастую оставляя ее позади, так и не заметив, что упустил.
— Святая наивность, — вздохнула Мара.
— Вот именно. В общем, повоевали немного и разошлись. Счет убитых, правда, идет на миллионы.
— И это меньше, чем за день.
— Ага. Когда Амар устроил это шоу на телевидении, в Юнинео на запрос «Спардий» выдавались одни лишь негативные отзывы. Как Амар и хотел, «спасителя человечества» практически все признали сумасшедшим и охочим до власти тираном, так что вся ненависть Людей изменила направление со всего человечества на одного единственного представителя, что полагаю, и было планом.
На самом деле, я даже и не
— И все же, ты очень рисковал, играя мнением толпы, — покачал головой Верон.
— Риск был оправдан, как видишь.
— Кстати, — вскинулась Мара, — почему на нас не подействовал газ?
А я как раз собирался поднять эту тему.
— Понятия не имею, — пожал плечами Иолай. — Спроси Амара.
— У меня есть лишь предположение.
— Выкладывай.
— Помните, когда мы были на лайнере, один из этих тупых телохранителей жирных шишек выстрели из вакугана и пробил в двери дырку? Так вот, через эту дырку, судя по всему, проникло немного газа, который на нас практически не воздействовал, зато дал иммунитет.
Глупость одного, можно сказать, спасла нескольких. Кто знает, чем бы все закончилось, не выстрели тогда тот оболтус, и не будь у него в этот момент в руках вакугана.
— Это единственно разумное объяснение, — согласился Верон. Он был больше всех рад тому факту, что газ на него не повлиял, а иначе валялся бы он уже с простреленной головой, а Иолай рыдал бы над его телом масляными слезами.
— Согласен.
— Есть что-нибудь еще? — спросил Верон после минутной паузы. Будто и этого мало.
— А что еще надо? А, да. Правительство крайне недовольно высказыванием сенатора, под личиной которого скрывался Нерос. Они отрицают его заявление, что людей сошлют на какую-нибудь заброшенную планету или типа того, что также очень помогло в подавлении восстания. Теперь все ищут этого сенатора, но вряд ли найдут, так что посчитают, что он либо погиб, либо сбежал.
Если они и найдут его ДНК в развалинах здания сената, то решат, что его устранили эти самые люди, которых он хотел отправить в резервацию. Главное, чтобы никому не пришло в голову заняться поисками того, что эти пирамиды разрушило. Наверняка, многие видели наш «Gurin Mnyama», но вряд ли кто-то решит связать это с тем взрывом, ведь с виду это простая «Фисташка», грузовой корабль, мало ли что он там делал, может, к сенатору прилетали торговцы, а как началась заварушка, сбежали, пока не поздно.
— А что насчет нас? — поинтересовался Верон. — Нас разыскивают?
— Ну, как сказать… — протянул Иолай.
— Как есть, так и говори.
— В общем, нас ищут в качестве свидетелей, хотя, думается мне, если мы выйдем на свет, то окажемся не только в этом амплуа.
— В смысле?
Иолай оглядел нас всех, словно решая, говорить или нет, но все же сказал:
— Нами заинтересовались структуры, которым до нас не должно быть особого дела. Мнится мне, что они докопались до нашего прошлого. Амара и так разыскивали за кражи в особо крупных размерах и другие преступления, но и у тебя, Верон, прошлое не самое чистое.