Бессилыш

Рымин Андрей Олегович

Удобная штука. Не зря мы старались. То переправа, чтобы колдуну было легче, прошла в два заплыва, а посуху в коробе Ло нас уже вместе со всеми вещами несёт. Накинул на плечи широкие лямки из местной лозы, что зовётся лианами, и тащит плетёный баул на спине. Дно тут крепкое — тряску выдерживает. Провалившись, на землю не шмякнемся. Крышка тоже есть. Никакой здешний хищник на нас сверху не прыгнет. Плохо только, что ничего нам отсюда не видно. Хотя, на что тут смотреть? Лес и лес.

Мы в дороге ничего толком не видим, но и нас никто тоже не сможет заметить. Ни людей, ни зверолюдов в здешней мокрой чащобе нема. Под ногами у

Ло вечно хлюпает. Тут Сушь больше совсем не сухая. И колдун говорит, что то мы ещё не застали сезон дождей, когда здешний лес поливает седмицами.

Перебравшись через третий рукав Великой, чуть замедлились. Теперь время от времени взбираюсь на какое-нибудь высокое дерево, чтобы осмотреться. Вдалеке видны горы. Не стеной стоящие, а обычные островерхие. Это мы к землям мумров подходим, куда нам и надо. Ещё сотня вёрст — и начнётся тот край, где уже могут встретиться люди. Там, поближе к горам, весь наш брат, кто добрался до города, по пути звезды не собрав, по лесам бродит в поисках нор.

Скоро будем прощаться с везущим нас на спине великаном. В компании бывшего Терикуса в людные места нам соваться нельзя. Ещё день отдыхаем — и дальше уже сами, ножками. По-хорошему нам бы надо дойти до тропы, по которой отряды вступивших на Путь идут к горной крепи, и прибиться к одному из таких, сказавшись последними выжившими из погибшей ватаги. Мол, другим путём шли, вдоль моря. Про ислинов, какие проводят и дорогу покажут, не знали. Из холмов сами выбрались. Ло там скажет, что надо.

Перешеек, за которым начинаются горы, достаточно узкий. Промахнуться не сможем. Страшно только, что какое-то время нам придётся до той тропы вдвоём с Зайкой идти. Там мы сможем рассчитывать лишь на волшебные Шушины ушки, на мои дары и на мастерство колдуна. В лесу зверя много. Весь остаток пути мне без сна на бобах проходить в любом случае.

И вот время пришло. Бедный Терикус… Понимаю, что живчика в этой уродливой пародии на него давно нет, но всё равно смотреть на то, как Ло раздирает лапами свою грудь, неприятно. Ещё раз прощай, одарённый. Ты был трусом, но свой дом любил сильно и за родной лоскут был готов сделать всё. Единый воздаст тебе должное.

Короб со всем лишним добром пришлось оставить, спрятав в укромное место. Будет нужда, всегда сможем вернуться. Дальше иду только с луком, копьём и мечами. Последние в первую очередь нужны колдуну — с ними он особенно страшен в бою. Ножи, что пару обычных, что десяток метательных, распихал по петлям. Семена и бобы разложил по карманам, закинул на спину рюкзак с колчаном. Можно топать.

Зайке тоже достался заплечный мешок. У неё в основном там съестные припасы, да всякая мелочь. Малую бобом не взбодрить. В её ноше и четверти пуда не будет. Ближайшие два дня мы с Шушей проведём очень «весело». Ло считает, что именно столько времени нам потребуется для завершения лесного похода. Не свезёт на тропе людей встретить, так вдвоём сразу к крепи и выйдем. Единый, приглядывай. Тронулись.

* * *

Лес и лес. Ничего шибко страшного для теперешнего меня в нём нема. Зверь обычный, по глупости посчитавший нас с Зайкой добычей, находит свою смерть на клинках и копье колдуна, злой который, представленный здесь пятнистой и полосатой роднёй муфров, не смотря на свои большие размеры и силу, ничего не может сделать против моих незримых мечей. Местные мелкие хорты, каких куча видов, пусть и много их,

на людей не кидаются. На Земле в лесах было сложнее.

Единственную настоящую опасность для нас представляют лишь ходоки, но тех издали слышно, так что загодя уходим с пути топающих через лес великанов. Вдруг нам встретится какой с таким даром, от которого спасения нет?

Ночь в корнях провели. Под огромным раскидистым деревом нашлась чья-то частично засыпанная нора, в какой было удобно укрыться. Я не спал. Зайка вроде пыталась, но я не уверен, что у неё оно вышло. Трусиха. Никак не привыкнет, что добрый дух и возвращённые мне Матерью-Ночью дары способны нас защитить от чего бы то ни было.

Утром сходу находка. Нора! Да не та, что звериная, а звезда высотой в две сажени. Было бы с кем, прямо сейчас бы её и закрыли. Колдун сказал, что есть способ, но расскажет о нём он потом. И понятно, не хочет при Зайке болтать о запретном. Наши планы пока обсуждать нам нельзя. Любой шёпот Шуша невольно подслушает. Вот до города доберёмся, пристроим малую, тогда и займёмся делами.

Ло об этом молчит, но и так оно ясно — мы не только всех наших обгоним, но и тех прилетевших к Ковчегу гахаров, что явились на Сушь вслед за нами. Что те, что другие должны пройти путь сюда ножками, а мы день и ночь неслись к горам мумров, оседлав великана.

Не успели мы отойти от норы на пять вёрст — хотя, в этих джунглях, как здешняя густота называется, и это расстояние не из маленьких — как Зайка внезапно насторожилась.

— Слышишь зверя? — мгновенно отреагировал на её задрожавшие уши занимавший во время пути моё место колдун.

— Не, — замотала головой мелкая, — Не в томь деля. Впереди идуны.

— Люди? — остановился Ло. — О чём говорят? Далеко они?

— Далеко. О чёмь говорять не слышу.

— Тогда идём дальше. Ты слушай.

— Хорошо.

Мы продолжили путь. Вот уже и тропа. Или, может, то просто какой-то отряд норы ищет. Мы близко к горам. В любом случае, встреча с людьми — это здорово. Скоро нам, или укажут дорогу до крепи, или даже проводят к ней.

— Дух, — позвала Зайка Ло через десять минут. — На них зверь напаль кажется. Шумно рычить.

— Побежали!

Приказ Ло понятен. Поможем отбиться от хищника, нам всяко отплатят добром. Пусть дары мне нельзя применять, но колдун и без них любого зверя уделает. Шестилапого тоже. Такую подмогу вестимо оценят, как и моё мастерство. Будет меньше вопросов на тему: «Как выжил?»

— Точно зверь! Рычить! Слышу!

И минуты через две:

— Уже близко!

Тут и наш слух дотягивается. Этот рык нам известен. Впереди беснуется тигр — это самый страшный из зверей, что здесь водятся. Полосатый котяра всё ревёт и ревёт. Ох и злющий… Его там что ли в угол зажали? Или, наоборот, отогнать не могут?

— Жди здесь, — приказал Шуше Ло, когда мы уже почти добежали до места. — Позовём.

И скинув: рюкзак, лук, колчан, колдун бросился дальше с выставленным перед собой копьём. Сейчас будет драка.

— Ого! Вот так гость!

На выскочившего из зарослей Ло смотрели наконечники стрел и копий. На корнях здоровенного дерева лежат вещевые мешки, на расстеленных тряпках разложена снедь. Тут, похоже, обедают. То есть, обедали. Мы своим появлением вынудили людей прервать трапезу. А народу тут много. Одиннадцать мужиков и растянувшая вскинутый лук длинноногая баба в обрезанных выше коленей штанах.