Бессердечный
Шрифт:
Я любила Харриет Рузвельт. И причиной этому был не только тот факт, что она давно стала моей самой близкой кузиной, а потому что та была очень милой, и я желала чему-нибудь у нее научиться. Она вела себя честно и прямолинейно во всех своих делах, и не только из-за того, что семья Константин — диктаторы, которые требовали: все должны делать то, что они говорят. Она сама по себе была честным и прямолинейным человеком.
Она не заполняла свой календарь сотнями благотворительных событий, потому что это круто выглядело в таблоидах.
Возможно, у нас много общего, чем я могла когда-либо поверить, но мое сердце точно не было золотым. Оно было изорвано на части, мертво.
Секреты. Больше секретов.
Я бы свела ее с Джеммой из Даунтауна, если бы думала, что они смогут проводить время вместе в поместье семьи Константин, но моя мама просто взорвалась бы, если бы даже мельком увидела ту на территории Бишоп-Лэндинг, учитывая, что Джемма вступала в противоборство и носила дреды в волосах.
И несмотря на то, что я называла себя жалкой, самым жалким в этой жизни был блестящий фасад, скрывающий истинную испорченность и жестокость жизни семьи Константин. По крайней мере, Морелли не пытались казаться не такими, по сути, находясь в грязи.
Мы были вовлечены в криминальный мир так же, как и они. Подпольные сделки и коррупция. Подкуп политиков и другая трактовка их законов. И многое другое… даже более низкое. Настолько низкое, что я не смогла бы спать по ночам, если бы не была пьяна до такой степени, чтобы проваливаться в сон в беспамятстве.
Я едва заметила, как девушки посмотрели на часы и начинали готовиться к окончанию встречи. Видимо, слишком погрузилась в свои мысли, чтобы следить за ходом разговора. Мы, как обычно, обменялись воздушными поцелуями, и я даже не стала допивать свой кофе: надела пальто и уже была готова уйти.
И дошла уже до двери, когда Харриет схватила меня за руку. Я вздрогнула и инстинктивно шокировано посмотрела на нее, а на ее лице появилось привычное выражение замешательства, пока девушка пыталась понять, какого черта со мной происходит.
— Давай прогуляемся? — предложила она, и резкая вспышка в желудке указывала на требование новой порции кокаина, но я смогла достаточно собраться, чтобы противостоять желанию вдохнуть новую дозу в клубе «Регент» в обеденное время понедельника.
— Да, конечно.
Она переплела наши пальцы, когда мы выходили из здания, и махнула остальным девушкам и водителю. Я не знала, с чего начать разговор, поэтому не стала что-то придумывать, просто тупо смотрела вперед.
— Серьезно, Лэйни, — прошептала она. — Что с тобой происходит? Пожалуйста, расскажи мне.
— Всё как обычно, — ответила я. — Не понимаю, почему ты спрашиваешь.
Я не ожидала, что она схватит меня за плечи и повернет к себе. Не ожидала увидеть боль и страх в ее глазах, когда наши взгляды встретились.
—
Уже давно, но не произнесла этого вслух. Я не могла сказать этого ей.
В ее мыслях мы все ещё были детьми, болтающими ногами, сидя в домике на дереве около ее особняка и разговаривающими о жизни и мальчиках. Пока эти разговоры не закончились. Пока мы не начали обсуждать традиции семьи Константин и дела семьи и пытаться влиться в этот сумасшедший мир.
Раньше я крепко ее обнимала, когда она была напугана, хотя сама внутри тряслась от страха. Я поднимала ее, когда она падала, и обещала, что всё всегда будет хорошо.
Я любила ее, и она любила меня. Пока она не перестала знать меня — недостаточно, чтобы любить по-настоящему. Настоящую Илэйн Константин без прикрас.
Харриет собиралась замуж. Однажды она выйдет замуж. Возможно, это будет кто-то хороший, кто-то, кто ей подходит, но, несмотря на все, такая девушка как Харриет сможет стать счастливой, с кем бы не сошлась. Она всегда видела лучшее в человеке, даже в каком-нибудь богатом ублюдке, с которым ее заставляла быть моя семья.
Я мечтала жить на таком же розовом воздушном облаке, на котором обитала она.
Она по-прежнему сжимала мои плечи.
— Ты где-то была с Тристаном? Разве ты не говорила, что он заинтересовался каким-то парнем?
Это оказалось достаточно хорошим вариантом, чтобы отвлечь ее, и я воспользовалась шансом.
— Он без ума от этого парня. Рокера. Синий Ястреб.
Она наклонила голову.
— Не думаю, что слышала о нем.
— И не услышишь, — ответила я. — Он известен в Даунтауне.
Ее рот приоткрылся, лишь слегка.
— Ты была в Даунтауне? С Тристаном?
Я кивнула.
— Да, там. Ничего страшного не произошло.
Она вздохнула.
— Без охраны? Твоя мама сойдет с ума.
— Я была с Тристаном.
— Да, но от Тристана не будет слишком много пользы, если кто-то решит причинить тебе серьезный вред, да? Особенно в то время, когда он увивается за парнем.
Я пожала плечами, несмотря на ее хватку.
— Да, ну, я выжила, разве нет?
Казалось, что моего признания не было достаточно. Ее взгляд был устремлен на меня.
— Ты опять причиняла себе боль?
Я оттолкнула ее.
— Какого черта это имеет значение?
Она последовала за мной, когда я двинулась дальше.
— Для меня всегда имеет значение, как ты обращаешься с собой. Если ты не позволишь самой себе любить себя, тогда как вообще ты можешь быть счастлива?
— Да, мне следует пройти курс лечения, правильно?
Она была напористее, чем обычно, вновь сжав мою руку.
— Ты должна что-то сделать, Илэйн. Поговори с кем-нибудь. Почему ты не позволишь мне стать этим человеком? Пожалуйста?