Бессердечный повеса
Шрифт:
Нос Девона зарылся в её волосы.
– Я беспокоился, что вчера, возможно, обидел или испугал тебя своим... – Он сделал паузу, подбирая подходящее слово, – энтузиазмом, – закончил он сухо.
– Ты... ты не понимал, что делаешь.
Его голос был пропитан самоиронией.
– Я прекрасно понимал, что я делаю. Я просто был не в состоянии сделать всё, как надо. – Он прошёлся большим пальцем по контуру её нижней губы, поддразнивая. У неё перехватило дыхание, когда его пальцы заскользили по линии нижней челюсти, приподнимая вверх, лаская нежную кожу под подбородком. – Я собирался поцеловать тебя так, как... сейчас.
Его рот
Его рука перемещалась вдоль её позвоночника, пока он не прижал её бёдра к своим. Даже через слои фланели и льна, которые их разделяли, она чувствовала, как тесно соприкасаются их тела, как мягкость уступает место твёрдому напору. Он начал целовать её более настойчиво, его язык проникал в её рот, ещё глубже исследуя, и она стонала от удовольствия.
Ничего не существовало за пределами этой кровати. Было лишь чувственное переплетение конечностей и нежных блуждающих по телу рук. Она всхлипнула, когда он сжал её ягодицы и притянул её к тяжёлой выпуклости его восставшей плоти. Он направлял её бедра в неторопливом темпе, создавая чувственное трение между их телами, пока она не начала постанывать с каждым новым движением. Нежное местечко, которое он дразнил, начало набухать и подрагивать от ощущений, и она запылала от стыда. Она не должна была чувствовать то, что чувствует, не должна была хотеть... того, чего хотела. Неважно, как тесно она к нему прижималась, ей нужно было больше. Она чуть ли не набросилась на него, таким сильным было желание.
Когда она попыталась вывернуться, Девон вздрогнул и охнул, и она поняла, что ненароком надавила ему на рёбра.
– О... прости... – Кэтлин начала откатываться от него, тяжело дыша.
– Всё в порядке. – Девон удержал её на месте. – Не уходи. – Он тяжело дышал, это должно быть причиняло ему боль, но казалось, его это совсем не заботило.
– Мы должны остановиться, – запротестовала она. – Это неправильно, к тому же опасно для тебя, и я чувствую... – Она сделала паузу. Ни одно слово из её словарного запаса не могло передать безумное бурлящее желание, переполняющее её, мучительное напряжение, свернувшееся внутри.
Девон легонько ткнул её локтем, она вздрогнула всем телом, ощутив это лёгкое движение.
– Перестань, – застонала она. – Я чувствую себя больной и горю, и не могу связно думать. Даже не могу дышать.
Она не могла понять, почему Девон был так доволен, но когда он потёрся губами о её щёку, она почувствовала, что он улыбается.
– Позволь мне тебе помочь, милая.
– Ты не можешь, – ответила она приглушённо.
– Могу. Поверь мне.
Он положил её на спину, его раскрытые губы медленно прошлись вдоль её горла. Она даже не заметила, как он начал расстёгивать её одежду, пока он не раздвинул края её сорочки.
Она вздрогнула, почувствовав, как прохладный воздух проходится по её обнажённой коже.
–
– Тсс. – Он выдохнул ответ на кончик её груди.
Она застонала, когда его рот накрыл её губы, его язык проникал ей в рот твёрдыми, тёплыми толчками.
Видимо, его представление о том, как помочь, состояло в том, чтобы ещё больше истерзать её. Он обхватил её груди руками и начал посасывать их, лишь слегка потягивая, пока её бёдра не задвигались, беспомощно пытаясь облегчить беспощадное напряжение. Его ладонь проникла под сорочку, сжимая её оголённое бедро.
– Ты такая красивая, – прошептал он, – твоя кожа, тело, каждая твоя частичка. – Его рука проникла ей между бёдер, легонько их раздвигая. – Откройся для меня... ещё немного... да... Боже, какая же ты мягкая, тут... и тут...
Он пробрался сквозь жёсткие завитки и проник к чувствительной расщелине, раздвигая влажные упругие лепестки своими пальцами, пока не добрался до ноющей вершинки плоти. Он умело обвёл её и прошёлся вдоль мягких складок к входу в её тело. Внезапно её будто ударило током, когда кончик его пальца проник в её узкую плоть. Она широко раскрыла глаза и непроизвольно потянулась вниз, хватая его за широкое мускулистое запястье.
Девон неподвижно застыл, и казался сбитым с толку, когда заглянул в её багровое лицо. Выражение его лица изменилось, одновременно отражая удивление и удовольствие, и страстное желание.
– Я причиняю тебе боль, милая? – спросил он хриплым голосом.
Её тело сжалось вокруг проникшего в него пальца, пульсируя и садня.
– Н-немного. – Она неловко дёрнула его за запястье, но он не поддался безмолвному призыву.
Его большой палец начал нежно описывать круги вокруг тугого, чувствительного бугорка. Его палец глубже проник в её плоть, лаская, вызывая такую обильную влагу, что ей стало неловко и она попыталась заглянуть за скомканную ночную рубашку, сбившуюся вокруг талии.
Тяжело дыша, он прижался губами к нахмуренным складкам на её лбу.
– Нет, не беспокойся. Ты становишься влажной... здесь... когда твоё тело готово для меня... так приятно, это заставляет меня хотеть тебя даже больше... Ах, сладкая... Я могу чувствовать, как ты меня обхватываешь.
Она тоже это чувствовала, её плоть сладострастно сокращалась, приветствуя его. Вторжение резко прекратилось, а затем внутрь проскользнуло два пальца, туго растягивая её. Ладонь приняла чашеобразную форму, основанием прижимаясь к мягкому холмику её естества, его пальцы вторгались всё глубже и глубже, и она ничего не могла поделать, выгибаясь в жарком смущении. На неё накатилось слишком много ощущений, заставляющих её сердце так бешено стучать, что это её пугало.
– Прекрати, – прошептала она сухими губами. – Пожалуйста... Я сейчас потеряю сознание...
Его дразнящий шёпот защекотал её ухо:
– Тогда теряй.
Напряжение усилилось невыносимо. Она широко развела ноги, бессильно двигаясь в унисон с его рукой. Всё это начало раскручиваться с ошеломительной силой, обрушиваясь на неё безудержным освобождением, таким разрушающим, что ей казалось, будто она умирает. Ощущения продолжали раскрываться, расцветали, вырываясь, содрогающими тело, спазмами. Когда она начала стонать и вскрикивать, Девон поцеловал её, впиваясь в её губы так, будто желая попробовать на вкус звуки её наслаждения. Её накрыло ещё одной волной, жар разливался в голове, груди, животе, промежности, пока его рот неотрывно терзал её губы.