Беспощадная магия

Креве Меган

— Интересная идея, — продолжил я. — Наверное, экзаменаторы были впечатлены. Почему ты подумала о таком?

— Не знаю, — сказала Джудит. — Я пробовала пару идей, но они казались очевидными. А потом я вспомнила, как люди из иностранной службы безопасности говорили на вечеринке у папы в прошлом году, как они могли не пускать магию в комнаты, которые защищали, чтобы преступники не могли колдовать при допросе, и все в таком роде.

Десмонд тихо присвистнул.

— Так ты применила технику правительства.

— Вряд

ли я наколдовала ее так, как у них, — сказала Джудит, но звучала уже не так уныло. — Они не вдавались в подробности, но я услышала достаточно, чтобы понять, что это связано с частотами — нужно сделать так, чтобы магия рассеивала все попытки колдовать. И я сосредоточилась на этом. И я думала об ужасной музыке, что слушает брат.

Я прижал ладонь к стене перед собой. Неприятный гул пронзал меня все сильнее, но я замер и впитывал его. Магия в стенах двигалась с особым ритмом, который был неестественно буйным, разрушал всю энергию вокруг нас, мешая управлять ею.

Если буйный ритм мог разбить чары… не могло такое разбить и чары Джудит? Ее попытка вряд ли была такой же устойчивой, как у профессионалов правительства.

— А если мы сможем рассеять чары? — сказал я. — Если создадим частоту, что разобьет магию в стенах, мы сможем их хотя бы ослабить, да?

— Но мы не можем колдовать, — сказала Приша.

— Нет, — сказал Десмонд, — но для ритма магия и не нужна.

— Ударим по стенам, — сказала Рочио. — Чары не мешают нам бить по ним прямо.

— Точно, — сказал я. — Думаю… Все это одни чары. Так что если мы будем бить с разным ритмом — быстрым и сложным: — и одновременно… будет какофония, но, может, это разорвет чары.

— Может сработать, — медленно сказала Джудит.

— Попробовать можно, — согласилась Приша.

Пауза. Они ждали меня. Голос застрял в моем горле. А если попытка навредит? А если моя стратегия не только провалится, но и вызовет негативную реакцию?

Из-за стен донесся искаженный звук. Шипение и треск. Старый транзистор бабушки делал так, когда она настраивала его во время нашего визита.

Я слышал такое шипение во время своих чар. Мы отогнали эффект, но не уничтожили его. Экзаменаторы должны были усилить звук для нас. Конечно, пока на нас был символ, мы должны быть в порядке…

— Рочио, — тихо сказал Десмонд, — когда выберемся, исправь сразу же мою ладонь.

Ему нужен был зачарованный символ, чтобы он видел. Та магия тоже пропала. Я сжал кулаки.

— Раз, два, три… вперед! — сказала Приша, опередив меня.

Может, из-за слов Джудит о брате я вспомнил любимую группу Марго: визжащие гитары и грохот барабанов заполняли мою спальню рядом с ее четыре года назад. Я ударил руками по стене, застучал безумную мелодию, как только мог вспомнить. Воздух вокруг меня дрожал от кулаков товарищей.

Удары отдавались в руки, но это было лучше,

чем бить по теням. Я ударял сильнее, быстрее, напевал при этом.

Песня подходила к концу, но стена менее крепкой не стала.

— Больше! — закричал я, подавляя шепот сомнений. — Отдавайте все силы.

Я взялся за еще одну песню по памяти. Воздух дрожал, казалось, этот трепет был и в стене. Я принялся за оглушительный припев, насколько удавалось бить кулаками. Просвечивающая поверхность передо мной раскачивалась. Больше, больше…

С треском фольги стены обрушились на серую землю. Шепот магии окружил меня. Я бы обнял его от радости, если бы мог.

В паре футов впереди меня Десмонд зло посмотрел на Пришу. Он бросился на нее, но я не успел пошевелиться, а Рочио пронеслась мимо и схватила его запястье в воздухе. Ее разорванная футболка развевалась, было видно гладкую кожу ее талии, и мой пульс участился от ощущения, что уже не было связано с облегчением.

С парой тихих слов она создала яркий символ сердца в квадрате на ладони Десмонда.

Он выдохнул.

— Прости.

— Это не твоя вина, — сказала Рочио.

Технически, виноват был я.

Джудит прижала перевязанную руку к груди.

— Хорошо, — сказала она. — Мы сделали это.

Шум моей рации все звучал. Стало громче?

Звук был достаточно далеким, чтобы я не мог понять, где именно лежала рация. Если экзаменаторы усилили чары, может, предосторожность уже не поможет. Я устал, когда добавлял эту часть.

Холодок пробежал по моей спине.

— Нужно найти мои чары и сломать, — сказал я. — Пока они звучат, экзаменаторы могут использовать их против нас. Ищите укрытие. Я догоню, вы даже не соскучитесь.

Было просто говорить о них, как о врагах. Они сделали себя врагами, когда бросили нас калечиться и страдать в этой проверке, не оставив помощи.

— Вряд ли стоит сейчас ходить в одиночку, — сказала Рочио.

— Она права, — Приша пронзила меня взглядом.

Желудок сжался. Она намекала на мою усталость, от которой потребуется снова колдовать над моей головой, чтобы убрать боль. Она намекала, что без ее помощи я не смогу рассеять свои чары.

Я полагался на нее больше, чем можно было. Я не дам ей истощить себя, чтобы компенсировать мою слабость.

— Мы еще не столкнулись с твоей бурей. Тебе нужно увести всех в одно из зданий, ты сказала, что этой защиты хватит, да? А я разберусь с этим и сразу вернусь.

— Возьми с собой кого-нибудь, — возразила Приша.

— Ты знаешь свои чары лучше всех. Тебе нужно думать об этом.

— Я пойду с тобой, — Рочио посмотрела на меня и на остальных. — Но нужно спешить.

Тревога мелькнула на ее лице, но я ощущал, что она не боялась того, что могло произойти с ней. Она боялась, что будет с остальными без нее.