Беспощадная магия

Креве Меган

Финн пожал плечами.

— Или они могли не приглушать никого.

Он сказал это спокойно, как обычно, но Приша напряглась. Я посмотрела на него. Он не замечал нас, проверял чарами отбивную.

Может, было проще говорить такое, когда ты был от старой магии и не сталкивался с другим отношением.

Десмонд склонил голову.

— Есть такие места? Где всем магам позволяют сохранять полные способности?

— Приглушение было стандартной политикой во всех странах, где побывала моя семья, — сказала Джудит. — У некоторых это делают раньше. Моя мама росла

в Китае, и ее брат был приглушен в десять. Так всегда делают, да? Чтобы защитить нас от простаков.

— Да, — сказала я, вспомнив уроки, когда мы вкратце рассматривали историю магии. Я могла поддержать этот разговор. — Говорили, когда мы скрывались, полную магию оставляли только тем, кто мог управлять ею. Иначе человек не справился бы с магией не в том месте, и начались бы суды над ведьмой.

Лейси опустила бутерброд на уровень груди.

— Тогда… этому уже нет причины?

Ой! Я не хотела вызвать такой вопрос.

— Они переживают… о другом, — я надеялась отвлечь ее.

— Технически, причина осталась прежней, — сказал Финн. — Чтобы не было проблем с простаками. И тревога понятна. Люди без магии не перестали нервничать из-за нас, когда мы подтвердили свое существование, и даже мелкая ошибка может сильно навредить. Мой дед погиб в мятеже, что начался после того, как кто-то случайно опалил пару простаков иллюзией.

— Двух зайцев одним выстрелом, — сказала Приша. — И простакам лучше знать, что Конфеды держат нас под контролем, и старые маги не станут беспечными, потому что их детей будут судить и по истории семьи. Это умно.

Она улыбалась, но слабо, и я не понимала, восхищалась она или переживала, как я.

Конфеды использовали Приглушение не только для этого, но я не сказала это. Если мама была права — если они приглушали не только слабых магов, но и тех, кто был сильным, но не подходил под идеологию Конфедов — то они берегли свою власть. Чтобы не было тех, кому хватило бы сил перечить им.

— Логично, что нужны ограничения, — сказала Джудит. — Никто толком не понимает, что такое магия, и как она работает. А если люди начнут творить безумное с ее помощью, и правительство не сможет остановить их? Кто знает, что будет?

— Мы понимаем достаточно, чтобы знать правила магии, — сказал Десмонд. — И магией мы просто зовем то, чему еще нет научного объяснения. Знаешь, продвинутые технологии почти не отличить от магии. Думаю…

Вдали раздался стук. Финн сунул руку в карман — я видела этот его жест и раньше утром. Карман справа. Он напрягся, когда Приша коснулась его там прошлой ночью.

Я вспомнила, как пять лет назад Хавьер вел себя напряженно, и я ссорилась с ним, а он вытащил ножик из джинсов.

«Зачем тебе это?» — спросила я.

Он пожал плечами, вдруг устыдившись.

«На всякий случай. Напоказ. Некоторые соседи не давали мне покоя. Я не использую его, Ро, te doy mi palabra».

Финн что-то носил. Что-то, из-за чего он нервничал. Что-то, что могло навредить.

Я открыла рот, чтобы позвать его, но земля накренилась под нами. Я пошатнулась, но попала не в

стол, что был там миг назад, а в стену, что напоминала затвердевший туман.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Финн

«Что бы ты ни чувствовал, с приятным видом можно завоевать мир», — моя мама любила так советовать мне, и пять часов назад я понял смысл. К сожалению, я обнаружил несколько исключений из ее правила. Большим теневым волкам не было дела до болтовни, а улыбки стенам не сдвигали их ни капли.

Стены отделили меня от остальной группы. Я стучал по холодной поверхности перед собой. Напоминало затуманенное стекло, бледно-серое, чуть просвечивающее. Но оно гнулось от прикосновений.

Нескладная мелодия загудела в воздухе, и мой пульс сбился. Магия реагировала на что-то, и реагировала плохо. Я потер большим пальцем остальные пальцы, нахмурился и прошептал быструю строчку проверки. Мой голос утих, не задев энергию вокруг.

Я спел еще строку. Энергия не двигалась. Грудь сдавило. Попытки колдовать были как попытки поймать монету в воде. Я не дотягивался до магии.

Я провел рукой по лицу, подавляя холод паники. Мы были не только пленены физически, но и отрезаны от мира, словно нас отправили в Тартар.

Это были чары Джудит. Она сказала, что они помешают колдовать.

За стеной слева ругалась Приша. Я закрыл глаза. Головная боль почти утихла. Я не колдовал во время поисков кристаллов. Я мог сохранять спокойствие.

Я был бесполезен с магией или без нее.

— Все в порядке? — крикнул я. — Кроме того, что мы в ящиках, отключивших магию?

— Будто этого мало, — сухо отметила Приша.

— Я живой, — сказал Десмонд.

— Моя рука… — захрипела Джудит, но замолкла. — Не важно. Простите за это.

— Мне это не нравится, — сказала Лейси. — То, как это ощущается…

— Я не могу колдовать, — сказала Рочио справа. Ее голос был странно напряженным. — Джудит, ты не добавила контрмеры, как символ у Финна?

Она не ответила на мой вопрос про состояние. Десмонд чуть поколдовал над ее ранами и помог Джудит, но если эта ловушка прервала нашу связь с магией и чарами, то им обеим сейчас было больно из-за ран. И после нападения волка на Рочио…

— Нет, — ответила Джудит. — Было сложно придумать это. Я только закончила колдовать, когда время вышло. Может, если бы времени было больше, я бы подумала… — она резко вдохнула. — Видимо, так ощущают себя выжженные.

От этого паника усилилась.

— Тогда сделаем так, чтобы мы испытали такое лишь в этот раз, — быстро сказал я. — Нужно переживать о чем-то еще? Что нас раздавит или пронзит шипами?

Десмонд смог издать смешок.

— Только это, — сказала Джудит. — Но я не знаю, как нам выбраться.

— Должен быть выход, — но все, что я читал о распутывании чар, требовало магии.

Не было смысла думать о таком. Начинать стоило с одной точки. Чтобы распутать чары, нужно добраться до сути намерений колдующего.