Бесплодные земли
Шрифт:
Роланд вытянул руку и показал на противоположную стену кухни. Там была еще одна дверь, а за ней — продолжение коридора.
— Для начала — сюда.
— СТРЕЛОК, — прогрохотал оглушительный голос, исходивший со всех сторон сразу.
Роланд резко обернулся, одной рукой прижимая к себе Ыша, другой приобняв Джейка за плечи, но никого не увидел.
— Это кто говорит? — крикнул он.
— НАЗОВИ СВОЕ ИМЯ, СТРЕЛОК.
— Роланд из Гилеада, сын Стивена. А кто ты?
— ГИЛЕАДА ДАВНО УЖЕ НЕ СУЩЕСТВУЕТ, — прогремел в ответ голос, как будто его обладатель и не расслышал вопроса.
Роланд
— УЖЕ ТРИСТА ЛЕТ НИ ОДИН СТРЕЛОК НЕ ПОЯВЛЯЛСЯ НИ ВО ВНУТРЕННЕМ, НИ В СРЕДИННОМ МИРЕ.
— Я и мои друзья — мы последние.
Джейк забрал у Роланда Ыша. Ушастик тут же принялся лизать распухшее лицо мальчика; его глаза с золотым ободком светились радостью и обожанием.
— Это Блейн, — шепнул Джейк Роланду. — Да?
Тот кивнул. Разумеется, это Блейн… только у Роланда начало складываться впечатление, что под именем Блейна скрывается нечто гораздо большее, чем простой монорельсовый поезд.
— МАЛЬЧИК! ТЫ ДЖЕЙК ИЗ НЬЮ-ЙОРКА?
Джейк прижался к Роланду и с опаскою поднял глаза на динамики на потолке.
— Да, — хрипло выдавил он. — Я Джейк. Джейк из Нью-Йорка. Э-э… сын Эльмера.
— ЭТА КНИГА С ЗАГАДКАМИ ВСЕ ЕЩЕ У ТЕБЯ? ТА, О КОТОРОЙ МНЕ ТУТ ГОВОРИЛИ?
Джейк потянулся было за ранцем и, лишь когда его пальцы коснулись спины, вспомнил, что ранца-то нет. Мальчик испуганно посмотрел на стрелка, но тот уже протягивал ему ранец, и хотя лицо Роланда — узкое, тонко очерченное — оставалось, как всегда, бесстрастным, Джейк заметил улыбку, притаившуюся в уголках его губ.
— Тебе придется поправить ремни, — сказал Роланд, когда Джейк схватился за ранец. — Я их немножечко удлинил.
— А «Загадки»?..
Роланд кивнул.
— Обе книги на месте.
— НУ ТАК И ЧТО ТАМ У НАС, МАЛЕНЬКИЙ ПИЛИГРИМ? — раздался вальяжный протяжный голос.
— Ни фига себе! — удивленно воскликнул Джейк.
Он не только нас слышит, он нас еще и видит, — отметил про себя Роланд и, обведя взглядом комнату, зная уже, что искать, буквально сразу же обнаружил крошечный стеклянный глазок в углу, расположенный выше обычной линии зрения человека. По спине пробежал холодок. Джейк, судя по обеспокоенному выражению его лица и по тому еще, как подрагивали его руки, обнимающие Ыша, тоже чувствовал себя более чем неуютно. Голос, гремящий в динамиках на потолке, принадлежал машине — ужасно умной машине, игривой машине, — но было в нем что-то еще… непонятное и пугающее.
— Книга, — выдохнул Джейк. — Книга с загадками.
— ХОРОШО. — Отозвался довольный голос. Довольный едва ли не по-человечески. — ЗАМЕЧАТЕЛЬНО.
В дверном проеме, открывающемся в коридор, неожиданно появился неряшливый бородатый мужчина с нечесаной шевелюрой. На руке у него, вся в грязи и крови, красовалась желтая повязка.
— Огонь между стенами! — завопил он с порога. Охваченный паникой, он, похоже, не сообразил, что ни Роланд, ни Джейк никаким боком не входят в его жалкий подземный ка-тет. — На нижних уровнях все в дыму! Народ убивает друг друга! Что-то явно пошло не так! Черт, все не так — все! Нам бы надо…
Дверца печи внезапно открылась,
Джейк в ужасе уставился на Роланда. Роланд приобнял его за плечи.
— ОН МЕНЯ ПЕРЕБИЛ, — пояснил голос в динамиках. — А ЭТО НЕВЕЖЛИВО, ПРАВДА?
— Да, — спокойно согласился Роланд. — Крайне невежливо.
— СЮЗАННА ИЗ НЬЮ-ЙОРКА СКАЗАЛА, ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ МНОГО ЗАГАДОК, РОЛАНД ИЗ ГИЛЕАДА. ЭТО ПРАВДА?
— Да.
В одной из комнат, выходящих на то ответвление коридора, раздался взрыв; пол содрогнулся у них под ногами. Из коридора донесся нестройный хор голосов, заходящихся в диких воплях. Нескончаемый рев сирены умолк на мгновение, огни, мигающие ему в такт, потухли, а потом все пошло по-новой. Из вентиляционных отверстий поползли струйки едкого горького дыма. Ыш принюхался и чихнул.
— ЗАГАДАЙ МНЕ КАКУЮ-НИБУДЬ ИЗ СВОИХ ЗАГАДОК, СТРЕЛОК, — голос звучал безмятежно и беззаботно, как будто они тихо — мирно сидели на солнышке на какой-нибудь деревенской завалинке, а не торчали в закрытом пространстве под городом, который, похоже, вот-вот должен рассыпаться в прах.
Роланд на мгновение задумался. Ему вспомнилась любимая загадка Катберта.
— Ладно, Блейн, — сказал он, — я тебе загадаю загадку. Что прекраснее всех богов и гаже старческой мозоли? Мертвецы едят это всегда; если это едят живые, они медленно умирают. Что это?
Последовала продолжительная тишина. Джейк зарылся лицом в шерстку Ыша, спасаясь от запаха поджаренных седых.
— Будь осторожен, стрелок, — раздался вдруг тоненький голосок, слабенький, как дуновение прохладного ветра в самый жаркий из летних дней. До этого голос Блейна грохотал изо всех динамиков. Тоненький голос звучал лишь в одном. В том, который висел у них прямо над головой. — Будь осторожен, Джейк из Нью-Йорка. Не забывайте, что это Отстойник. Здесь надо двигаться медленно и осторожно.
Джейк поглядел на стрелка, широко распахнув глаза. Тот легонько, почти незаметно тряхнул головой и поднес палец к лицу, якобы для того, чтобы почесать нос, но палец одновременно прижался к губам, и Джейк смекнул, что Роланд хочет сказать ему, чтобы он держал рот на замке.
— ХОРОШАЯ ЗАГАДКА, — произнес наконец Блейн, и в его голосе слышались нотки истинного восторга. — ОТВЕТ — НИЧЕГО, ПРАВИЛЬНО?
— Правильно, — подтвердил Роланд. — А ты умный, Блейн.
Теперь, как только Блейн заговорил снова, Роланд тоже подметил, как прежде — Эдди, алчный, неукротимый голод, таящийся за показным безразличием:
— ЗАГАДАЙ МНЕ ЕЩЕ ОДНУ.
Роланд сделал глубокий вдох.
— Не сейчас.
— НАДЕЮСЬ, ТЫ МНЕ НЕ ОТКАЖЕШЬ, РОЛАНД, СЫН СТИВЕНА. ЭТО ТОЖЕ НЕВЕЖЛИВО. КРАЙНЕ НЕВЕЖЛИВО.
— Отведи нас сначала к нашим друзьям и помоги нам выбраться из Лада, — сказал Роланд. — И тогда, может быть, мы поиграем в загадки.
— Я МОГ БЫ УБИТЬ ВАС НА МЕСТЕ, — прогремел голос, теперь — холодный, как зимний день.
— Да, — согласился Роланд. — В этом я не сомневаюсь. Но вместе с нами умрут и загадки.