Бесова длань
Шрифт:
Испарился вместе с наручем, который должен был лишить его доступа к магии.
И ничто ему не помешало.
Она топнула по тому месту, где совсем недавно лежал колдун, а потом ещё и ещё… слишком много злости. Она его упустила! Упустила! Нужно было не ждать, а до конца доделывать всё. Но теперь ни колдуна не осталось, ни тех самых волшебных наручей, с которыми можно было задержать волшебника. Ничего.
И сил в ней больше ни на что не осталось. Дэл не успела схватиться за дерево, рухнула прямо на месте, лицом в сырую землю. Если прикрыть глаза, чувствовалось,
— Мы ещё встретимся… — сквозь зубы процедила она сырой земле. — И я убью тебя.
Выглядело это неубедительно. Выглядело это по-детски.
Она не сдержала слёзы горечи, смогла лишь в землю уткнуться, чтобы выкричать в неё всю свою боль и досаду. Хотелось умереть прямо на месте. Хотелось исчезнуть. Такой позор. Она не могла проиграть. Она не должна была проиграть.
Но это произошло. И сил никаких в ней не осталось.
Наверно, даже рык тёмной твари не заставил бы её подняться — настолько плохо и отвратительно она себя чувствовала во всех смыслах. Провалила. Проиграла. Никчёмная девчонка. Пара ударов — и он в отключке, но нет…
Вскоре и никаких чувств не осталось, в груди поселилась долгожданная пустота, но с ней не было и никаких сил. Всё исчезло. Испарилось. Ни желания, ни сил, ни чувств. Ничего. Пустая оболочка на месте человека.
И в страхе от этой пустоты она снова принялась шептать молитвы Иште, неразборчиво, быстро, снова и снова, чувствуя горячие слёзы на щеках. Лейтмотивом простое и жалкое: "дай мне сил, дай мне сил, дай мне сил…". Но почему-то в этот раз Ишта был равнодушен к её молитвам.
Она лежала в этой пустоте, мечтая, чтобы мимо прошла тёмная тварь и пронзила когтями её сердце, пока она без сил лежит на траве. Лишь бы избавиться от этой пустоты. Лишь бы не понимать собственную никчёмность.
Хруст веток. Тихие разговоры. Прислушаться бы, выделить хоть слово из этого потока, но ей не хотелось. С каждым шагом голоса становились всё тише и тише. Они же могут пройти мимо. Пройти и оставить её умирать от огромного ожёга, оставить на растерзание бесам.
А могут и найти. Найти и спросить про колдуна.
Она взмолилась Иште. Взмолилась о том, чтобы её никто не нашёл.
Наконец кто-то дернул её за плечо и развернул спиной вниз. Она медленно открыла глаза и увидела лица тех самых мальчишек. Слишком быстро прошло время. Слишком быстро они её нашли.
Она смотрела на них, а потом перевела взгляд на беззвёздное небо.
Интересно, а смотрели на неё уже умершие друзья? Видели её поражение? Им же с неба виднее, чем любому из живых.
Однажды она увидит людей сверху. Возможно, скоро, если раны окажутся смертельными.
— Бес подери… — тихо выдал один из воинов.
Она усмехнулась.
— Эй, Дэлия, ты жива хоть?
Судя по взглядам рядовых, выглядела она совсем не лучшим образом. Но волноваться из-за этого не хотелось. Ничего не хотелось.
— Эй! — какой-то парень щёлкнул пальцами перед её глазами.
Она
— Пре-кра-ти.
Говорить почему-то было сложно. Кажется, в горле пересохло. Кто-то позади еле подавил смешок. Тот же парень нахмурился, но, опустив взгляд ниже её недовольного лица, тут же скривился. Что же там такое?
— В десяти минутах ходьбы отсюда стоит повозка, да сегодня и тварей не так много, как обычно… что с колдуном?
Он до сих пор держал её за плечо, отчего было совсем некомфортно. Нужно было признаться. Хотя… по её состоянию было понятно, что задание провалено. Дэл тяжело вздохнула, прежде чем произнести тихо:
— Ранен. Но исчез.
— Он же должен быть без сил, как нам доложили…
— Плохо доложили, — пробурчала Дэл. — Сколько до рассвета?
Этот рядовой отцепился от неё, бросил взгляд на небо, ненадолго задумался и наконец выдал:
— Пару часов где-то, — он обернулся на парней. — Вы двое! Возьмите капрала на носилки! Остальные — на прикрытие.
Сразу с нескольких сторон послышалось "есть!", а она нервно сглотнула. Носилки… неужели, они совсем не верили в неё? Или готовили их для колдуна? Она сжала зубы, скривилась, когда парни схватили её, чтобы перетащить на те самые носилки.
— Меч… не забудьте про меч… — проговорила она.
Они не забыли. Быстро нашли его на земле, и положили прямо к ней, она же сжала рукоять сразу двумя руками и задумалась. Так непривычно было уходить с битвы не на своих ногах… и этот колдун её почти убил. Или… а хотел ли он её убить? Если он оставил такой страшный ожог на её теле, и смог даже с блокирующими магию наручами исчезнуть, то наверняка на убийство ему хватило бы сил.
Не хотел? Или просто игрался с ней, наблюдал, посмеивался, в любой момент готовый уйти с боя. И все эти картинные падения, оставленные слабые места, в которые она с готовностью ударила — это тоже было частью игры?
Откуда вообще все взяли, что у него не будет сил? Неужели поверили той самой ведьме? Бес подери… она крепче сжала рукоять меча. Все ведь подумают, что она проиграла без шансов обессиленному колдуну. Полное дерьмо. Оставалось только лежать и ждать, тем более, носилки легонько покачивались, пока парни их несли. Она могла просто лежать и смотреть на тёмное небо, да на верхние ветви запутанных деревьев этого леса. Обычно она смотрела вперёд, а вверх — крайне редко, времени не хватало, потому что вся её жизнь лишь "бей-беги".
Она аккуратно убрала руку с меча и положила на живот. Проигнорировала резкую боль, возникшую от одного лишь прикосновения, и нашла наощупь обугленные края куртки. Огромная дыра. Такую уже ничем не зашить. В такой куртке она не сможет больше ходить.
От этой мысли бросило в дрожь.
Нет.
Только не это.
Дэл крепко зажмурилась.
И снова она аккуратно снимала эту куртку, пытаясь не думать о прикосновении к холодной коже, его холодным пальцам. Она обещала позаботиться о куртке. Она должна была сохранить хоть что-то от него рядом.